cats will be cats

Автор: отец Онаний Люблю под дождем гулять. Только не под ливнем, а под небольшим, моросящим и желательно теплым. Кошек еще люблю,собак. Вообще животных. А людей не очень. Хотя приходится с последними общаться гораздо чаще чем нужно. Как-то приспосабливаешься, мимикрируешь по жизни. Раньше в парк ходил рядом с работой. Там много кошачьих живет. Всех мастей. И у каждого своя жалобная история девяти жизней. Первый раз когда пришел, покыискал их. Так ко мне из кустов и из-за деревьев целая стая выбежала на зов живота. Штук около тридцати я потом насчитал. Морды у большинства драные, у кого-то глаза нет, у кого-то уши обглоданы, у иного хвост в трех местах сломан. И все жрать хотят. Думал, что меня съедят. Я с ними честно поделился бутербродами с сыром. Больше с меня взять было нечего. Пытался погладить, в руки не идут. Боятся. Видимо их долго по жизни терроризировали. Хотя потом один стал тереться об ноги. Грязный, с порванным ухом. Но всё же животина, жалко его. Я потом почти каждый обеденный перерыв к ним приходил и подкармливал. Они уже ко мне привыкли немного. Некоторые даже давали себя погладить. Но так без надежды на ответную ласку, а вроде как в благодарность за еду.
Собак Чука и Гека я заприметил на стоянке. Девушка моя там свою тайоту оставляла. И вместе с двумя пожилыми охранниками службу зимой и летом несли эти два дородных пса. Им, конечно, повезло больше остальных. Мужики будку сколотили, постелили внутрь тряпья старого и миска у собак никогда особо не пустовала. Но и собаки свой хлеб отрабатывали- работали по системе "свой-чужой". Дело своё знали. Я им иногда кормежку тоже подкидывал. Трепал за ухом. Добрые псины.
Потом летом мы в Крым поехали. Не успели загранпаспорта вовремя поменять, вот и пришлось туда. Недалеко от Судака жили. Как-то утром на пляж пошли, а там дорога вся вниз, да, с ложбинками. Идём. слышим скулит кто-то жалобно. За кустами в канаве псина сидит. Маленький, рыжий-рыжий. месяца три-четыре от роду, наверное. Он в эту канаву свалился и вылезти не смог. Бог его знает сколько без воды и еды просидел. Мы его с бутылки водой попоили. И до того сердце защемило, поговорили и решили с собой забрать в столицу. "Будешь теперь москалём!",- было сказано вслух. Так и прижился. Дали ему кличку Крым, даже не раздумывая. Вырос наглым, всё норовит за ногу цапнуть. Но всё равно милый сердцу пёс. Хоть одну собачью душу спасли от неминуемой смерти и то грех с души сняли.