Хокку

Автор: Шева Когда первый, самый страшный период - …сука! блядь! тварь! был пройден, Сапрыкин вдруг понял, что упёрся в стену.
Которую ни обойти, ни перепрыгнуть.
Уткнувшись в которую, лбом, или рогами? только и можно, что в сотый раз в разных вариантах прокручивать в голове один единственный вопрос, - Почему? Почему так случилось? Почему она так сделала? Почему она ушла?
Недостатка в ответах на вопрос не было, но все они не удовлетворяли Сапрыкина.
Потому что казались до постыдного мелкими, несерьёзными, несущественными.
Из-за этого не бросают.
На беду, была и вторая сторона медали.
Так сказать, - dark side of the moon.
С глухой, безнадёжной, какой-то безысходной отчётливостью Сапрыкин понял, насколько он её любит.
Да - грязная сука, да - бесстыжая блядь, да - подлая тварь, но…другой ему не надо. И он готов любить её такую, какой она есть.
Да, чёрненькой. А что поделаешь?
Потому что ни у кого больше нет таких огромных, широко распахнутых зелёных глазищ, удивительно невинного, чистого и честного выражения лица, такого пронзительного умного взгляда, копны густых, чудно пахнущих волос, низкого, бархатного, томного голоса, милых рук с тонкими, умелыми пальчиками, по-осеннему спелых налитых полушарий грудей с твёрдыми, но одновременно нежными сосками, роскошных идеальных бёдер с зовущим, манящим, сулящим райское наслаждение междуножием.
Потому что она - его.
И только.
Невыносимо было находиться дома, где в самых неожиданных местах он натыкался на оставшиеся от неё разные женские мелочи.
Сегодня на тумбочке возле кровати обнаружил забытые нею две книги.
Сапрыкин взял одну пролистнуть.
И неожиданно увлёкся.
Обнаружив, что отношения молодого паренька кавалера де Грие и девчонки Манон Леско, описанные аббатом Прево почти триста лет назад, на удивление схожи с его историей.
Особенно в части извинений девчонки после её измены.
-…Видя, что я продолжаю молчать, она поднесла руку к глазам, чтобы скрыть слёзы. Робким голосом сказала, что я вправе был возненавидеть её за неверность, но если я питал к ней когда-то некоторую нежность, то довольно жестоко с моей стороны по-прежнему не отвечать ей.
- Прямо, как у нас! – растрогался Сапрыкин.
- …Сделав усилие над собой, я воскликнул, - коварная Манон! О коварная, коварная!
Сапрыкин вспомнил, как он говорил, да нет - кричал то же самое.
Только чуть-чуть другими словами.
-…ибо сердце моё никогда не переставало принадлежать тебе!
Едва я успел произнести последние слова, как она бросилась с восторгом в мои объятия. Она осыпала меня страстными ласками; называла меня всеми именами, какие только может изобрести любовь для выражения самой нежной страсти.
- Один в один! – с грустью и печалью подумал Сапрыкин, шмыгнув носом.
Но затем опять надулся.
Вспомнив, что на следующий день она пропала.
С концами.
Воспоминания захлестнули Сапрыкина.
Он закрыл и отложил книгу.
Взял в руки вторую, - тоненькую брошюрку «Японская поэзия: от Адзути-Момояма до эпохи Мэйдзи».
Со страниц которой на него пахнул тонкий аромат её любимого парфюма.
И обаяние философской и непривычно тонкой поэзии страны Восходящего Солнца:

Жарким днём вдруг
Холодом повеяло
Неужели разлюбила..

Робкой улыбкой
Рук похоть встречают
Пуговки платья

Вливаешь семя
И присматриваешь как
Добрый садовник

- Как тонко, как верно…- опять едва не прослезился Сапрыкин, - Не то, что наше грубое - я бы вдул!
Хотел уже закрыть книжонку, как вдруг на глаза попалось:

После разлуки
Губами исследую
Всё что случилось

- Да я на всё согласен, лишь бы…, - прошептал Сапрыкин.
Вычитав, что строки хокку по канону обязательно содержат семнадцать слогов, Сапрыкин неожиданно подумал, - А что, если…
Утром следующего дня жители дома двадцать три б, что по проспекту Василия Порика, партизана-героя Великой Отечественной, с удивлением обнаружили на досках объявлений возле каждого подъезда свеженаклеенный белый листок с шокирующим текстом:

Ольга Завирюха
Из квартиры шестнадцать
Шлюха

И только в одном подъезде, в первом, в котором, собственно, и была пресловутая квартира, после печатного текста от руки красным фломастером большими буквами было дописано: И блядь!
Размер имеет значение.
Семнадцать - так семнадцать.