Трава на ветру

Автор: Безнадёгин И уже никогда те песни не заиграют.
А если и заиграют, то от них будет тошнить.
И добрые долбаебы переварятся сами в себе, со всей их эстетикой исключительности.
Пора признаться: мы все слушали что-то не то и делали дела как-то не так.
Жизнь- это табун коней в Крымской степи, которых гонят к обрыву дурные окрики, выстрелы фейерверков и сумасшедшая пляска пьяных от крови людей.
Лошади падают с крутого берега, летят, и вода моря смывает их черную горячую кровь.
И это неправильно, плохо и жестоко, но чертовски красиво.
Ради единственного момента красоты можно убить сотни тысяч коней и миллионы людей.
В конце концов, человечество только этим и занимается.
Чингиз-хан убивал ради травы, качающейся на ветру.
И тот, кто скажет, что Кремль, Версаль или Колизей красивее травы, качающейся на ветру, тот или дурак, или ни разу не видел травы на ветру.
Две тысячи тринадцатый катится кубарем в свой последний календарный день.
Но этот год будет продолжаться.
Пока не похоронят волгоградских мертвецов.
Пока пьяное быдло не задохнется от рвоты в квартире с грязными обоями.
Пока твоя подружка не зайдет в больницу и не убьет твоего ребенка, зачатого в середине зимы.
Пока серое небо не упадет на черную землю белым, как амнезия снегом.
Пока во внутреннем дворике бордели, бывшей когда-то тобой, не рассыпется в прах старая и обглоданная городскими сквозняками табличка "РАЗРУШЕНИЕ"
Пока звезды- это чуть больше, чем битые пиксели в этом ужасно написанном шутере.
Пока ты уверен, что та, кто должна дышать-дышит.
Пусть не здесь и не ледяным воздухом покинутых квартир, а там в теплом мареве теплой кухни.
Но тем лучше.
Пусть ей будет тепло.
Пусть только ей будет тепло.
Пусть миры замерзнут, бомбы взорвутся, все до одной пули попадут в цель, дети заплачут, а Вселенная сожмется в искру, ради того, чтобы ей было тепло.
Остальное не имеет значения.
Твой две тысячи шестой закончился этой весной.
Две тысячи седьмого у тебя не было.
Время и память- грубые шлюхи, у которых нет шансов.
Они собачатся между собой, пьют портвейн и играют в карты.
Им не помочь.
По ночам они включают те песни, от которых тебя тошнит.
За старые СМС придется краснеть даже на Судном Дне.
Новый год.
Зеленая ель в гирляндах, как инопланетянин в огнях своего звездолета.
Мы и есть эти странные скользкие рептилии.
Мы мчимся на сверхсветовой.
И вокруг пусто.
И было пусто всегда.
Мальчик открывает конфету, внутри которой Малое Магеланово Облако.
Мальчик глупо смеется.
Мальчик бросает конфету на пол.
Куски мальчика бросают на операционный стол.
Твоя случайная подружка бросает себя в окно.
Две тысячи тринадцатый навсегда остается с ней.
Маленький зеленый подонок в огромной бесцветной Вселенной.
Когда твой звездолет разобьется о синие стены палаты
Не забудь оглянуться.
Там остался пустырь.
И на нем.
Есть только трава,
Трава на холодном спокойном ветру.