Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

За жизнь:: - Бамбуковый поезд гл. 2

Бамбуковый поезд гл. 2

Автор: Алена Лазебная*
   [ принято к публикации 12:55  03-08-2013 | Na | Просмотров: 733]
Новогодняя Камбоджа встретила Вовчика теплым летним ливнем. Как только они с Русланом вышли из здания аэропорта, с неба сплошным потоком полилась вода. Ровными струями, как из тысяч водопроводных шлангов, на землю лился дождь. За считанные секунды раскаленный асфальт превратился в бурлящую реку.
Сначала они стояли под хлипким навесом аэропорта и смотрели, как звонкие капли отскакивали от нижних ступеней и легкими брызгами падали на их фирменные кожаные туфли. Вода подымалась все выше, и в какой-то момент они, не сговариваясь, сделали шаг вперед. Волна, захлестнувшая их ноги, была теплее воды, самого теплого моря. Их строгие темные костюмы промокли за минуту. И тут! Вовчик не выдержал! Он швырнул на землю свою сумку, содрал с мокрого тела пиджак и, вращая его над головой, пустился вприсядку. Руслан высоко подпрыгивал и приземлялся с огромную лужу, рядом с ним. Двое мокрых, здоровых, лысых парней в белых рубашках, плясали перед зданием пномпеньского аэропорта, и по-русски орали: «АААААА!!! До лампочки!!!»

Вокруг них сразу собралась толпа камбоджийцев. Они весело, радостно смеялись, показывали на них пальцами, блестели их мокрые лица и белоснежные зубы. Иногда, кто-то подбегал к ним, пытался натянуть тонкий пластиковый плащик, хватал за руку, предлагал сесть в такси, похожее на карету и кричал:- «Уруси! Уруси! Тук-тук, сэр»!
В Пномпене они не остались. Взяли такси, заплатили двадцать долларов и поехали в приморский Сиануквиль. Они точно знали — им надо на океан.

Еще в школе, на политинформациях Вовка впервые услышал о Камбодже. Учительница, шумно вздыхая, рассказывала им о тяжелой судьбе кампучийского народа, о правителе-деспоте Пол Поте, и о том, что Камбоджа становится на путь демократических перемен. Ему запомнилось, это странное название страны, Камбоджа, и, придя домой, мальчишка побежал в спальню к отцу. Над отцовской кроватью висела большая политическая карта мира. Вовчик, не большой знаток географии, долго водил пальцем по разным материкам, пока, наконец, не нашел на ней Азию, а затем, маленькую, окрашенную на карте зеленым цветом, страну – Камбоджа. Он прочитал в учебнике: о вековых джунглях Кампучии, о редких животных, которые там водятся, о змеях и тиграх, о шимпанзе и слонах, о рисовых заводях, о древних храмах. Но больше всего ему нравилась глава о Сиамском заливе. Он знал наизусть, что вода там всегда теплая, что зимы не бывает, что круглый год рыбаки ловят рыбу, крабов и креветок. И… Вовчик очень хотел увидеть богомола! Это крупное, хищное насекомое, способное изменять свой цвет от зеленого, до темно- коричневого, обладающее сильными ногами, которыми он мертвой хваткой цепляет свою добычу. А еще, у богомола есть крылья, и он умеет летать.

Дорога до маленького приморского города Сиануквиль заняла часов пять. Таксист ехал не торопясь. Вовчик, несмотря на бессонную ночь в самолете, с интересом смотрел по сторонам и пытался ничего не пропустить. Его удивляло здесь все. Маленькие деревянные дома на сваях. Кухни под открытым небом. Мужчины, спящие днем в гамаках, очень подвижные улыбчивые дети, купающиеся во всех лужах и речках. Неимоверное множество мопедов и то количество человек, которые они способны перевозить. Их такси догоняло по дороге легковые автомобили, битком наполненные людьми, багажники были открыты и в них сидели, свесив ноги пассажиры, они дружно смеялись и приветливо махали руками, с удивлением глядя на иностранцев. На мопедах перевозили все. Он даже заметил, как какой-то крестьянин вез на байке двух живых поросят, стреноженных сеткой и перекинутых сзади через седло. Ему было все удивительно и интересно. Сочные, яркие цвета за окном не давали отвлечься ни на миг. Ярко-зеленые рисовые поля, синее небо и белоснежные облака на нем, красные, розовые, голубые наряды женщин. Цвета почти не имели оттенков, и напоминали палитру коробки карандашей. Он был ослеплен этими красками, привыкшие к серым тонам глаза, слезились…

А Руслан, снова и снова рассказывал ему историю о том, как когда-то, сразу после развала Союза, его отец ездил в Камбоджу в командировку, и взял с собой сына старшеклассника.

Папа Руслана был чеченец, а мать украинка. Познакомились они во Львовском политехническом университете. Молодой чеченец влюбился в голубоглазую профессорскую дочку без памяти, влюбился настолько, что пошел против воли отца и многочисленной родни и женился на стройной светловолосой девушке. Семья матери тоже была не в восторге от выбора дочери, поэтому молодожены не рассчитывали на помощь родителей. Но они были талантливы, молоды и очень любили друг друга.

Отец Руслана занимался научной деятельностью, молодой способный изобретатель из братской союзной республики, не остался незамеченным в Украине. Его пригласили в НИИ в Киев. Мать начала преподавать в Киевском политехе. Киев стал их городом! Мать водила отца на выставки, в театры, читала ему вслух украинские книги, а он рассказывал ей о красоте чеченских гор, о мужестве чеченских мужчин и гордости их женщин. Один за другим появились на свет сыновья. Руслан был младшим. Воспитанием детей занималась мать, но последнее слово всегда оставалось за отцом. Поэтому в детстве они едва успевали посещать музыкальную школу, секцию бокса и многочисленные кружки и студии, куда их определяли родители.

Когда дети подросли и отца пригласили работать в министерство, чеченская родня поняла, что их сын, стал достойным мужчиной, и попросила привезти в Чечню внуков. В августе, перед началом занятий в школе, отец повез Руслана с братом на родину. Старый, седой, с длинной бородой и гордой осанкой дед, придирчиво осмотрел внуков. Они оба статью походили на отца — высокие, широкоплечие, с длинными мускулистыми боксерскими руками. Только брат был светловолос и лицом походил на мать, а Руслан был копией отца, от матери ему достались только яркие синие глаза. Дед обсмотрел внуков с головы до ног, довольно цокнул языком, подошел к Руслану и потрепал его по щеке.

Две недели у родственников пролетели незаметно. Сестры отца и новая жена дедушка, появившаяся в доме после бабушкиной смерти, баловали братьев изо всех сил. Им, как маленьким разрешали, долго спать по утрам, купаться сколько угодно в местной речке, ходить в горы, кататься на лошадях и бегать наперегонки с местными ребятами. Перед самым отъездом, отец пошел к деду и они долго о чем-то говорили. Уже ночью, Руслана разбудили и сказали, что дед и отец хотят его видеть. Сонный, недовольный Руслан вошел к ним в комнату и отец без всяких вступлений, строго посмотрел на сына и сказал: «В Киев не поедешь, Останешься с дедом. Десятый класс школы закончишь здесь». Глядя на суровые лица отца и деда, Руслан сразу понял, что решение уже принято, и его слова ничего не изменят. Он, судорожно сглотнул слюну, посмотрел отцу прямо в глаза и молча, кивнул головой. «Вот и хорошо» — мягко сказал дед: «Иди спать, сынок».

Школу Руслан закончил в Чечне. Вернулся в Киев через год, молчаливый и повзрослевший. Привез аттестат с хорошими отметками. И вот, именно тогда, отцу предложили командировку в Камбоджу, и он решил взять с собой сына. Это был его подарок Руслану на окончание школы.

В мае 1994года, военно-транспортный самолет ИЛ-86 вылетел с военного аэродрома Антонов, расположенного в 25км от Киева. Военный советник Министра Иностранных Дел Украины, полковник Советского Союза Саламов, летел в Камбоджу с четким заданием. Обеспечить передачу четырех советских вертолетов Ми-17 фронту освобождения Кампучии, установить на данные летательные аппараты новые, разработанные под руководством полковника, передатчики помех инфракрасным системам, обучить кампучийских пилотов работе с передатчиками и проверить новую технику в боевых условиях.
На борту самолета, помимо Руслана с отцом, летели 20 бойцов спецназа, несколько смен пилотов-инструкторов, обучающих кампучийских летчиков и часть миротворческого контингента ООН. Самолет был полностью загружен оружием и запчастями для военных вертолетов. Камбоджийская армия, при помощи иностранных спецов и консультантов, планировала очередной захват «столицы» полпотовского движения, одного из самых многочисленных оплотов красных кхмеров — города Пайлин.

Самолет приземлился в Пномпене на военном аэродроме Почетонг. На нем базировалась база советских военных вертолетов Ми8, Ми17 и несколько уцелевших самолетов МиГ 21, ведущих бои против армии Пол Пота. Часть самолетов пилотировали советские летчики, так как у камбоджийцев было мало специалистов, способных управлять этой техникой.
В Пномпене боевых действий не велось, поэтому, отец без особых волнений, взял Руслана с собой. На аэродроме отца встречали представители посольства Российской Федерации в Камбодже и генерал ВВС Освободительной армии Кампучии.

Генерал был давний друг отца, они познакомились в Киеве, теперешний высокий чиновник, проходил там летную стажировку, а отец Руслана учил его управляться с радио-локационными установками. Они подружились и кампучиец часто бывал у них дома и, скучая по своим сыновьям, оставшимся в Камбодже, играл с Русланом и его братом, хватал их на руки, подымал в воздух и показывал, как летают военные вертолеты. Дети хохотали до упаду, а в завершение полета он целовал маленьких пилотов. Это было странно и удивительно для маленьких чеченцев, Отец никогда себе подобного не позволял.

В Пномпене Руслан почти не видел отца, им занимались парень-переводчик из МИДа и родственники камбоджийского генерала. Они показывали ему город, рассказывали о древней истории Великой Кхмерской империи, возили в город мертвых правителей Камбоджи, расположенный в 40км от Пномпеня, кормили традиционными кхмерскими блюдами. В стране шли военные действия. Границы бомбили с одной стороны Въетнам, с другой Тайланд. Выезжать за пределы столицы было опасно, поэтому Руслан находился все время в Пномпене. Но как-же ему нравился этот город! Без дорог, без условностей цивилизации, без строгих правил семьи. А изящные, улыбчиво-доброжелательные и самоуверенно-злобные кампучийки просто сводили Руслана с ума.

Полковник Саламов практически все время находился на военном аэродроме. Он обучал наших и камбоджийских пилотов как обращаться с новой техникой. Ремонтировал поломанные радио-локационные установки. Участвовал в секретных совещаниях по планированию операции разгрома войск Пол Пота в Пайлине. Через две недели вертолеты и летный состав были готовы к боевому штурму. Отец Руслана принимал прямое участие в операции, он возглавлял летный экипаж самого мощного вертолета Камбоджийских ВВС — Ми26, вылетавшего на операцию с, не до конца затертой на борту надписью, АЭРОФЛОТ.

У Военного советника было еще одно, совершенно секретное задание. После военной операции в Пайлине, вне зависимости от результата, их вертолет должен был совершить посадку на полуразрушенном, построенном еще французами аэродроме Баттамбанг. Здесь полковник должен был погрузить на борт ящики с военными боеприпасами, которые, доверху были наполнены пайлинскими рубинами и сапфирами. Этими драгоценными камнями Камбоджийское правительство расплачивалось за советскую военную технику и оружие.

Операция по разгрому красных кхмеров в Пайлине, в очередной раз, провалилась. Полпотовцы задействовали танки Т-59, которые они несколько лет прятали в джунглях, и самое главное — БЗРК «Стрела», которые им удалось купить у Тайланда. Переносные зенитно-ракетные комплексы уничтожали советские вертолеты с первого попадания. Локационное оборудование и передатчики помех инфракрасным излучениям, управляемые вручную, не успевали обнаружить противника. ВВС Камбоджи понесли огромные потери, и в очередной раз не взяли Пайлин.

Ми -26, на борту которого находился отец Руслана, покинул поле боя, после первого же выстрела «Стрелы». Полковник Саламов сразу понял, что вертолеты камбоджийцев обречены, он отдал приказ лететь на Баттамбанг. Западная пресса потом писала, что, пораженный полпотовскими ракетами вертолет, осуществил вынужденную посадку в 80 км от Пайлина…
Посадка Ми-26 в Батамбанге, и получение на борт груза, были основными задачами Полковника Саламова и экипажа вертолета.
В бывшей французкой провинции, их встретили хмурые кампучийцы в камуфляже. Молча, погрузили на борт опечатанные ящики с военной символикой. Полковник, так же молча, принял груз, несколько раз пересчитал количество ящиков, принял раппорт кхмеров и ушел отдавать команду « Взлет».
Дождь не прекращался ни на минуту, но вдруг поднялся еще и сильный ветер. Лететь в темноте в такую погоду, было опасно, и полковник скомандовал экипажу, отдыхать до утра.

Военный советник Министра Иностранных дел Украины, полковник Советского Союза и его старый друг, генерал ВВС Камбоджи сидели в старом здании французского аэровокзала и молча, пили виски. После третьей порции, полковник Саламов, резко выдохнул и сказал: «Ящиков на борту на один больше, чем договаривались».
Генерал помолчал, налил в жестяные кружки, еще по 100 грамм, накатил горячего и встал. «Пошли»,- кивнул он полковнику.
В абсолютной темноте, не включая даже фонарик, они вдвоем вытащили из вертолета лишний ящик с камнями. Задыхаясь и обливаясь потом, под проливным дождем, друзья тянули его в ближайший от аэродрома монастырь Ват Эк Пном. Генерал знал, что полпотовский красный командир и он же мэр Баттамбанга, часто не выполнял команд своего старшего брата, и храмы не взрывал. Поэтому, единственное место, где ящик мог быть в безопасности, был буддистский храм. Когда они мокрые, извалявшиеся полностью в грязи, доползли до храма, монахи спали, и никто не видел, как советский полковник и камбоджийский генерал саперными лопатками выкопали яму у ног статуи лежащего мужчины и закопали там ребристый ящик с пайлинскими сапфирами.


Теги:





4


Комментарии

#0 16:27  02-11-2013Алена Лазебная*    
Вряд ли вы помните этот мой опус. Писалось год назад. Если не в падлу прокомментируйте, пож. Имеется еще шесть глав.ггг
#1 08:37  07-02-2014Гриша Рубероид    
Выкладывайте, Алена, выкладывайте.
#2 08:57  07-02-2014Алена Лазебная*    
Не, не буду. Вы будете смеяться. ггг Я сама смеюсь. Это ж надо было столько инфы напихать в один кирпич. А предложения! Простынями стелются.)
#3 09:03  07-02-2014Гриша Рубероид    
Это ж хорошо, когда люди смеются. Интересно просто. Съездить туда хочу.
#4 09:13  07-02-2014Алена Лазебная*    
#3 Гриша Рубероид Съездить можно и нужно. Не пожалеете, впечатлений будет достаточно.

А поезд я писала в первые месяцы жизни в Камбо, находясь в состоянии абсолютной эйфории. Получился больше сценарий нежели проза. Трэш. Но интересно другое, я его ваяла, еще не зная никого из русских в Камбо. Выдумывала. А затем, многие кто прочитал, увидели в героях себя или своих знакомых.
#5 09:21  07-02-2014Гриша Рубероид    
Съезжу, ага. А еще что-нибудь про Камбоджу (кроме того, что в профайле) есть?
#6 10:05  07-02-2014Алена Лазебная*    
#5 Гриша Рубероид

Ага. есть. Писано было для себя, но теперь уже и для Вас. Год спустя.)))

Чужая

Мне не нравится жить в Камбодже. Не нравится сука и все. Я заебалась радоваться красотам этого рая. Мне похуй изумрудный цвет их рисовых полей, палевые закаты и рассветы, гончие коровы и кокосовые пальмы. Мне отстопиздели растянутые в улыбке тупые лица кхмеров и я не собираюсь шкериться им в ответ.

Я не могу дышать этим склеенным из влаги и пыли воздухом. Не могу наслаждаться вонючей гарью Пном Пеня и утешать себя тем, что здесь не бывает зимы и мне никогда не понадобятся теплые сапоги.

Мои уши скоро на хуй лопнут от бесконечного хохота, песен, танцев, криков тук-тукеров, визгов баб, звона монашеских колокольчиков и пиликанья клаксонов разносчиков еды. Меня задрали мальчишки хуярящие в колотушки, хихикающие проститутки, ебаная аэробика в пять утра, бесконечный визг перфораторов и скрежет болгарок по легированной стали.

Я не могу больше делать вид, что не боюсь мышей, крыс и змей. Я сука трясусь от одной только тени этих мерзких тварей. Мне совершенно похуй улыбаются мне на базаре или нет. Да пусть хоть застрелятся на хуй, всем своим бесконечно ржущим скопищем и исчезнут с лица земли, ебаные засранцы.

Пусть блядь заснут навсегда вечным сном буддистких праведников и никогда больше не сядут за руль своих гребаных мотобайков.

Мне похуй все тупые, спившиеся и скурившиеся иностранные нищеброды Камбоджи. Да я блядь, срать рядом с ними не села бы на их благословенной родине.

Я сука ни секунды не сомневаюсь, что Ангкор и прочую архитектурную мутотень построили какие-то потерявшиеся в пространстве и охуевшие от лени кхмеров инопланетяне.

Эти блядь аборигены, через сорок лет забыли, что у них есть храмы. Их ленивые задницы несколько веков даже не подымались, чтобы расчистить дорогу. Ебанутый на всю голову француз, приперся в эту жопу мира, прогулялся сто метров от ближайшей хибары и обнаружил Ангкор. А местные придурки его, блядь, не видели. Джунгли виноваты и дожди, блядь.

На хуй мне сралась тысяча улыбок тупых, ни хуя не понимающих мастеров-ремонтников, компьютерщиков и продавцов техники которые не знают, как вставить в пульт батарейку и думают, что фотоаппарат работает от сети.

Эти тупорылые маляры, которых какая-то французская блядюга научила разводить водой акварель и коряво изображать костлявые ноги жертв геноцида и яйцеподобные головы монахов.

Хитрые, как говно буйвола, вечно голодные менегеры, стонующие о тяжкой судьбе камбоджийского народа и ни хуя не умеющие делать.

Спят, жрут, ржут и выпрашивают бабло! Всё сука! Нихуя больше делать не желают.

Блядь, я не люблю кхмеров. Сукаааа! Нихуя хорошего для меня эти припиздеки не сделали. Какого хуя я должна их любить?!

Эти ебаные продукты генной инженерии научились говорить по-английски и забыли научиться его понимать.

Я чужая! Чужая, чужая, чужая, на этом, сука, невъебенно, веселом празднике кампучийской жизни!.

Я никогда не пойму этих выблядков. Не пойму и не полюблю!



Если мне так и не удастся съебаться из этого сука блядского рая.

Я построю себе дом.

Нет, не дом. Замок, блядь.

Как у тевтонских рыцарей с водными каналами, широченными рвами и разводными мостами.

Я построю себе такую крепость, чтобы ни одна узкоглазая падла никогда, не смогла даже приблизиться к воротам моей цитадели.

Я блядь, залезу в эту свою каменную хуйню и, пока глаза не повылазят, буду смотреть на океан. Пялиться и ждать сука испанских конкистадоров, с алыми, на хуй, парусами, которые когда-нибудь сюда припрутся и может быть спасут, ебанутую на всю голову, выжившую из ума, совершенно охуевшую от Камбоджи принцессу.

.

#7 10:21  07-02-2014OPUS ONE    
карта мира в спальне над кроватью это сильно.охуенные еблантии какие то.она поди еще флажками была истыкана
#8 10:23  07-02-2014Гриша Рубероид    
#6. ггг. нормально. спасибо.
#9 11:28  07-02-2014Стерто Имя    
эх Алена.. тебе надо было это заслать отдельном креосом.... както - "Ассоль из Камбоджи" штоб... точно... ггг

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
16:58  01-12-2016
: [21] [За жизнь]
Ты вознеслась.
Прощай.
Не поминай.
Прости мои нелепые ужимки.
Мы были друг для друга невидимки.
Осталась невидимкой ты одна.
Раз кто-то там внезапно предпочел
(Всё также криворуко милосерден),
Что мне еще бродить по этой тверди,
Я буду помнить наше «ниочем»....
23:36  30-11-2016
: [54] [За жизнь]
...
Действительность такова,
что ты по утрам себя собираешь едва,
словно конструктор "Lego" матерясь и ворча.
Легко не дается матчасть.

Действительность такова,
что любая прямая отныне стала крива.
Иллюзия мира на ладони реальности стала мертва,
но с выводом ты не спеши,
а дослушай сперва....
18:08  24-11-2016
: [17] [За жизнь]
Ночь улыбается мне полумесяцем,
Чавкают боты по снежному месиву,
На фонаре от безделья повесился
Свет.

Кот захрапел, обожравшись минтаинкой,
Снится ему персиянка с завалинки,
И улыбается добрый и старенький
Дед.

Чайник на печке парит и волнуется....
07:48  22-11-2016
: [13] [За жизнь]
Чувств преданных, жмуры и палачи.
Мы с ними обращались так халатно.
Мобилы с номерами и ключи
Утеряны навек и безвозвратно.

Нас разстолбили линии границ
На два противолагерные фронта.
И ржанье непокрытых кобылиц
Гремит по закоулкам горизонтов....