Лёня и Долгоня

Автор: Вано Махнадзе Были у меня в студенческие безбашенные годы два приятеля - Лёня и Долгоня. Лёня понятное имя, а Долгоня производное от фамилии Долгов. Жили мы в пригороде Самары в городе военной и химической промышленности Чапаевске, окруженном волжскими сочными лугами с множественными протоками и озерами. На одной такой протоке, впадающей в Волгу, находилась ещё советская турбаза "Матвеева грива" с щитовыми домиками и пристанью. На ней и произошли дальнейшие события.
Итак, Лёня был ростом под два метра, светловолосый и добродущный, любитель выпивки и шумных компаний. Если пил, то "до талого", до полного невменько и всегда засыпал там, где пил. Но в этот раз пропал... Мы, как обычно, разместились по домикам, девушки собрали стол, парни принесли сухих веток для костра и ближе к вечеру компанией около десяти человек начали отмечать первый день на природе. Шёл 1996-й год и на столе из спиртного была паленая кабардинская водка с разведенным в воде порошком "Юпи". Лёня уже через час начал заваливаться на стуле и поэтому был размещён в лежачем положении на надувном матрасе. Пьянка продолжилась без него, а он продолжился без пьянки и в скором времени исчез. Ну исчез и исчез, бывает, может к протоке на пристань ушёл, подумали мы. Так бы его и до утра не искали, но Лёня был соло-гитаристом в местной метал-группе и всегда с собой брал гитару на отдых. А душа требовала песен, но песен не было, так как не было Лёни. Часть ребят пошла искать его на пристань, а другая на ближайшее озеро. Не нашли. Продолжили веселиться дальше.
Утром Лёня не нашёлся, в обед тоже. И только к ужину со стороны заката появилась его мощная двухметровая фигура, медленно шагающая по полю к турбазе в одних семейных трусах. Закат в волжских лугах прекрасен, как и одинокий, здоровый, почти голый парень, идущий по полю и своим видом напоминающий языческого бога.
Лёня молча подошёл к нашей компании и показал жестом на бутылку. Ему налили полный стакан. Спустя пять минут он уже сам себе налил, выдохнул и начал рассказ.
Очнулся, значит, он рано утром в камышах, по грудь в воде. Рядом рыбаки.
- Мужики! - крикнул им Лёня. - Я где?
- Это Гнилое озеро и ты в камышах стоишь уже пару часов. - Ответили рыбаки. - Появился на том берегу, перешёл, где брод, и встал в камышах.
Необходимо отметить, что Гнилое озеро находилось в десяти километрах от турбазы и получается, что Лёня всю ночь бродил по лугам и лесам. Что он там делал, с какими лесными зверями встречался - человек не помнил.
Рыбаки напоили его чаем и парень отправился по накатанной дороге на "Матвееву гриву". После воды его семейные трусы требовали сушки и Лёня нацепил их на палку, благо лес и никто его не видит. Вскоре послышался гул двигателя легковушки и из-за поворота появились жигули 3-й модели с груженым багажником на крыше, отцом семейства в роговых очках за рулём, толстой женщиной рядом с ним и такой же толстой дочкой на заднем сидении. Радостный Лёня замахал, как флагом, своими трусами и побежал навстречу! Водитель с глазами полными ужаса вначале остановился, а потом резко дал задний ход.
- Людиии! Стойте! Довезите до турбазы! - орал Лёня и бежал за машиной. По его словам, так ювелирно в лесные повороты машина редко передом въезжала, как тот мужик задом. Ну вы представили - едет обычная семья отдыхать на турбазу по красивейшим лесам и лугам, как вдруг появляется здоровенный голый мужик с трусами на палке и радостно орёт, а затем начинает гнаться за машиной.
Больше с ним ничего необычного не происходило и уставший, грустный Лёня добрался до нас. Шокированные его историей, мы решили убавить обороты по вливанию в себя паленой водки и перешли на пиво. Но не все. Второе место по спортивному барагозу безусловно принадлежит Долгоне, а может и первое. Парнишка особо не выделялся в нашей компании, вёл себя всегда ровно и в пьяных дебошах замечен не был. И в тот вечер "явления Лёни народу" он тихо выпивал и улыбался искрометным шуткам главного рассказчика Кикоса. Кикос, он же Денис, сын и внук учителей литературы с наслаждением рассказывал и пересказывал увлекательнейшие истории из походов на турбазу. Тогда он ещё не знал, что в его копилке окажется тихий и скромный Долгоня.
Ближе к полуночи Долгоня с прозрачными от водки глазами и закатившимися под брови зрачками был отправлен в домик. Обычный щитовой дом вмещал в себя четыре кровати и стол. Долгоня был уложен девушками на одну из панцирных кроватей, накрыт шерстяным одеялом и оставлен в темноте. Его безумные пьяные глаза смотрели в окно на Луну. Спустя час Кикоса попросили посмотреть, как там Долгоня, так как в домике были слышны глухие удары и мычание. Кикос зашёл, включил свет и тут же вышел.
- Долгоня обосрался. - спокойно сообщил он всем.
У костра воцарилась тишина. В этот момент в домике раздалось хихиканье, звук падающего тела, затем мычание и наш парень на четвереньках попытался выползти наружу.
- Ну ка, бля, назад! - Денис оттолкнул ногой Долгоню внутрь домика и захлопнул дверь. - Он реально обгадился и испачкал весь дом! - сообщил Дэн. - Вот урод! Походу спать будем у костра.
В домике происходил одинокий шабаш - Долгоня искал выход, натыкался на кровати, падал, и взвизгивал, как свинья. Со слов Кикоса, он скорее всего жидко сходил в кровать, осознал свой акт дефекации и начал искать возможность исправить положение. Одеяла, подушки, оставленные пакеты - всё в доме использовалось Долгоней для сокрытия своего преступления. Эпогеем Долгониных бесчинств была измазанная рука, прислоненная к окну, как в "Титанике", и его безумное лицо с выпученными глазами.
Сказать, что мы впали в ступор - ничего не сказать. Почти все начали медленно трезветь и скатываться в истерику.
Вскоре Долгоня успокоился. Мы успели поймать ещё трезвого директора турбазы и разместиться в соседних домиках. Утром Долгоня, похожий на домовенка Кузю, выбежал из домика и рванул к реке под дикий хохот, а потом весь день отмывал дом и выносил спальные принадлежности.
Две увлекательные истории, сумасшедшая и беззаботная молодость... Даже спустя двадцать лет после той поездки при встрече с Долгоней у меня начинаются непроизвольные позывы к хохоту. А Лёня потом ещё пару раз пьяный терялся в лугах и находил себя в самых неожиданных местах.