пёс

Автор: Илья Волков Стаффорд. Хрюша.
Не могу ни рассказать про этого члена семьи.Его появлению в нашем доме предшествовала трагедия. На жену мою напал бандит. Прямо в доме, прямо в квартире. Как он просочился, что хотел? Никто не знает, но на беду она открыла дверь. И тот напал. Избил тяжело. Убивал. Спугнули его. Убежал. Иначе и представить страшно, что могло быть. У Ольги травмы тяжелейшие, в больнице. Перелом основания черепа, нос , ну и в таком духе. Живого места нет. Но поправилась, с головными болями, правда, теперь по жизни, но жива. А я же часто дома не был и что делать. Ружье - то есть, конечно, но пока зарядишь. Пока то, пока се. Как семью защитить? Короче, нужна собака. Бойцовая. Что бы один вид оторопь наводил.
А что, нормальный ход. Собака всегда дома. Всегда защитит.
Собака у нас уже правда была. Звали её Хряпа. Хряпа у нас завелась сама. Мы снимали квартиру на Парке Победы на последнем этаже. И в один из дней, выходя из квартиры, увидели карабкающееся розовое существо. Маленькое, с тюбик шампуня величиной. Это была Хряпа.
Как она попала в этот дом? В этот подъезд? Тем более на четвёртый этаж. Ни кому неведомо, тем более что каждая ступенька была величиной с неё саму. Но как то Хряпа прижилась. Жила долго с нами и, надеюсь, что счастливо. Такая маленькая собачонка. Розовая, с пивную кружку. Такую, блин, саму надо охранять. Хряпе к тому же часто морду коты дворовые били. Выходила гулять с опаской. Вначале выглянет, нет ли котов? Затем сама выходит.
Короче, собака была нужна. Всем сказал - никто не против.
Стали искать.
Бесплатные объявления, потеряшки. Есть, отдают щеночка шесть месяцев. Потеряшечка стаффордширский терьер.
Ути пути.
Но ехать надо в Пушкин. Конечно, берём, да что там! Уже еду.
Я ехал и представлял это велюровое в складочках существо. И из ротика чтоб щеночкам пахло. Этим самым тёплым, молочным запахом. Щенуля. Посажу его на руки, обниму, и он меня лизнёт в ухо. Я тоже буду щеночкам пахнуть. Приехал, весь в розовых соплях. Сказали куда подойти.
Дааа.
Щеночек был. Не соврали.
Мне по колено.
Упругое переплетение сухих жил и мускулов. Пятьдесят килограммов ярости.
-Хосподи, это вот это щенок? - спросил я, показывая на пса. Надеялся всё же. Что сейчас принесут шаловливое маленькое существо. Велюровое и он лизнёт всё же. И пахнуть буду….
Собак тем временем жрал траву. В его пасти мог поместиться глобус. Шкура его дублёная была вся шрамах, как будто он дрался с граблями. И проиграл. Тряпки ушей с клещами и язвами висели поганками. Какой тут щенок. Это был даже не собак, а какой - то гладиатор.
Ну, блин, вот так влип, думаю. Как же грамотно съехать с темы, думаю. Представил, как я ЭТО в дом запущу. Там реально все на люстру заскочат, а Хряпа так вообще завизжит и уделается. Он её ноздрями втянет.
И тут собак вдруг перестал жрать траву и посмотрел на меня. Я смотрел на него и не мог отвезти взгляд.
А как отведешь то? Из всего этого четвероного недоразумения на меня смотрели детские глаза. Глаза ребёнка. Полные тоски и надежды. Я смотрел в них и не мог отвести взгляд.
Говорят, нельзя очеловечивать животных. В мединституте Павлова ставят неуд, если студент произносит слово - что собака подумала. Только, типа , рефлексы. Но, но как то не так вообще все это. Не так!
Почему они грязные голодные и забитые тычутся мокрым носом в колени, и заглядывают в глаза. Гладишь им спину, и чувствуешь напряжение каждой мышцы. Как будто они ждут подвоха или пинка. Начинаешь чесать голову и ухо. Напряжение спадает. И закрываются глаза красивыми собачьими ресницами.
Они не мурлыкают. Но какой - то звук точно есть. Я могу поклясться, что собаки мурлычут, но по своему, по собачьи. Убираешь руку, пора идти. Слышишь протяжный вздох. Он снова стал бездомным. А ведь сейчас, секунду назад, этот пёс почти поверил. Что теперь он защищён. Что эта рука будет гладить, и каждый день чесать ухо. И даже будет крыша над головой и своя собственная мисочка. Не важно, какого она цвета. Она ведь будет его. Он сможет её защищать.
Я столько раз уже уходил от таких собак, а они сидели и смотрели мне вслед. Кто я для них. Кто они для меня. Как вечные дети, которые никогда не вырастут. Которые не могут заплакать и не могут попросить. Понимаем ли мы что это не их вина, что они на улице. А наша.
Моя в том числе.
А они?
Они так стараются понравиться нам. И заискивают, и верят. Как будто виноваты за что то уже. Что это они что- то сделали не так и обидели великого в их жизни человека.
Ээххх, ну как вы уже поняли. Вернулись мы вдвоем. В машине пахло псиной. Все как и предсказывал. Все полезли на шкаф, а Хряпа, расставив лапы, завизжала и уделалась. А через день они сдружились.
Хрюша обладал простым и не затейливым нравом. Был весел и непосредственен.
Думать особо он не любил. Когда он думал, у него голова болела. А когда у него она болела, Хрюша злился.
Народ на улице угорал, когда я их подзывал. Хряпа, Хрюша, домой. Он ничего не делал в жизни, что ему не нравилось. Он дрался, ругался. Залазил спать ко мне под одеяло потому что ему ,видите ли, было холодно. Охранял Хряпу. И любил купаться в Таврическом саду. Он пришёл в этот мир без карманов и ушёл так же, но я не видел сердца более того, что билось в его бочкообразной груди.
Мой милый мальчик. Есть моменты, когда я хочу походить на тебя.