ПОЩЕЧИНА

Автор: Елена Давыдова Так говорите, Лель?
- Псевдоним. Творческий - Капустин смущенно улыбнулся и непроизвольно задвигал ушами.
Ну, что ж, вполне себе жизнеспособно. Со славянскими, так сказать, корнями.
Семен Семенович, грузный мужчина с толстой короткой шеей, обмотанной в три ряда клетчатым шарфом, внимательно поглядел на Капустина. Его жидкие белесые волосы, подобно высокогорной растительности, частично покрывали голову, оставляя проплешины на крутых склонах предлобья и затылка. Что и говорить, до златокудрого певца славян, автору сентиментальных романов Капустину было далеко.
Ну, Лель, так Лель! - подытожил свои мысли Семен Семенович - Бумага, она все стерпит.
Хотя, прецедентики у нас самые разные бывали. И Наполеона издавали и Александра Первого, вместе с соавтором его Александром Вторым. Одна барышня, например, решила назваться мужским именем. И под этим именем, выпустила целую серию бестселлеров, заморочив тем самым голову и критикам и читателям. А один милый молодой человек, из интеллигентной и очень известной в театральных кругах московской семьи, свои рукописи подписывал именем Красный Нетопырь. Так что ваш Лель, это можно сказать классика. Да... А «Пощечину» вашу я прочитал...
Уважаемый редактор завис, как старенький компьютер, глядя прямо в в центр капустинского лба, где по мнению эзотериков располагался третий глаз. Капустин беспокойно заерзал на ставшем вдруг ужасно неудобным стуле. С языка уже готов был сорваться нетерпеливый «?», но ровно через 30 секунд Семен Семенович «перезагрузился» и продолжил:
- Ну, так вот. Ничего себе роман, вполне...Сентиментальный...Сюжет бодрый, современный... Герои живые...Да и язык, вполне себе понятный нынешней целевой аудитории, так сказать...
Слова паразиты, которыми изобиловала речь Семена Семеновича, были предвестниками сбоя в настройках его программного обеспечения, за которыми следовала неминуемая пауза. И надо отметить, что по части пауз, Семен Семенович был гением, с которым не смогли бы сравниться даже лучшие представители МХАТовской сцены. При этом, в отличии от МХАТовцев, из паузы он выходил резко, без предупреждения, не меняя выражения лица.
Единственное что немного беспокоит - это некоторое сходство сюжета, с классическими, так сказать, произведениями...
Расслабившийся было Капустин, вновь почувствовал жесткость сиденья.
Итак, что мы имеем - углубился в аннотацию к рукописи Семен Семенович - Ага...
Главный герой романа - прожигатель жизни Олег Евгеньев вынужден покинуть Москву, чтобы навестить умирающего дядю, успешного бизнесмена ведущего свои дела в Азии. Но в живых он его не застает - родственник умирает как раз в тот момент, когда самолет Олега приземляется в Гоа - месте, где дядя прожил последние годы жизни. Олег узнает, что является его единственным наследником...
Поправив очки, висящие на переносице, Семен Семенович остановился, и взглянул Капустину прямо в глаза, от чего последнему захотелось поднять руку и отпроситься в уборную по малой нужде.
- ...На Гоа, Олег, которого одолевает депрессия и поиски смысла жизни, знакомится с местными дауншифтерами, и влюбляет в себя Тамару - невзрачную на первый взгляд девушку, с большим, так сказать, внутренним содержанием. Девушка пишет ему признание посредством SMS, но послание остается без ответа. Тамара безутешна и корит себя за опрометчивый поступок. А вскоре она узнает, что герой флиртует с ее легкомысленной сестрой, помолвленной с приятелем Олега - немецким дайвером Ленни. И не только флиртует...
Семен Семенович вновь сделал паузу, чтобы отпить немного воды.
Продолжим. Вскоре тайное становится явным. Ленни, узнав о предательстве друга и невесты, разрывает помолвку и дает пощечину обидчику на глазах у всего общества дауншифтеров, вызывая его тем самым на дуэль. По условиям дуэли, противники должны совершить глубоководное погружение без акваланга. Шансы Олега не велики, но он принимает вызов, и неожиданно выходит победителем из схватки, так как незадачливого жениха съедает не понятно откуда взявшаяся акула-людоед. Герой, понимает, что судьба дает ему второй шанс. Его философские устремления меняются....Так, это мы пропустим, тут все понятно...
Пробежавшись глазами по странице, редактор продолжил.
Ага! Вот! С помощью социальных сетей, эта история, становится достоянием общественности, а герой - медиа персоной. Бросив обеих сестер, он уезжает в Россию, погреться в лучах славы. Хм...
На сей раз пауза была еще более тягостной, чем обычно. Капустину показалось, что над его головой защелкали острые зубы той самой, непонятно откуда взявшейся акулы. А потом хищница заговорила голосом Маргариты Львовны - его учительницы по русскому языку и литературе: «Два, Капустин! Садись и больше не списывай!».
Тем временем, Семен Семенович продолжил чтение, не забывая делать многозначительные паузы, во время которых у Капустина каждый раз скручивало живот.
Ну, и так сказать, развязочка...Через пару-тройку лет, Олег вновь встречает влюбленную в него когда-то Тамару. Только теперь, она жена известного художника, а по совместительству его Муза. Герой понимает, что любил всю жизнь только ее, и предпринимает попытки возродить в избраннице былые чувства. Он выступает с громким признанием на одном из популярных ток-шоу, и вновь получает пощечину, но уже от мужа барышни - известного художника. Разгорается скандал. Общество раскалывается на две части - одна принимает сторону Олега, другая - сторону его обидчика. Тамара, тем не менее остается с супругом, а герой романа направо и налево раздает интервью о счастье, которое он, так сказать, потерял. Конец...
Семен Семенович шумно высморкался и допил оставшуюся в стакане воду. После чего сосредоточенно, и как-то тоскливо посмотрел на Капустина, ожидая, по всей видимости, ответной реакции от него.
Понимаете - зачастил Капустин, пытаясь предугадать следующую реплику редактора - мне хотелось рассказать читателям о том, какое это хрупкое чувство - любовь, как важно ее не потерять...
Понимаю, одобряю и поддерживаю - прервал его Семен Семенович - Но, простите меня, молодой человек, вам это ничего не напоминает?
Что именно?
Сюжет! Герои! Вы не думали, что это кто-то до вас написал?
Пятая точка Капустина сморщилась, постигнув всю жесткость редакционного стула.
Я...Я не думаю. Я сочинил роман про себя. И, конечно же, я могу себе представить, что кто-то из авторов до меня эксплуатировал эту тему. Но, уверяю Вас...
Не стоит. Понимаю. Вы старались. Творили. Писали от души, так сказать...
Именно! - горячо было начал Капустин. Он намеревался выложить перед Семен Семеновичем заранее заготовленные истории своих неудачных романов, но осекся, заметив тяжелый взгляд литературного авторитета. В памяти опять всплыла Маргарита Львовна и непонятно откуда взявшаяся акула.
Тем временем, Семен Семенович встал со своего места и подошел к кофе-машине, стоявшей в углу его маленького, заваленного книгами, рисунками и рукописями кабинета. Если бы в этот момент Капустин смог взглянуть на лицо редактора, он бы увидел следы чудовищной борьбы происходящей в душе Семена Семеновича: зрачки сдвинулись в область переносицы, ноздри хищно раздувались, костяшки сведенных пальцев побелели, а плотно сжатые губы из последних сил сдерживали рвавшейся наружу крик.
Наконец, Семен Семенович наполнил две чашки коричневым, хорошо пахнущим напитком, поставил одну из них перед автором, и придвинув к нему поближе сахарницу, продолжил.
А знаете что, Лель, я «пробью», так сказать, ваш роман. Почему нет?! Написано бодро, герои современные, сюжет классический... Я даже больше того скажу, я уверен в том, что этот роман будут читать! И не просто читать, а массово!
Капустин, ставший в одну секунду Лелем, был на грани истерики. Только что, ему казалось, что все рухнуло, сгорело синим пламенем, и тут...
Семен Семенович тоже чувствовал эмоциональную встряску, правда совсем иного рода. Он вскочил со своего места и заходил по комнате, мотаясь из стороны в сторону, подобно маятнику. Каждую свою фразу он сопровождал отчаянной жестикуляцией. А в особо важных моментах, хрустел костяшками пальцев.
Помяните мое слово, через полгода, да нет же, через месяц ваш роман будут читать в метро и в электричках! Его будут читать усталые разведенные женщины, наивные девчонки, менеджеры среднего звена, бухгалтеры, архивисты, складские работники и медсестры...О нем обязательно напишут в глянцевых журналах. Напишут хорошо и даже опубликуют отрывки. И снимут сериал! Главное, не обращайте внимания на критику. Этим акулам всегда нужно свежее мясо! Запомните: это только у Булгакова второй свежести не бывает, а у нас на этот случай есть волшебные два слова - классическое переосмысление! Вот так!
Семен Семенович резко оборвал свою речь на полуслове, высморкался и сел на свое место, расплескав стоящую на рукописи полную до краев чашку. Кофейная жижа быстро образовала темное коричневое пятно, в акурат на имени автора.
- Это ничего - редактор попытался промокнуть пятно своим носовым платком, но пятно разошлось еще больше - Новый экземпляр отпечатаем. Бумага все стерпит, так сказать...
Непонятно почему, последние слова редактора, резанули слух и ранили восприимчивую душу Капустина-Леля...
Сумбурные мысли закружились в голове подобно воронке торнадо. Сознание успевало выхватывать лишь отдельные фрагменты: ярко освещенная витрина Московского книжного, глянцевая обложка его книги со смуглым мускулистым красавцем, экзальтированная почитательница, требующая автографа, залихватская роспись, акула, Маргарита Львовна, белый лист бумаги, знакомый профиль знаменитого поэта с бакенбардами, звонкая пощечина, полученная неизвестно от кого, выплывшее откуда-то из отдаленных уголков сознания слово «обосрамшись» и коричневое пятно, замаравшее звучное имя автора...
«Вынырнув из воронки», Капустин попытался утихомирить восстание в душе своей, осмысливая сказанное редактором. А последний тем временем, озвучивал, в общем-то, приятные вещи, в который раз талдыча о грядущем успехе «Пощечины».
Вот только я, во избежание всяческих проблем, категорически настаиваю на смене имени главного героя. Придумайте что-нибудь более звучное, концептуальное. Пусть он у вас будет Мизгирем! Лель - Мизгирь, по-моему, отлично!
Провожая автора, Семен Семенович, еще раз заверил его в том, что будущее писателя кажется ему безоблачным, а на прощание посоветовал найти имиджмейкера и сделать трансплантацию волос:
Ведь, Вы же - Лель. А это обязывает, так сказать...