Вань

Автор: отец Онаний Была у меня одна китаяночка и звали её Вань. Я ей прямо так и говорил, Вань хочу то, Вань сделай это. И Вань всё делала. Не понимала нихрена по-русски, но всё у неё выходило именно так как я просил. Хорошая Вань.
А потом мы с Вань расстались. Её полиция прибрала в аэропорту, когда моя любимая Вань в своей сумке и маленькой жопке пыталась вывезти в нашу страну много героина. Плохой Вань оказалась на самом деле или просто жизненные обстоятельства. Не мне её судить. Но я остался один. А это крайне тяжело, потому что я ничего не умею, ни пожрать приготовить, ни постирать. Я же мужик, мне вынь да полож. Я раньше из Вань только выну, а она мне уже полную тарелку риса с курицей положит. Эх, как вспомнишь.
Она мне звонила из кпз, ей разрешили один звонок. У неё же кроме меня никого здесь не было. Да только я её слушать не стал, подумал, что это подстава от мусоров и меня таким образом хотят к делу пришить, типа я- диллер.
А потом меня немного совесть замучала и я узнал, что дали Вань восемь лет в Мордовии. Там типа колония для иностранцев есть, сидят , русский язык учат, почти что детский сад, среди негров, китайцев, турок и парочки не особо хитрых евреев. Интернационал. Я посылку собрал и Вань отправил. Только я же никогда посылок на зону никому не отправлял, не знаю, что там можно, что нельзя. По фильмам сиотрел, что там сигареты и чай особо ценятся. Ну я пару блоков сигарет вложил и чая для чифиря. Ещё риса килограмм, любили моя китаяночка рис, и дошиков. Пусть побалуется.
А через четыре года мне письмо пришло из мордовской зоны от Вань Лихуй. Я уж и забыл про неё. Много с кем забыл. Даже женился один раз и развелся. Письмо коряво написано, видно, что человек только ещё учится по-русски писать. Вань моя пишет, что её за хорошее поведение по УДО через месяц освобождают, а ехать ей некуда, денег нет и меня она по-прежнему любит. Моя твоя любит ниебацца. Как это, и любит, и не ебацца?! Так не бывает. От, нерусская. Жалко мне стало Ваньку мою и поехал я в назначенный день на вокзал встречать своё горе луковое.
Вышла из вагона в простом ватничке маленькая, даже миниатюрная девушка, Вань. И долго висела у меня на шее, цепкая, как клещ. Поехали ко мне, Вань первым делом в ванной намылась, а потом сразу в постель. Я думал заездит меня и откуда только у такой крохи такое либидо. Потом Вань мне приготовила рис с курицей. Поели мы и снова в постель.
А утром я ей говорю, Вань, ты меня прости, конечно, но тебе надо домой в Китай возвращаться. Ты же здесь нелегально живёшь, к тому же на УДО. Вань расплакалась, говорит, что только любовь ей позволила в тюрьме выжить. И на шею ко мне вешается. Нет, говорю, Вань, из-за тебя у меня могут быть большие неприятности. Давай звони родственникам, пусть они тебе билет покупают и домой. А я как-нибудь к тебе в гости прилечу, с братьями побухать, с батей твоим риса с курицей пожрем.
Вань обиделась и сказала, что все мужики одинаковые. А русские- самые злые. Она знает парней из триады, они типа в России студентами числятся, скажет им и они меня замочат, а хату себе заберут. Приехали...
Я говорю, ах ты ж коза китайская, да я тебе крышу над головой дал, сигареты и чай на зону отправлял. Да я с тобой как с человеком, а ты мне нож в спину. Сейчас сам ментов вызову и сдам тебя. А у Вань глаза кровью наливаются, орет что-то по-китайски, а потом нож как схватит и полоснула меня по горлу. Да, хорошо лишь по касательной. Сама пересралась и бежать из квартиры. А я кое-как скорую вызвал. Спасли меня. А Ваньку эту в международный розыск подали. Только толку от того видимо мало. Мне на память от неё шрам на шее, да китайский сервиз для чайной церемонии.