|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Здоровье дороже:: - Аменхотеп-III в старостиАменхотеп-III в старостиАвтор: Сергей Померанцев Когда был молод царь Небмаатра,Он был красив, спортивен и силён. Была тогда чудесная пора, И был собой доволен фараон! Сейчас он лыс, подслеповат и толст, Всё тело, как избитое, болит, И кожа у него, как старый холст. Но в памяти иное царь хранит: Ему была охота по нутру, И был он к приключениям готов. На колеснице царской по утру Царь выезжал охотиться на львов! В то время был он полон юных сил, И был неведом фараону страх,- За десять лет отважно уложил Сто двух опасных хищников в песках. Свежи воспоминанья до сих пор,- Тогда на льва он выходил один! А ныне, покидая редко двор, Состарился Египта господин. Став старше, начал фараон сдавать. Пресытившись охотой на зверей, Всё чаще стал в гареме пропадать, В объятиях соседских дочерей. Большой любитель женщин и вина, Ни в чём не зная меры и преград, Кутил годами царь. И вот цена - Здоровье не вернуть его назад! А чем себя ещё он мог развлечь, С годами став, как идол золотой? Чем было от тоски себя отвлечь? В то время развлекались все войной. Но вышло так - от предков получил Аменхотеп великую страну, Никто её границам не грозил, Не рисковал ей объявить войну. За тридцать восемь лет - один мятеж, Подавленный наместником давно... И лесть других царей проела плешь, Как печень иноземное вино! Теги: ![]() -5
Комментарии
#0 13:39 08-01-2020Лев Рыжков
Чота уже совсем чепуха пошла, дорогой Сергей. Что нам до этого жирного охотника на львов? А ты проведи тонкую аналогию... Еше свежачок Перепил вчера Синицын
Перепил вчера подлец А ему-то ведь не тридцать И не сорок наконец Пил он водку вместе с пивом 3аедая всё хамсой Вот теперь сидит пугливо - Неопрятный и босой Жизнь вся сделалась убогой Дышит тленом в самый пуп Замелькала одноного На Тик-Ток и на Ютуб Пять романов, три новеллы Написал он за свой век, Отплясалась тарантелла В духоте библиотек Встал Синицын, взял шнурочек И немножечко мыльца Дальше в тексте много точек...
В затерянном среди горных складок Кавказа селе, где река мчалась, опережая сами слухи, а сплетни, в свой черёд, обгоняли стремительные воды, жила была девушка Амине. Дом её отца врос башней в склон у самого подножия надтреснутой горы - той самой, что хранила молчание весь годичный временной круг, но порой испускала из расщелины такой тяжкий и рокочущий выдох, что туры на склонах замирали, переставая жевать полынь, и поднимали в тревоге влажные морды к недвижным снегам....
Скачу домой, как будто съел аршин,
прыг-скок, прыг-скок…нога в снегу промокла… Твои глаза - не зеркало души, они, как занавешенные окна. Там голоса, и кто-то гасит свет - теперь торшер не вытечет сквозь щели, лишь стряхивает пепел силуэт в цветочные горшочки у камелий....
Очкатых я встречаю
И спрашиваю я Ты Леша или нет? Так страшно иногда. И зреют там хлеба, Картофели молчат. Летит во тьме звезда, В гробу сияет Цой. А я себе иду, Я призрак, я гондон. Но спрашиваю я, Порой, без суеты: Ты Леша или нет?... |


