Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - сны. переход

сны. переход

Автор: Олег Захаров
   [ принято к публикации 04:39  02-02-2005 | Амиго | Просмотров: 378]
СНЫ. ПЕРЕХОД
Дорога оказалась длиннее, чем двадцать лет назад. Остальное было как прежде. Те же камни. И та же пыль под ногами. И трава, которая обвивает тропинку с обеих сторон.
В прошлой жизни все было иначе. Были лошади. Был холодный туман и запах пота. Журчание ручья и звон тетивы. Куда подевался ручей? Где-то слева…
-Сейчас будут старые солдатские могилы. Черные кованые ограды, мраморные кресты в пятнах лишайника. Пережившие человеческую память. Из зелени пробиваются хризантемы. Ничем не связанные с людьми, сами по себе.
Тропа порядком заросла. Приходится наклоняться, продираться между лианами. Всего пять часов на электричке, а так тихо… Позавчера не считается. Это – на вертолете. Не на своем, ведь, горбу, доски тащить? Купить их оказалось сложнее, чем договориться с летчиками. Светлые. Струганные. Вороватый рыночный торговец с масляными глазами: «Зачем говоришь – неровные? Что строить будешь? Почему – не нада? Увази все!» И еще ржавый трос, который проталкивали под днищем МИ- 14, чтобы забрать «поклажу».
Когда-то вертолетов не было.
…Было восемь человек. Небольшой отряд, объединенный общей целью. Был подросток – щуплый мальчик, ехавший слева сзади на большом коне пегой масти и крепкий парень с правой руки, он понимал все без слов. Осторожная поступь, глуховатое цоканье копыт в предрассветной серости. Речные валуны.
Движение ветки... Негромкий хлопок тетивы… Удар выше переносицы… Ослепительное пятно перед глазами… Острое сожаление – «не успели…»
Что помешал сделать этот чертов арбалетный болт? Куда надо было добраться, мучительно надо? Не вспомнить… Наверное, я не узнаю. Никогда.
Тропинка пошла в гору, стала уже и круче. В конце ущелья - через распадок, потом взять ближе к скале. Каждый раз так: место, вроде бы, это, а входа нет… Все в порядке! Здесь. За выступом. С трех шагов не заметишь. Бронзовые ворота в старом утесе…
Знаете, как цветет миндаль? Чистый, прохладный воздух наполнен синевой. Акварельные разводы. Призрачные звездочки. Лиловый запах. Весна в Зурбагане.
Апельсины – это совсем другое. И вишни тоже. Это молодость, которая оглушительно врывается через ноздри, заполняет легкие. Состояние блаженства, конфетти из нежных лепестков. Даже, когда выгоняют из института. Спокойствие и беззаботность. Лучезарное неведение.
Коридор в толще горы. Небо высокое, светлое и сухое. В другом мире остались свинцовый колпак над перекрестком, блики желтых фонарей, морось троллейбусной остановки…
Ступеньки ведут вверх, а город как муравейник, уходит вниз. Мертвый, или замерший? Мелькают тени, прозрачные лица. Через вату веков слышится речь… А, может быть, это просто шорох ветра о глыбы песчаника? Бесчисленные ответвления и переходы в пористом известняке. Кривая улочка. Следы колес арбы. Ее когда-то тащил ослик. Повозка давно стала пылью, а колеи в плитах остались. Повозок и осликов было много. Остатки стен. Ажурная вязь на безмолвных фронтонах. Каменные скамейки для обуви, ванны для омовения ног у дверей. Отполированы голыми пятками и временем.
Что там со временем? Спешить ни к чему, но и опаздывать нельзя. Вот и Верхнее Плато. Пришли. Мавзолей и фисташковое дерево. (Сколько ему лет?) Площадь. Здесь.
Правильно сделать разметку... Грунт твердый, важно, чтобы колья вошли в землю строго на пересечении линий…
Кристальный Поток – там, внизу, к югу, над лощиной. Две минуты постоять у края, это ничего не изменит… Сделать шаг и раскинуть руки… Кажется, что подхватит и понесет… Но это против правил. Тогда ничего не получится.
Раньше вещи для Игры делали из хрусталя.
- Старик с набрякшими веками… Он всегда встречал у двери с готовым Заказом в руках. Будто заранее знал, что придут. Переступал ли кто-нибудь вообще порог его хижины?
Сегодня приходится довольствоваться всякой ерундой. Линза от старого фотоувеличителя. Ну да ладно, важен результат. Строго на восток, два градуса левее острой вершины. Наклон – на полдень. Сухие колючки – в фокусе. Деревянный настил полит маслом. Валькнут, священные знаки Перехода. Кладка полыхнет через семь часов. Первый луч восходящего солнца… Пора… Сто сорок четыре зернышка миндаля. Горькие. Очищенные. Это все надо прожевать - задача не из легких. Металлический привкус во рту. Радикал углерода и азота. Мысли уплывают. Слабая боль в висках, которую можно унять. Лень, не хочется. Немеют пальцы. Плата невелика, но от нее не уйти. Почему каждый раз лучше всего запоминаются эти моменты? Амигдалин как конь Одина… Огненные треугольники Слейпнира… Яблоки…
- Здравствуй, Авалон! Когда – нибудь я все вспомню.


Теги:





0


Комментарии

#0 18:26  02-02-2005Рыкъ    
Отлично!

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
07:42  20-05-2017
: [35] [Литература]
болтают о разном, болтают ногами
болтают когда наступают на камень;
как если разрубишь Татьяну – пол Тани
так есть сотни видов различных болтаний;

болтание членом над женской губою
болтание чувств, когда рядом с тобою
болтание судеб, как в годы репрессий
болтание букв в политической прессе....
Когда от нас останутся стихи,
Ненужные, как пасмурное лето,
Мы выйдем в мир — спокойны и тихи, —
Из пыльных кулуаров Интернета.

Мы станем кормом для слепых червей,
Нас будут пить осины и берёзы,
Мы упадём в объятия морей,
Как синих туч стеснительные слёзы....
23:38  08-01-2017
: [25] [Литература]
Призер конкурса "АПОКАЛИПСИС"

Нельзя сказать что Шаня был олигофреном. До настоящего сумасшедшего он тоже не дотягивал. Хотя лёгкая ебанутость угадывалась с первого взгляда. Просто было у него некое недопонимание этого мира. И как следствие – обоюдное отторжение. Отсюда бытовая неустроенность....
Призер конкурса "АПОКАЛИПСИС"



Деревня Агашкино. Двойная Петля (конкурс, если не поздно).

Щас до деревни Агашкино из Москвы можно долететь на самолёте. Расстояние - восемьдесят километров, минимальная стоимость билета - 123 евро, время полёта 10 минут.
А тогда, в 1986 году, мне приходилось добираться туда сначала на переполненной электричке Москва - Голутвин до ст....
Призер конкурса "АПОКАЛИПСИС"

Отрезая напрочь путь к свободе,
лязгнула решётка в "смотровой".
Злобный санитар сидит на входе.
Я лежу под драной простынёй.

"Вязки" словно змеи впились в кожу,
горло давит как петля "сушняк".
Мне тревожно от тоски до дрожи,
спину давит будто гроб лежак....