|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - ПробуждениеПробуждениеАвтор: Вадим Мурманов
[ принято к публикации 10:35 08-04-2014 | Саша Штирлиц | Просмотров: 1675]Он, ныне ставший узором обоев. Ноги стволами из пола. Сна крона не помнит. Миг перед боем с ночью. Холод. Лувр потолка скрыт темнотой. Не известно, что горше - боль, что стреляет в мишень виска или покой. Перетянуты вожжи. В ритме несвязном оркестр февраля фальшь выдаёт. Перемешаны звуки. «До» пожирает наивную «ля» - жадность в квадрате, ирония в круге... * * * Тело бездвижно. С ним в споре щека вздрогнула, вспомнив касанье ладони Музы. И вновь по лицу старика радость бежит. Ночь беснуется, стонет, мечет - но тщетно. Печаль невпопад. Скоро рассвет. Как предчувствие, зыбко, словно без трости слепец, наугад, робкому свету навстречу... улыбка. февраль 2012 Теги:  -6 
Комментарии
#0 11:02 08-04-2014Седнев
Технично, но не пробирает в целом хуйня. пробуждение ...оно всяким бывает но у Вас по-мужски..чувственно-трогательное .........+ набор всяких разных слов и непомнящих снов крон что-то безликое "февраль 2012" - а эта, автор. зачем? Пардон, не мог выйти на Литпром - какие-то 404-е ошибки постоянно выскакивали... Швейк, хрен знает... Этот опус, если ещё более чувственно писать, вообще в попсу превратится. Джинглз, просто в исходнике изначально была проставлена дата, так что пусть будет. ну и нахуй этот хлам в апрель 2014го тащить? Еше свежачок Там, где еще (плачь, капитан, плачь…)
Не о ком будет плакать. (Варя Нау. 2013 г.) таскаю каштаны из детства твоего алиса моя с чёрным мраморным сердцем (Авось. 10.10.26 г.) *** А первый снег, что прошлых неудач мгновения, — бессилен, безнадёжен.... Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным.... |
