|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Здоровье дороже:: - ТемаТемаАвтор: кусок говна Я, как с братом, хотел бы с поэтомТемы важной коснуться посметь В разговоре. Про то – не про это. Про Любовь, что похожа на Смерть. Руку жмёшь мою, чувствую, крепко. Много видел. И много познал. Есть и принципиальное кредо. Засидимся с тобой допоздна. Знаешь, Смерть иногда даже манит Бледной вымученностью лица; Или носишь её, как в кармане Позабытый квиток, до конца. Или помнишь, сказал классик некий, Пробавляясь лепёшкой ржаной: «Если ты умираешь вседневно, Это значит, пока что живой»? Смерть привычно домашней собакой Всё глядит напряжённо в глаза, Легче с ней, словно долго не плакал - Наконец-то прольётся слеза… И в Любви есть смертельная сладость. Верить в жизнь, словно верить в игру. Поцелуй каждый дышит на ладан, Повторяя: «С тобой не умру…» Ты глядишь на меня так печально За стеклянной зеркальной стеной; И полно красноречьем молчанье. Соглашаешься, значит, со мной. Эта тема всегда интересна, До конца её не исчерпать. Брат, спасибо, что был со мной честным. Всё допили... Пора уж поспать… Теги: ![]() -1
Комментарии
#0 22:40 03-09-2021Лев Рыжков
Ну, сон так-то навевает. про бледную вымученность и прочие лирические находки Еше свежачок
Вышел ветер с солнцем побороться В самом центре мартовского дня. Защитить решила Таня солнце, Чтоб его как мячик не гонял. Ветра вкус лишь только ощутила, Сразу съесть решила невзначай. И себе помочь так сможет мило- Хоть сейчас мужчину привечай.... Перепил вчера Синицын
Перепил вчера подлец А ему-то ведь не тридцать И не сорок наконец Пил он водку вместе с пивом 3аедая всё хамсой Вот теперь сидит пугливо - Неопрятный и босой Жизнь вся сделалась убогой Дышит тленом в самый пуп Замелькала одноного На Тик-Ток и на Ютуб Пять романов, три новеллы Написал он за свой век, Отплясалась тарантелла В духоте библиотек Встал Синицын, взял шнурочек И немножечко мыльца Дальше в тексте много точек...
В затерянном среди горных складок Кавказа селе, где река мчалась, опережая сами слухи, а сплетни, в свой черёд, обгоняли стремительные воды, жила была девушка Амине. Дом её отца врос башней в склон у самого подножия надтреснутой горы - той самой, что хранила молчание весь годичный временной круг, но порой испускала из расщелины такой тяжкий и рокочущий выдох, что туры на склонах замирали, переставая жевать полынь, и поднимали в тревоге влажные морды к недвижным снегам....
Скачу домой, как будто съел аршин,
прыг-скок, прыг-скок…нога в снегу промокла… Твои глаза - не зеркало души, они, как занавешенные окна. Там голоса, и кто-то гасит свет - теперь торшер не вытечет сквозь щели, лишь стряхивает пепел силуэт в цветочные горшочки у камелий.... |


