|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Здоровье дороже:: - НемотаНемотаАвтор: Шаня Помазов
[ принято к публикации 00:14 11-10-2020 | Седнев | Просмотров: 1051]И я слышал людей голоса Они ранили нервы до боли И выкалывали глаза По утрам я их слышал из окон, Проникая от пят до плечей, Они рвали душевный кокон, Становясь всё громчей и громчей За стеной голоса бубнили Где-то между чужих квартир Они горьким меня кормили Заставляя идти в сортир Я встречал в темноте пустое И искал как бы в нём ответ Будто мясо иль кровь почуя Видел в зеркало свой силуэт Это я, Это тень от шкафа, Это дверь, но она не та, Это кадры о смерти Каддафи, Это утренняя немота. Теги:  5 
Комментарии
#0 00:14 11-10-2020Седнев
Не убедил Извини, Шаня, но моё мнение, что это бред. Бессмысленный. Вот так как-то... Ну не знаю,Васек, по моему тут Шаня передал хорошо основной компонент глубокого занятия алкоголизмом - безосновательную тревогу, и чуток психоза.Я плюсану автору #1 ..и беспощадный  ыыыыы!! Игнат зачотне трешачог подогнал Строка о кадрах смерти Каддафи должна была произвести впечатление. Но не произвела Виселая картинко Игната + Это кадры о смерти Каддафи,(с) Забери меня милая мама, обогрей в материнском тепле. (Это мысли Хуссейна Саддама, перед смертью в жестокой петле ) #6 Произвела-произвела, не обманывайте себя. В противном случае вы бы о ней не писали. Впечатленее, должен заметить - лёгкое, мимолётное, утонченное, не цепляющее, но при этом мягко зацепливающее. #8 + Если бы было написано на восьмой день бухания, то можно было бы и похвалить, а так-то, конечно. Представил Шаню, которого кормят великим пролетарским писателем Горьким.. жутковато Я был с тобою пол шестого ночи А пол седьмого был я под столом И ты в кровать тащи меня не очень М не улыбаться с женщиною в лом. Это ахуенне, шаня. Еше свежачок
В затерянном среди горных складок Кавказа селе, где река мчалась, опережая сами слухи, а сплетни, в свой черёд, обгоняли стремительные воды, жила была девушка Амине. Дом её отца врос башней в склон у самого подножия надтреснутой горы - той самой, что хранила молчание весь годичный временной круг, но порой испускала из расщелины такой тяжкий и рокочущий выдох, что туры на склонах замирали, переставая жевать полынь, и поднимали в тревоге влажные морды к недвижным снегам....
Скачу домой, как будто съел аршин,
прыг-скок, прыг-скок…нога в снегу промокла… Твои глаза - не зеркало души, они, как занавешенные окна. Там голоса, и кто-то гасит свет - теперь торшер не вытечет сквозь щели, лишь стряхивает пепел силуэт в цветочные горшочки у камелий....
Очкатых я встречаю
И спрашиваю я Ты Леша или нет? Так страшно иногда. И зреют там хлеба, Картофели молчат. Летит во тьме звезда, В гробу сияет Цой. А я себе иду, Я призрак, я гондон. Но спрашиваю я, Порой, без суеты: Ты Леша или нет?... Если вспоминать память, если память помять - выскальзывает amen с губ в каземат, внутренний или внешний вовсе неважно, так как приглаживает нежно висок рука, накладывает швы ниточки, где разошлось на образы выскочки: сласть и злость.... |
