|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
АвтоПром:: - Весна-110
Весна-110Автор: Юрий Слабоумов
[ принято к публикации 00:50 01-05-2023 | Лев Рыжков | Просмотров: 702]Ночь близка Луна высохла в высоте Самолет – серебристое говно Если не говорить о бухле Придет велосипед Придет и с собой заберет Никогда назад на вернет Кеды висят в высоте Зачем улетели они? Мне их теперь не достать Мой стакан – мой рыцарский щит Май висит на носу Сволочь, козел и осел Будем маяться мы Будем много бухать Я – олдовый пацан Я живу для того Чтобы чисто курить И учить куренью людей Потом будет июнь Потом будет июль Август, Сентябрь, Октябрь Такая, такая хуйня Теги:  2 
Комментарии
#0 00:51 01-05-2023Лев Рыжков
Что у Слабоумова хорошо - этот чувак абсолютно без комплексов. Не стесняется транслировать из башки на бумагу то, что есть. И без красивенького фантика! а Мурку можешь? Если да - все простительно. Юрий прогрессирует. Или наоборот. Но это не важно. Известный таджикский поэт Ю. Слабоумов Еше свежачок Нарисуй мне доктор звездолёт,
Пропиши частями принимать. Брови и глаза мои вразлёт, Улетел, прощайте бать и мать. Ниже океан и корабли, Выше звезды яркие горят. Пролетают рядом снегири Тучкой розоватой на закат. Сумасшедших нужно огорчить - Круглая она, сейчас смотрю!... Застыл мой поезд
посреди зимы, а твой на параллельном был пути. В полях холодной снежной темноты внезапно мне в окно взглянула ты. Два поезда, два мира, две судьбы, внезапное как вспышка узнаванье. А может ты виденье красоты?... ГЛАВА 25
ТРЕЩИНЫ В СИСТЕМЕ Март 1936 года, Париж Сигнал «Помните» приходил снова и снова, просачиваясь сквозь радиоэфир. Французские криптографы ломали головы над его смыслом. - Это не просто слово, - говорил пожилой профессор лингвистики, изучая спектрограммы.... Где-то звёзд, планет скопились сонмы.
Я в мечтах стремился к ним попасть. Но забыл, что будут невесомы Руки, ноги и - любая часть. Мы обнимемся с тобой, как тени, Крепко – и за совесть, и за страх, Но попытки все совокупленья Обязательно потерпят крах.... ГЛАВА 22
СОПРОТИВЛЕНИЕ Июль 1933 года, внутренняя тюрьма НКВД на Лубянке Илья лежал на холодных, влажных нарах, пытаясь сосчитать трещины на потолке камеры. Пятьсот тридцать семь дней. Четыреста пятьдесят семь дней с того мгновения, когда он оттолкнул мальчика в спасительную темноту подмосковного леса.... |
