Интуиция

Автор: Магадан Надо бороться с собой. Выходить из зоны комфорта. Примерно так я себя настраивал, когда садился в поезд. А теперь поезд прибыл. «Зря ты все это затеял, дружище», — говорил мне внутренний голос. Все не так, все не то. Этот голос…Он звчит слишком громко. Его ничто не могло заглушить – ни гул трибун стадиона, ни рев музыки в барах ни стоны на простынях. Ни помог ни шум боксреского зала, ни стук колес, ни рев турбин. Он сильнее прибоя в шторм и криков о помощи Джима Моррисона. Он нескромный и не выбирает выражений. Никогда не врет и точно знает всему цену. Мне, ей, вам и всей этой истории…
Я прехал час назад. Одесса- Киев. Скорый, ночной, купе, бессоница. До дома 5 минут на такси. И я еду. С Воздухофлотского на проспект Победы. Вот тут я в школе учился. Тут в баскетбол играл. А тут Полина жила – она сейчас в Канаде. Последняя волна их эмиграции. Ищу глазами лица знакомые, нет никого. Ключей нет, домофон, не войти без звонка. Дверь открылась сама, сосед выводил пса на прогулку и удивился увидив меня. Кивнул. Спустил пса, тот умчал вглубь двора. Я вошел. Отвык. Шесть утра.
Отец сидел на кухне с биноклем. Я улыбнулся. Батя бдит.
— Привет! Девченок высматриваешь?
— Привет, Данил. Это ворье опять стройку затеяло, теперь прямо напротв нас. Жить не дают. Денег говорят нет в бюджете, пособия не платят, а стройку в центре начали. Маланцы!
— Ну так это ж здорово, кто-то работу получил. Простые ребята. Холода идут – детей своих оденут, подарки купит к праздникам.
— Не надо это делать за мой счет! Гудят с утра до ночи. В суд надо подавать.
Сдает старик. С тех пор как мать ушла от нас, он подсел на лекрства. Иппохондрия, мнительность, параноя. Гомеопатия и апатия с приступами ярости.
Он готовит мне завтрак. Ему это надо больше чем мне. Указывает в какой последовательности все есть и пить. Овсянка. Потом омлет. Хлеб с маслом. Чай с шиповником. Спрашивает про работу, рассказывает про брата, вспоминает Союз.
Через час мы готовы.Удочки, снасти, заготовленная наживка. И его старенький Форд повезет нас туда, где времени нет. Там есть перемена погоды, прикормка, приметы и фарт. Мы будем рыбачить. Мне посоветовали озеро.
— Сейчас рыбалка уже не та. Я раньше щук таскал, а теперь сижу как в засаде по часу-два, жду и ничего.
— Пап, может надо снасти сменить?!
— Да уроды эти, рыбу сетями вылавливают, оптом сдают, а с нас деньги дерут за медитацию. Рыбы там нет.
— Может и так. Я ж не рыбнадзор. Просто побудем вдвоем.
— Вдвоем там побудешь. Наедут на джипах. Еду только из-за тебя.
— Ну спасибо, пап.
Мы приезжаем. Платим. Раскладываемся. Я путаюсь. Я снова все делаю не так, даже если правильно. С военными всегда так, прав тот кто старше. Закидываем удочки. Будем ждать карпа.
- Поздновато конечно, но лучше так, чем эту стройку под окном слушать.
- Вот и здорово, — ответил я.
- Как Анастасия? Не угомонилась еще?
- Мы разводимся!, — я хотел утаить. Но не смог. «Слабак».
Он оторвал взгляд от поплавка. Посмотрел на меня с прищуром. Хмыкнул. И продолжил следить за поплавком. «Зря ты сказал, ему, зря, сейчас начнется…» — звучит внутри меня.
— Эта девка никому житься не давала. Хуже шалавы. С теми хоть все точно и ясно. А эта…то врет, то пьет, то плачет. Правильно сделал, что ушел.
— Правильно, — сказал я, — «Два года только не вернуть», — прозвучало внутри.
— Клюет вроде. Смотри сюда!
Он медленно натянут леску. Повел рыбу влево и плавно подсек. Красивая. Словно в стальной броне. У меня не клюет. Так и должно быть. Это не для меня, для отца.
Он уходит в машину. Закатывает рукав, одевает манжет манометра, меряет давление. Качает головой за стеклом. Капает капли в стакан. Выпивает.
— Давление вечно высокое. Ничего не могу сделать. Сосуды разболтались.
— Ты на воздухе бываешь, пап?
— В магазин хожу, на рынок. Иногда такое чувство – что могу не вернуться. Сердце еле качает. Напора нет.
— Раньше ты в парк ходил, помнишь?
— С тех пор как Рафу сбила машина, я в парк не хожу.
Рафа наш пес. Рафаель. Мать ведь его к этому упырю забрала с собой. У него был новый хозяин. Два дня. Мамин друг. Пианист. Роман. Но пес сбежал и вернулся к отцу. Как он нашел дорогу – никто так и не понял.
И вот мы сидели на берегу, два холостяка, сын и тец, с разницей в 40 лет в возрасте. Молчали и все понимали. Вытащили еще рыб пять, по одной оставили – остальных отпустили. Пили чай с бабушкиного термоса. Ели курагу и черный шоколад. Такое надо ценить, потому что второго раза может и не быть.
Обратно я сел за руль и пожалел об этом.
— Осторожней! Следи за дорогой! Не держи руль как баба! Не уступай ему!
« Молчи, всего один день, он любит тебя, просто говорит это вот так» — убеждаю себя я.
Мы вернулись к обеду. Перекусили. Он лег отдохнуть. Я пошел в свою старую комнату. Лег на диван. Закрыл глаза. Открыл глаза. Прошел час. Мне снилось как мы с Настей катались на велосипедах по трассе здоровья вдоль одесского моря. Смеялись. Потом куплись на пляже Чайка и потом любили друг друга в старой квартирке на Среднефонтанской.
Вечером у Алексея день рождения. Я иду. Но пока еще есть дела…
Мне нужно выбрать себе костюм, рубашку и какой-то плащ наверх, уже на улице холодно. И снять номер в отеле. Этим и займемся.
— Добрый день, вам что-то подсказать?, — приветливо говорит консультант в магазине.
Я в Пассаже. Не могу ж прийти оборванцем. Да и время еще есть.
- Мне бы костюм темно-синий, к нему галстук и тренч.
Терпеть не могу все эти примерки, выборы, соменения. Здесь купил только костюм. Дальше нашел плащ и рубашку в другом магазине. Чуть не забыл про обувь, еще двадцать минут в небытие. Проголодался, устал, надоело. Вышел сразу в новом. Старое шмотье в урну.
Захожу в Феллини. Никто уже не узнает меня. Я их теперь тоже знать не знаю. Заказываю американо. Двойной виски. Мясо и овощи. «Кушай медленно, наслаждайся, различай вкусы» — звучит внутри меня. Выхожу выкурить сигарету на терассу. Висит огромная реклама фильма «Сталинград». Когда уже мы научимся жить без войны?
- Вам все понравилось?, — допытывает официантка.
- Да, спасибо, — отвечаю не поднимая глаза. «Это привычка надломленных людей – говорить и смотреть в сторону» — говорю я себе. Смотрю на нее. Улыбаюсь. Мне пора.
Звонит мой телефон.
— Ну долго тебя ждать еще?, — звучит в динамике Алексей. Именинник.
— На подьезде. Это там где смотровая площадка на крыше?
— Да, давай, все жут.
Я вхожу. Хостесс услужливо проводит меня. Я вижу их стол издалека. Все знакомые лица. Алексей с Марией. Антон с Аней. Егор. Вика. Я. Слегка волнуюсь.
- Всем привет!
Я дарю конверт. В нем сто долларов и ключ от оплаченного мной номера в отеле. Интерконтиненталь. Знаю, что он живет с Машиными родителями. Пусть порадуется. Расслабится.
Алексей нащупал ключ в конверте. Прочитал записку, как заговорщик шепотом обратился к жене. Искорки покзались в ее глазах. Мне надо выпить. Понеслось…
— Лешенька, я знаю тебя и твою семью очень давно. Давай выпьем за твоих родителей. Они гордятся тобой, любят и ценят. И ты их не забываешь. Давай за ваш союз. — тостует Аня.
Хороший ресторан. Все чинно. Мало людей. Выходной день. «Надо расслабиться».
- Даня, как жизнь в Одессе. Как Настя? Диссертация?
Только не сейчас. Пожалуйста. Я не готов.
- В Одессе все отлично. У Настюши тоже все ферично. Диссертация прогрессирует.
Я уехал в Одессу два года назад. Женился. Нашел себе работу в университете преподавателем. Я хотел написать диссертацию по современным холодильным установкам, но написал роман про человека, который гоняется за своей женой по злачным местам разных городов. Он теряет работу, друзей, покой.
Мы выходим курить и дышать на балкон. Солнце садится. Кто-то предлагает сфотографироваться, но свет бьет прямо в камеру и нас не видно на снимке. Только силуеты в костюмах и яркий свет за спинами.
- Ну как ты?, — спрашиваю я Алексея.
- Нормально. Спасибо за подарок, то что надо. У тещи слух хороший, достало под телевизор этим заниматься.
- Хорошо, когда есть что слушать.
- Ты без кольца? Решил гульнуть, — спросил он меня.
- Нет, развелся. Давай пока закроем эту тему. Хорошо?
- Как скажешь.
Было много шуток и смеха. Я выпил и успокился. Признал нутром всех своих. Одноклассники, однокурсники, их приятные жены.
- Слушай, Антон, а Егор что с Викой?, — недоумеваю я.
- Ну они стали часто появляться вместе. Вот на свадьбу мою вдвоем идут.
- Женишься? Поздравляю!
- Приходи и ты! Забудим прошлое, — он делает шаг навстречу.
- Прийду. Один.
Он любил Настю, мою пока еще жену. Она не любила никого. Ей надо было выйти замуж, чтоб успокоить богатых родителей. Мне надо было уехать. Я подходил на роль мужа. Как вывеска, голограмма. Так и срослось. Я был днями и вечерами предоставлен себе. Читал лекции, ходил в спортзал. Не задавал ей вопросов. Получал от ее отца деньги в конце каждого месяца. Она пропадала где-то. Приходила пьяная. Какая тут диссертация…
Очнись. Мое время говорить тост. Встаю.
- Знаешь, брат. Времечко бежит. И самое главное – придавать времени смысл. Каждый день, месяц – не живи просто так. Старайся. Помогай близким. Будь сильным. Пусть людям будет тепло и спокойно рядом с тобой. Наверное в этом и есть смысл жизни мужчины – тратить время и силы на других.
- Спасибо, Данил.
На небольшую сцену взошел гитарист. Одет аккуратно. Недолго настраивается. И начинает петь. Отличные каверы, чистый голос…Робби Вильямс, Биттлз, Майкл Джексон.
- Нам бы такого на свадьбу с Аней. Надо узнать сколько запросит денег.
- У нас тут многие пережинились из знакомых, Дань, пока тебя не было, ты на чьей свадьбе последней был? — спросил Антон.
- На своей. На двадцать лет вперед нагулялся.
— Кстати, Бориса давно не было видно? – спршиваю я.
- Да уж полгода, как точно, женат вроде снова – рассказал Леша.
- А помнишь как он золото в ломбард свое закладывал, чтоб нам пьянку не прекращать?
- Помню. А помнишь как в универе он после 5 бутылок пива забил решающий бросок непопедимому пединституту. Такая победа была.
Все начали вспоминать истории. Смеятся. Я тоже смеялся. И мой внутренний голос отступил. Я был вмсте со всеми. Вспоминал детство и юность. Я не видел себя со стороны и был этому рад. Но снова мне попался гитарист на глаза, он вышел курить на терассу. С нее открывался чудесный вид на город. Город, который меня принимает назад. Я пошел на воздух. За мной вышел Егор. Мы закурили.
- Ну что, долго ты тут еще ностальгировать собираешься — спросил он.
- А что? Мне все по душе.
- Сегодня намечается сумасшедшая вечеринка. Поехали! Оторвемся. Там такие девочки…
— А как у вас с Викой? – спросил я.
- Никак. Общаемся просто. Я что-то вроде бесплатного психоаналитика. Платноческого – сказал он и рассмеялся – так что, еще минут двадцать и тусить?
- Нет, Егор, я пас.
Пока мы беседовали гитарист верунлся к барьеру. Видимо сыграл что-то испанское, заводное. Все запыхавшись, возвращались к столу, пили воду.
- Леша, ну ты мастер. Плясал как суперзвезда.
-Я ж в суворовском учился. Нас там вальс учили танцевать. Как будущих офицеров. Это мне легко. Сальса ваша модная и вальс это практически танцы-побратимы. Все заливаются смехом. «Танцы-побратимы» — думаю я, смешно же.
Егор с кем-то переписывался по телефону. Улыбался. Выходил говорить на балкон.
Марьяччи запел «Достучаться до небес». Аккорды текли радостью внутри меня. Вика пригласила, я не отказал. «Столько лет спустя, будь молодцом», — посоветовал сам себе я. Буду. Я тот еще танцор…
— Молодец, что приехал – сказала она.
— Я не мог иначе. Да и терпеть надоело – я случайно наступил ей на ногу. Жарко.
— Ты прости меня. Я тогда отказала тебе. Ты уехал. Мне тут тоже не сладко было.
Я подпевал гитаристу тихонько. Даже больше Бобу Дилану, с которого песня началась.
— Знаешь, говорят от обид болезни тяжелые у людей начинаются. Они сами съедают себя. Я не держу зла. Мне так хорошо, здесь и сейчас.
— Обними меня крепче – сказала она и положила голову мне на грудь.
« Не верь ей снова» — прозвучало у меня внутри. «Лучше вспомни как она тогда…»
Я решил не вспоминать. Ну было и было. Есть здесь и сейчас. И нам хорошо. Марьяччи, еще разочек припев, будь человеком.
Праздник заканчивался, вечер продолжался. Егор сбежал в клуб, чета Алексея и Маши садилась в такси. Им в отель. Антон с Аней уехали домой. На Саксаганского, их старый дом. Мы с Викой остались вдвоем у входа.
— Что будем делать? – спросила она меня.
— А ты что хочешь? Может вернемся и еще выпьем? Или прогуляемся…
— Поехали ко мне ?! – предложила она.
— Поехали — я подошел к дежурившему таксисту. Назвал ее адрес по памяти. Едем. На заднем сиденье она взяла меня за руку. Я не отнял. «Ты пожалеешь, ты идиот» — говорил голос у меня в голове. Я его не слушал.
Все случилось очень быстро. У водителя зазвонил телефон. Он опустил глаза. Потерял дорогу. Пропустил светофор. Тойота Камри влетела с моей стороны в бок. Скорость за сто. Без шансов. Я так и не успел пожалеть.