Для экскурса

Автор: Лана Терриконы, степи города-
Стелется дорога серпантином.
Третий год не ходят поезда,
Небо затянула паутина.

Полуторамесячное отсутствие на родной земле завершилось. Вдыхаю полной грудью родной воздух в раскрытое окно автомобиля. Вот сразу после дэнэрской таможни он совсем другой.

Помню, как в 14 году ехали этой дорогой - Амвросиевка, Кутейниково, Иловайск. Вдоль разбитой трассы скошенные деревья, сгоревшая военная техника, осиротевшие украинские окопы, но главное воздух - он был пропитан трупным запахом и невозможно было преградить его попадание в салон машины.

Сегодня все иначе- новенький асфальт, по которому мчишься восхищенно на скорости и лишь, все еще простреленные указатели и заборы стоящих вдоль дороги домов,а иногда и разбитые дома, напоминают о тех страшных временах.

Четырнадцать часов в пути, два часа ожидания на двух таможнях весьма утомили, но с приближением дома, второе дыхание набирает обороты.

Везем домой маленькую москвичку. Трехмесячный котенок-девочка. Я ее подобрала на улице совсем маленькой: коньюктевит, кошачий герпес, истощение. Еще бы день-два и.
Она так громко мяукала, что я услышала ее, несмотря на бешенный гул машин. Кстати, больше ни разу она так и не произвела ни звука, просто ротик, как рыба открывает и тишина. Уколы, процедуры промывания глазок и носика, капельки- вобщем, как ребенка выходила.

Везем с собой и почтенного гостя. Старший брат мужа, ныне гражданин Греции. Родился и вырос в Донбассе. Встретились в Ростове, куда он прилетел для встречи с нами. Уговорили ехать с нами(боялся, война ведь(!)), но могила матери- весомый аргумент, что бы забыть о волнениях на родной земле.

В первое же утро шумел Донецкий аэропорт. Ну, так издали. Не особо. Вышедший из своей опочивальни брат мужа, рассмешил, сказав, что слышал, как земля дрожала. Разве же это дрожала? Так, "гроза в начале мая"(с)

Посетили могилу матери. Показали ему(экскурс, блин) кусок прилетевшей ограды. Когда активно простреливали город из тяжелого, прилетело и на кладбище. Куски оград висели на деревьях. Один мы, для истории, припрятали в гробничке. Толстенный кусок железа изрешечен мелкими дырочками. От таких попаданий у человека нет шансов выжить.

Ехали домой через центр города. По пути заехали на год назад открывшийся памятник Скорбящего Ангела в нашей Макеевке.
61 солдат и 30 мирных жителей района- страшная статистика.

Ближе к центру, огромный биллборд- красивое знакомое лицо- Герой донецкой народной республики Михаил Толстых- Гиви.
В машине гробовая тишина. Как-то не хорошо защемило в груди.

Спустя какое-то время, брат предлагает проехаться по Донецку. Мол, дело есть одно, куда ехать помнит, покажет.

Въехали в Донецк. Вдоль дороги огромные плакаты с портретами погибших защитников родной земли. Смотрят на город, с высоты, как буд-то с небес.

Трудно словами описать, что чувствуешь, глядя на них. Все в душе словно переворачивается. Даты смерти разные, в основном 14-й, 15-й годы.

У одного плаката брат попросил сбросить скорость. Словно каменный, смотрел, не моргая на лицо с биллборда.

- ммм... значит, пятнадцатый год. Разворачивай, поехали домой. Нет больше дела.

Вечером, за бутылочкой горькой, он рассказал, что это было фото его друга детства.
К нему он хотел заехать с визитом.

-я же всегда его защищал. Горячий был, а драться нихера не умел. Как же так? Как же так?

Да, суровая реальность. И солнце светит, и все-так же улицы полны народа,спешащего по своим привычным делам. И, как специально, ни одного военного в городе. Трудно уложить в голове, что во время этой с виду абсолютно нормальной жизни, всего на расстоянии нескольких километров, идут бои.

Праздники, шумные веселья, иногда даже отменяется комендантский час, но без объявления войны уже столько людей убито.

И в этом небо так давно не видно росчерков самолетов в небе.