Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Непобедимый Ёжик – Властелин русского подлесья (6).

Непобедимый Ёжик – Властелин русского подлесья (6).

Автор: Алекс Приватир
   [ принято к публикации 12:15  06-02-2018 | Лев Рыжков | Просмотров: 303]


ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ, ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ.

КОБУРГБЕРГ В ОГНЕ!


Потянулись тоскливые дни осады, то печальные и задумчивые, как филины, живущие в бойницах замка, то ядовитые и чёрные, как змеи, гнездящиеся в его подвалах и главном штабе.

Спустя несколько дней планомерной подготовки воевода Ёжик отдал войскам приказ штурмовать. Основные силы он благоразумно направил в самое слабое место обороны крепости на Старицкую гору.


Наши надежды уносятся вдаль

Ветром безумия, ветром войны.

Мы изменились, былого не жаль.

В борьбе выплавляем души чистоту.

И будь я проклят, если вру,

Хребет сломаем любому врагу!

Отряд наш един и каждый солдат

Товарища выручит из огня.

Что будем пить, ведь у нас нет вина?

Доставай из заначек всё что найдёшь.

На завтра работа – сегодня гульба!

Как бы ни было сложно - мы сможем друзья!

Пусть страшный бой у нас впереди,

Мы вместе, а значит - мы победим!


Подкатив вплотную к величественным стенам, заранее подготовленные и напичканные мощными стенобитными орудиями, туры, его воины устроили громоподобную, раскатистую канонаду, длившуюся весь день и сливавшуюся с ответным возмущённым рёвом вражеских пушек.

По окончании этой дикой феерии огня и разрушения вся восточная стена крепости была испещрена рваными ранами проломов, от прежде высившихся гордыми исполинами, башен оставались зубчатые развалины. Сюда были собраны все лучшие силы армии.

Именно в этот переломный момент битвы случилось невероятное. Во время осмотра позиций на крепостной стене шальным ядром был убит командир мятежников, назначенный лично Юлием Штаром - Максимилиан Лейдэр.

- Максимилиан Лейдэр сражён огнём нашей меткой артиллерии, - восторженно-громогласно отрапортовал ближайший помощник Ёжика князь Русин-Галицкий.

- Это был храбрый солдат и он погиб достойной солдата смертью, - при этих словах командующий пристально и укоризненно взглянул в лицо развесёлому Русину-Галицкому, от чего у того немедленно слетела улыбка с уст, – отдайте приказ войскам: прекратить обстрел крепости и не атаковать бунтовщиков, пока не будет предано земле тело их великого полководца!


- Глаза мне говорят – прощай,
Тебя живым я не увижу.
- Прощай, прощай, моя любовь,
Уже не встретимся мы снова.

- В прицеле ясно цель видна.
Прощай, мой враг, прощай!
Плечом к плечу, суровый строй
В атаку вновь идёт вперёд.

Смелей, за ратной славою
Без отдыха, без сна, друзья!
Испуганных врагов разит
Прекраснейшей из войн клинок.

- Дай, расставаясь, обниму.
Последний поцелуй.
- Прощай, прощай, моя любовь,
Не встретиться нам вновь.


Перед началом последней решительной атаки Непобедимый Ёжик прибыл лично под стены замка, чтобы ознакомиться с готовностью войск к бою и отдать необходимые приказы.

Ёжик, въезжает на лошади на вершину скифского кургана, осматривая крепость в подзорную трубу – её бастионы и валы, за которыми упирались в небо остроконечные башни, виднелись красные крыши ратуши и домов знати:

- Да, крепость перворазрядная! Второй такой - равной ей не знаю!

- Слабых мест не вижу!

Штурм города начали с трёх сторон одновременно тремя колоннами. В самый мощный, западный бастион упёрлась колонна, во главе с князем Русиным-Галицким.

До этого в течение пяти дней цитадель подвергалась мощному обстрелу и в нескольких местах, оказалась разрушена. Упорный бой продолжался всю первую половину дня.

По реке Зуше подошла флотилия кораблей, высадившая на берег бойцов, сумевших пробиться от порта к воротам первой линии стен с тыла и захватить надвратные укрепления - открывая дорогу главным силам штурмующих.

Юловские казаки во главе с атаманом Меликовым нанесли смелый и сокрушительный удар в самое средоточие войск обороняющейся крепости, смяв их и сломив сопротивление. Бой перекинулся в центр непокорной твердыни.

Поток войск широко разлился по улицам захватываемого города.

Оставалось овладеть последним рубежом обороны – внутренней крепостью.

Ёжик собрал поредевшие войска, пополнил и укрепил их свежими резервами, сплотил в единый крепкий кулак и двинул в бой, по-отечески тепло, напутствуя словами:

- Я пристрелю любого из вас, в ком увижу хоть каплю жалости к врагу!

- Вперёд, мои головорезы!

- Убийцы! Сукины дети!

- На штурм!

Адъютанту же в полголоса добавил:

- Отстающим, мародёрам и трусам – стрелять в спину!

На мосту перед воротами главной башни кобурбержцы установили кульверины и ожесточенно, прямой наводкой палили шрапнелью по противникам, не позволяя им прорваться внутрь.

Подняться и решиться взойти на мост не были способны заставить ни призывы к выполнению воинского долга, ни обещанное золото, ни зловещие угрозы – солдаты могли довериться только личному авторитету командира и идти на верную гибель, увлекаемые его мужеством.


Пуля свистит. Кто будет убит? Ты или я?

Сражённый лежит, у ног моих, умирая, друг.

Не могу руку пожать, прощаясь: «Братишка прости!

Оружие перезаряжаю, плотно наседает враг».

Он был прирождённый боец, не мне чета.

Я не встречал человека светлее и чище,

Но уходя в мир иной, удивил словами,

Всего семь слов: «Зачем?.. как холодно… ой мама, моя мама…»

Тише, торжественней становится песня.

Ночь темна и черна,

Перед самым рождением дня.

Скачет чёрная на тревожно-чёрном коне Смерть.

Смотрю в закалённые лица своих товарищей.

- Это путь настоящих мужчин –

жертвовать настоящим во имя будущего!


Ёжик понял, что исход сражения, а значит и самой компании, и всей этой войны решается именно здесь, на усеянном трупами, мосту, именно сейчас, в роковую минуту!

Медлить было нельзя. Вместе со своими гвардейцами, из личной охраны, он бросается в гущу сражения, направив коня к злосчастному мосту. Раздаётся залп революционеров – половина его окружения падает, иссечённая иголками смертоносной шрапнели. Под ним спотыкается и тяжело валится на бок боевой конь.

Непобедимый Ёжик ясно осознаёт, что у него всего несколько секунд, пока враги перезаряжаёт раскалённые кульверины для нового выстрела. Он выхватывает знамя, зажатое в руках погибшего стрельца и с криком:

- Братцы, кто не трус – за мной! – пересекает гибельный мост.

Врываясь в гущу врагов, он начинает рубить направо и налево, не давая сделать очередной, сеющий смерть, залп из орудий.

Увидев своего храброго командира в отчаянном положении всё воинство, повинуясь, зову сердца, а не приказу устремляется вперёд, ему на выручку.

Через несколько часов жаркого рукопашного боя остатки бунтовщиков, проигравшие, но не сдающиеся и не сломленные, отбиваясь, отошли к последнему оплоту - Костёлу Христа Спасителя. Запершись внутри храма, изнемогающие от пережитого ужаса, бойцы стали творить молитву и готовиться принять смерть, не нарушив свою клятву революционным идеалам, произнесённую накануне.

- Они сдаются? – спросил Ёжик подоспевшего вестового.

- Нет, командир, эти фанатики заперлись в храме, молятся стоя на коленях и причащаются из рук их ксёндза. Мой человек только что вскарабкался по стене и наблюдал за ними через щель в ставнях окна. Большинство из них очень сильно изранены. Они занесли бочки с порохом внутрь и, судя по всему, готовы взлететь прямо на небеса!

- Кто их командир? Вы заметили?

- Реликтовый Гоминид.


Ёжик ждал совсем другого ответа. Его лазутчики сумели доподлинно выяснить, кто именно стоял за организацией бунта – это были Кобра и Старый Филин, толкнувшие народ на кровавую бойню. Поэтому ответ офицера так удивил его теперь.

Причиной побудившей Реликтового Гоминида примкнуть к заговорщикам, а после убийства Максимилиана Лейдэра возглавить армию, стало обнадёживающее обещание, данное Коброй, в случае успеха выдать за него замуж свою дочку – Лесную Фею, в которую он был влюблён.

- Человек способен вынести, что угодно, когда он находится в безвыходном положении. У них был выбор – я предлагал им свободу в обмен на сдачу и, тем не менее, они предпочли погибнуть, исполнив долг, значит, их мужество заслуживает ещё большего восхищения!

- Слушайте приказ:

«Оставшихся в костёле выпустить. Условия почётной сдачи остаются в силе. Раненым оказать помощь. Живых распустить по домам».



ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ, ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ.

ТРИУМФ ЁЖИКА.


Готовя загодя восстание, Штар и Кобра завезли массу оружия и прочей амуниции в Кобургберг. Всё это теперь по праву досталось победителям.

Необычайно богатыми оказались завоёванные трофеи. Здесь были лучшие клинки и мушкеты, привезённые со всей Европы кобургбергскими рыцарями, и породистые скакуны, любой масти, и разнокалиберная артиллерия. Не считая оружия, город ломился от добра награбленного и свезённого сюда со всего юго-востока Коацакоалькосского Каганата – всё это теперь досталось Непобедимому Ёжику и его славным соратникам.

Проходя сквозь строй своих недавних врагов, колонна помилованных храбрецов, по выходе из Костела Христа Спасителя, поравнялась с их командующим, сидевшим на белогривом, горячем, арабском жеребце.

Реликтовый Гоминид, шедший во главе строя, в забрызганных вражеской и собственной кровью доспехах, подошёл к всаднику, со словами:

- Благодарю, за то, что сохранили моим людям жизни. Вот, возьмите, - и он протянул Ёжику перстень, сняв его с мизинца своей левой руки.

Непобедимый Ёжик взял в руки подарок и стал внимательно его рассматривать. На чёрном фоне, инкрустированном в серебряную основу кольца, были изображены два парящих Феникса, сходящихся в любовном кружении. Края рисунка окаймляла тонкая лента чередующихся рубинов и сердоликов.

- Этот заговорённый перстень защитит вас от плена и врагов, как хранил меня прежде. Он был на руке моего деда-пилигрима, во времена крестовых походов. Кольцо нельзя купить или продать. Оно никогда не должно попасть в руки того, кто не имеет права держать его. Носите это кольцо с честью!

- Я не ищу людей, которые не ошибаются и не лгут — их не бывает. Я ищу тех, кто обманывает, лжёт, но не предаёт меня — с такими можно иметь дело! Гоминид, вы прощены!

Ёжик торжественно надел подарок, соблюдая правила ношения геральдических знаков - как глава семьи на левый безымянный палец, верхней частью гравировки обратив его к ногтям, а затем повернув его изображением внутрь ладони. Он выпрямился в седле и отдал честь недавнему противнику, приставив ладонь к забралу своего шлема.




Теги:





-1


Комментарии

#0 12:18  06-02-2018Лев Рыжков    
Утомил своей сечей.
#1 12:36  06-02-2018Стерто Имя    
я пожалуй пасс. не смогу осилить мощь, всех 57 глав, этого произведения
#2 12:38  06-02-2018Стерто Имя    
пора назад.. в родные пенаты гихшп
#3 12:41  06-02-2018Ирма    
Если бы автор был не дурак, мог бы сделать из всего этого трэш и угар, а так хуета неумная.
#4 02:00  07-02-2018Литоветс    
Не ознакомившись с шестью предыдущими явлениями первого действия, трудно что-либо.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
РЕЛИГИЯ И ФИЛОСОФИЯ — ДРУГ, ИЛИ ВРАГ? Паскаль и Ницше. Начало и конец.

Судя по всему, нет особого смысла давать определение философии, как научной дисциплине. Философия, или русское любомудрие, подразумевает под собой не просто любовь к отвлечённым размышлениям на произвольно взятые темы, а нечто более глубокое....
07:01  14-11-2018
: [7] [Графомания]
я готовлю из мира
полуфабрикат аппетитного завтрака -
кромсаю глазным секатором
ломоть проржавевшего неба,
приправляю его с любовью
петрушкой многоэтажных панелек
и солью выключенных окон;
перемешиваю все это
аккордами осеннего ветра,
а затем безумно выпрашиваю у солнца
разрешения подогреть
кастрюлю с этим варевом,
пахнущим вокзальной одеждой,
чтоб утолить хоть немного
вечный душевный голод....
Ты… подаешь мне знаки, откуда-то издалека,
Что твой фрегат на якоре, застрял на годы, века…
Я… вижу на синем небе зарева алый стяг,
Но понимаешь, не знаю, как к тебе сделать шаг…
Ты словно вне зоны доступа, в скрученном измерении,
На странном небесном острове,
В сюжете стихотворения,
Там, - где необитаемо, всуе, за гранью, по;...
07:01  14-11-2018
: [4] [Графомания]
В московских звонницах вновь нотки марсельезы.
Не зная клич, не суйся в волчью степь.
Но и бежать отсюда бесполезно --
Хрустальной ночью чипсами хрустеть.

А нас ветра и волны раскачали,
Заря нас научила восставать,
И были нам на след земной, случайный
Подброшены улики волшебства....
06:56  14-11-2018
: [0] [Графомания]
В начале всего, существовало нечто. В этом нечто было все. Оно было всем и содержало все. Потом это нечто начало изменяться. Оно начало создавать разные вещи. Нечто создавала красивые вещи, внутри себя. Но никто не видел эти чудеса кроме самого нечто....