ПСИХОВАННЫЙ И ЗОЛОТО ИЛЬИЧА 16.

Автор: Санитар Федя Глава шестнадцатая
Клешня

В кабинете Горболепова на следующий день с утра Аркадий увидел кого меньше всего ожидал увидеть – Семёна Марковича. Была ещё Светочка, разливала кофе в крохотные чашки, но, увидев Аркадия, выпорхнула из кабинета вспугнутой бабочкой-капустницей, - на ней был развевающийся костюм, широченные брюки и пиджак приятного салатного оттенка и с вышитыми на спине в том месте, где у бабочек яркие круги, двумя то ли увядшими подсолнухами, то ли капустными кочерыжками, усиливавшими сходство с капустницей. Скользнув взглядом по этим кочерыжкам, Аркадий подумал, что часто законодатели моды используют в своём творчестве мотивации животного и растительного мира. Одни тканевые расцветки чего стоят: закос под леопарда, тигра, зебру и даже божью коровку. Уподобляют гомо сапиенса и ромашковому полю, и бахче с арбузами, что выглядит иногда вполне гармонично, особенно арбузы на облегающем платье юной красавицы с обалденной фигурой. Но вот придавать красавице сходство с бабочкой-капустницей – явный перебор.
Светочка едва заметно улыбнулась Аркадию, который, увидев гостя, остановился в дверях суровой фигурой с монумента «Защитники Брестской крепости». В другое время он обязательно сказал бы, что этот свободный крой не очень ей идёт, так как скрывает все прелести и достоинства её умопомрачительной фигуры, не говоря уже о нелепых кочерыжках на спине, но сейчас Аркадий просто промолчал. Отступать было некуда. Пришлось войти.
Что вообще происходит, было непонятно.
Аркадий, незаметно сунув руку под полу пиджака, нащупал шероховатую рукоять пистолета, - прикосновение к холодному переплетению стальных мышц неизменно прибавляло уверенности и силы. Хорошо, что он в своём естественном облике, подумал Аркадий. Хорошо, что на нём нет колгот, каблуков и килограмма косметики. Господи, как хорошо быть мужчиной!
Сергей Леонидович встал и радостно подался навстречу Аркадию. Не было похоже на то, чтобы генерала пытались захватить в заложники. Да и кофе, гостеприимно налитый в крохотные чашки, свидетельствовал, что здесь шла дружеская беседа, а не противостояние заклятых врагов.
Семён Маркович выглядел как в прошлый раз: щетина, мешки под глазами. Правда, сейчас вместо белого халата на нём был приличный некогда костюм от Эрика Бержера, очевидно, купленный им лет двадцать назад во время вояжа по Лазурному побережью, - сейчас столичного модника в такой насильно не нарядишь. Впрочем, да, он же из провинции, где, как известно, течение жизни вязко и неторопливо.
- Вокзал, - почему-то сказал Аркадий, вспомнив, как бежал из клиники, болтливого таксиста, кафе «Золотой петушок» и груду кирпичей напротив памятника погибшим стратонавтам.
Семён Маркович понял, о чём он.
- Уже почти достроен, - как ни в чём не бывало, сказал он.
- Прошло-то всего ничего, - осторожно ответил Аркадий. Оказывается, когда нужно, темпы строительства могут быть сумасшедшими не только в мегаполисах.
Семён Маркович развёл руками, как бы извиняясь за поспешность строителей.
- Сроки задавал не я. И сейчас это здание по красоте может поспорить с лучшими европейскими вокзалами. Сейчас идут отделочные работы.
Аркадий заинтересованно проследил за взмахом рук Семёна Марковича. Пиджак, вернее, рукав пиджака и манжета рубашки скрывали татуировку.
Сергей Леонидович, сразу же узрев предусмотрительное движение руки Аркадия, нырнувшей под полу пиджака, только сейчас мягко положил на неё свою руку, как бы советуя не только не делать глупостей, но даже и не думать об этом.
- Расслабься, Аркаш. Здесь нет врагов.
- А скорпион?
- Какой скорпион?
- Татуировка, у Семёна Марковича. Что она значит?
Взгляд старого чекиста, направленный на Аркадия, был не только отечески ласков, но и начальственно твёрд.
- Присаживайся, Аркаш, - коротко ответил, скорее, даже приказал генерал. – Кофе?
- Нет, спасибо.
Аркадий сел рядом с Семёном Марковичем и демонстративно спокойно и небрежно закурил. Красиво прищурил один глаз, затягиваясь, затем выпустил струю дыма в сторону. Конечно, он расслабится. Но только после того, как последуют внятные объяснения и ответы на вопросы. Главный, конечно же, - татуировка на запястье.
Горболепов это понимал. И объяснения последовали тут же.
Сергей Леонидович закатал рукав своего генеральского мундира, и показал Аркадию ещё одного скорпиона. Точно такая же, как у Семёна Марковича, татуировка, на запястье. Жилистая и сильная, судя по воинственно вздутым венам, как после посещения тренажёрного зала, мужская кисть, несла на себе мрачный символ зловещего и таинственного Ордена.
- Объяснение, Аркаш, этому простое. Этот скорпион не указывает на принадлежность к пастве Верховного Жреца. Это отличительный знак секретного подразделения «Клешня и Жало», у истоков создания которого мы с Семёном Марковичем стояли много лет назад. Правда, он, так и не получил боевого крещения, и потому клешни его скорпиона сжаты. Потом, найдя свою стезю, Семён Маркович, к великому сожалению тогдашнего руководства, уволился из Органов. Видишь, у моего клешни раскрыты? Это означает участие в секретных вылазках и тайных боевых действиях. Да, пришлось в своё время покуролесить по миру… Крохотные банановые и кокаиновые территории, где с помощью нашего подразделения свергали или пытались свергнуть тиранов и диктаторов. Об этом не пишут и мало кто знает.
- Аркадий, - встрял в разговор Семён Маркович, - так вы из-за этой татуировки свинтили из клиники? Вы приняли меня за человека Жреца?
- Ну, да, - ответил Аркадий. – Что мне ещё оставалось делать? Ждать, когда меня тоже мочканут, как Петра Ильича?
- Да, да, могу вас, Аркадий, понять, - сказал Семён Маркович, и тут же профессиональное любопытство заставило его сменить тему: - Что там с лицом? Надеюсь, не было никаких осложнений? – и принялся разглядывать лицо Аркадия, трогая и поглаживая сухими пальцами.
Прикосновения были точны, как шкала штангенциркуля.
Аркадий ответил, что шрамы затянулись быстро, полимеры работают безупречно, отзываясь на каждую пилюлю новой физиономией, и в принципе никаких технических неполадок замечено не было.
Семён Маркович, удовлетворенно щёлкнул языком, оставив лицо Аркадия в покое.
- Что ж, внедрение методы «Хамелеон» прошло успешно, - сообщил он. – С чем вас и поздравляю.
- Поздравлять нужно тебя, Семён Маркович, - отозвался Горболепов. – Это в первую очередь твоя заслуга, твоих золотых рук…
Аркадию резанули слух последние слова генерала. Он вспомнил, что золото Ильича ещё не найдено, и что с этим проклятым металлом продолжают отождествлять самое лучшее, что нас окружает…
Генерал, казалось, и сам подумал об этом.
- Что с Клозетным Герцогом? – сказал он.
На немой вопрос в глазах Аркадия, отозвался кратко:
- Можешь говорить. Этому человеку можно доверять.
Аркадий принялся рассказывать, как узнал Клозетного Герцога по его огромному, словно у сказочного персонажа, носу. Как тот чуть не свалился в могилу, напуганный Геной, и как Гена ухватился зубами за плащ. Давая понять Семёну Марковичу, что высоко оценил качество проделанной им работы, рассказал, как Клозетный Герцог, сражённый девичьей красой, поначалу решил жениться, а после встречи с чёрной кошкой – передумал. Семён Маркович вторично удовлетворённо щёлкнул языком. Аркадий понимал: пока он несколько часов беспомощно лежал на операционном столе, был проделан титанический и кропотливый труд. Малейшая ошибка могла привести к тому, что вместо красавицы после приёма пилюли появлялась бы безобразная старуха, уродина в годах или совсем юная дурнушка, усыпанная жабьими бородавками. Движение каждого полимера было вымерено и тщательно просчитано, а их, как утверждал Семён Маркович, около тысячи… Около тысячи инородных предметов, словно самостоятельных мыслящих существ, потому как под воздействием катализатора каждый из полимеров начинает жить своей собственной жизнью, изменяя фактуру чужого тела, превращая в зависимости от цвета пилюли суровые мужественные черты в нежные женские, умиротворённые старческие или самонадеянные юношеские… Ещё Аркадий рассказал о тумане, поглотившем баржу, о помойке, о тараканах в доме Клозетного Герцога, и о том, что все концы исчезнувшего золота привели вновь к Петру Ильичу, и что, судя по всему, сам Клозетный Герцог ничего и не слыхивал о золоте Ильича…
- Да, - потирая руки, сказал генерал. – Жалко, что этот супербогач оказался таким суеверным малым. Дальнейшая дружба… Аркаш, не смотри на меня так, я ничего не сказал о свадьбе и первой брачной ночи, где всё тайное становится явным. Я просто имел в виду дальнейшие дружеские отношения, во время которых можно было бы точно установить, имеет ли Клозетный Герцог отношение к золотой тайне или нет…
- Нет, - сказал Аркадий. – Я в этом уверен. Но, думаю, что те, кто на нас, вернее, на него напали, скорее всего так не думают.
- На вас было совершено нападение? – взволнованно спросил генерал. – Что же ты сразу не сказал!
- Рассказываю всё по порядку, Сергей Леонидович. Думаю, это были люди Жреца. Хотели Клозетного Герцога выкрасть. Пришлось дать отпор. Да и вот Гена, спасибо за него Жоре, вновь подсобил. Правда, меня Клозетный Герцог «щедро» отблагодарил, а Гене за спасённую жизнь даже спасибо не сказал. И знаете, какой он сделал мне подарок?
- Знаем, Аркаш, можешь не рассказывать. Все богачи одинаковы. Готовы за копейку удавиться. С трудом могут расщедриться на бабаевскую шоколадку. А лучшее, чем он мог бы отблагодарить за свою никчемную, наполненную уголовным прошлым жизнь, это открыть, где золото. И ох уж мне этот Жрец! Вот где сидит!
Горболепов красноречиво рубанул ребром ладони по шее.
- Ладно, Аркаш, пока можешь отдыхать. Затем поговорим обо всём более подробно. Подумаем, как нам быть со Жрецом. Поговаривают, он уже в депутаты собрался баллотироваться и купил часть авторитетных журналюг, чтобы работали на его имидж. Самое неприятное то, что именно мы не можем отличить правды от вымысла. Ну, да ладно, дайте, как говорится, срок…
Аркадий видел, старикам не терпится остаться вдвоём, чтобы за чашкой ароматного кофе вспоминать молодость, подразделение «Клешня и Жало», хорошеньких шпионок, да мало ли что ещё… А ему тоже нужно рассказать генералу о многом. О том, как с отцом Илией побывал на мессе Верховного Жреца, и как тот с помощью липовых Соловьёва и Гейтса планирует заманивать в Орден новых прихожан, о его грандиознейших и амбициозных планах, по сравнению с которыми депутатство – сущий пустяк… Ладно, потом…
Потому он, отдав честь, спустился в Технический Отдел, где ребята колдовали над его машиной, попутно обсуждая очередную проделку Хакера-квакера.
- Аркаш, ты представляешь, что ещё учудил этот чертёнок? – сказал Митя, устанавливая новый боекомплект. На этот раз, на радость Петровичу, потери были минимальными – всего-то одна ракета, выпущенная в хищную морду «Туарега».
Хакер-квакер радостно лыбился, предвкушая одобрение Аркадия его проделке.
- Разгерметизировал, шельмец, туалет в космическом корабле, - в голосе Мити не было осуждения, напротив он говорил это голосом старшего брата, который вроде бы для порядку хочет пожурить младшего братишку за «нечаянный» пожар и погром с последующим вселенским потопом в кабинете химии, но выговаривает это восхищённо, потому как химичку и сам терпеть не может. – Все СМИ только и твердят об этом. Первый случай в истории космонавтики, когда звездоплаватели плавают не только в невесомости, но и нечистотах.
- Прошу добавить, - сказал Хакер-квакер, - что астронавты не наши, а америкосы.
- Как тебе это удалось? – улыбнулся Аркадий.
- Очень просто. Сбил настройки их компьютерной программы, отвечающей за герметизацию космического сортира. Всё содержимое и вывалилось в жилой отсек. По телеку показывали, как эти чудаки руками ловят свои какашки, пытаясь засунуть их обратно.
- Обратно? – спросил Жорик.
- Ну, имею в виду – в ёмкость, где они хранят отходы своей жизнедеятельности.
- Хорошо, что хоть так, - засмеявшись, сказал Жорик. – А мобильник?
- Что мобильник?
- Глючит. Скажешь, не твои проделки?
- Нет, конечно. Давно тебе говорил, поменяй айфон на обычный кнопочный, и забудешь про все проблемы.
- А как же соцсети и все подобное?
- Забудь, если нужна беспроблемная связь. Вот у тебя, Аркадий, мобильник какой марки?
- Кнопочный «Гот. Ты сам мне его и прошивал, и разные шпионские штучки закачивал. Отличная отечественная модель.
- Я-то знаю это, да вот Жорик никак не может уяснить разницу между качественной вещью и дрянной. Предлагаю провести простой эксперимент.
- Это какой ещё такой эксперимент? – послышался голос Петровича. – Кризис всемирный, как я и прогнозировал, начался и бушует, рушатся финансовые и экономические основы многих стран, банки с вековой историей и казавшиеся непотопляемыми в одночасье приказали долго жить, - Петрович перечисляет банки, приказавшие долго жить, - а они эксперименты какие-то собрались устраивать. Знаю я вас. Опять влетит это мне в копеечку.
- Да не переживай ты, Петрович, - сказал Хакер-квакер подошедшему Петровичу. – Ничего тебе это стоить не будет. А эксперимент такой. Аркадий кладёт свой мобильник под одно колесо своего «Каенна», Жорик свою айфон под другое. Если Аркадий разрешит, я сяду за руль и проеду по мобилам. А там посмотрим.
Петрович минуту размышляет и анализирует. Если айфон Жоры не выдержит, то это совершенно его не касается и на бюджете не отразится. Но если разлетится на мелкие осколки мобильник Аркадия, придётся выдавать ему новый. «Гот 999000». Ограниченная серия с кучей дополнительных функций и настроек. Поэтому Петрович начинает упорствовать и в очередной раз рисовать перед сотрудниками Технического Отдела картину вселенского бардака. Петрович говорит красноречиво, словно на холсте оставляет жирные и насыщенные масляные мазки. Пейзаж получается фантастический, как в старых фильмах «Водный мир» и «Безумный Макс2», где банды отморозков гоняют на тюнинговых яхтах и раскуроченных авто, и за глоток воды и литр бензина готовы перерезать друг другу глотку, потому как нет и в помине основы современного цивилизованного мира – наличных денег, банкоматов и кредитных карточек. Мир Петрович делит на две части, добру противостоит неизменное зло. На стороне добра Аркадий с его командой во главе с генералом Горболеповым, и самый несчастный человек среди них да и на всей планете, конечно же, он, Петрович, увешенный барыжными сумками и с тележкой в придачу. Все на авто, лишь он один пёхом, потому как продолжает на всём, в особенности на себе, экономить.
Напричитавшись, Петрович говорит:
- Ладно, чёрт с вами. Делайте, что хотите, - видно, и самому интересно, чем окончится эксперимент, хотя у него мобильник не той и не другой марки. Один из первых выпусков «Motorola», размером с кирпич, без полифонии и с выдвигающейся, как у радиоуправляемого автомобильчика, антеннкой. Когда Петрович идёт по Управлению без плаща, кажется, что в кармане пиджака у него действительно лежит кирпич. По противному и оглушительному будильному треску вместо модной мелодии Петровича можно без труда отыскать в любом закутке Управления.
Теперь упорствует Жорик. Хоть айфон и глючит постоянно, класть его под колесо автомобиля как-то жалко.
- Давай-давай, - подбадривают его ребята. – Если уж Петрович добро дал, тебе, как говорится, сам Бог велел.
- Что ж, Бог дал, Бог взял, - грустно говорит Жорик, и, вытащив мобильник из элегантного чехольчика, кладёт его под переднее колесо «Porsche».
Аркадий достаёт из кармана, потому как терпеть не может все эти чехольчики и пенальчики, свой мобильник, кладёт под другое колесо. Он знает, что на Хакера-квакера можно положиться.
Хакер-квакер с невероятно довольной физиономией усаживается за руль, и многим ясно, что затеял он весь этот эксперимент исключительно ради того, чтобы, посидев лишний раз за рулём навороченного «Cayenne» Аркадия, почувствовать себя в шкуре суперагента. Погони, перестрелки. Какой мальчишка об этом не мечтает?
Хакер-квакер, погазовав и посмотревшись в салонное зеркало, чтобы удостовериться, что выглядит действительно круто, медленно трогается, и в рёве сотен скакунов отчётливо слышится хруст под одним из колёс. Жорик констатирует, что это то самое колесо, под которое он положил свой айфон. Это и так всем ясно. Горстка из кусочков пластмассы и стекла – это всё, что осталось от его айфона Аркадий поднимает свой телефон целым и невредимым.
Ребята смеются. Петрович рад, что это телефон Жорика, а не Аркадия, и что бюджет Отдела Х не понёс незапланированных трат.
- Действительно, - говорит Арнольд, пытаясь утешить Жорика, – Бог дал, Бог взял. Жалеть нечего.
- Тогда уж лучше сформулировать не так, - добавляет Митя, позвякивая от смеха кольцом в носу. – Бог дал, а «Порше» раздавил. Так вернее будет.
- А ещё вернее вот как, - говорит Жорик, трогая носком ботинка осколки. – Жена подарила, а Хакер-квакер забрал. На день рождения подарила. Бог и не при чём.
- Ладно, Жор, не переживай, - великодушно говорит Хакер-квакер, выбираясь из автомобиля. – Есть у меня корпус от «Vertu Ascent Ti Ferrari». Без изумрудов и бриллиантов, зато титановый. Вставлю начинку приличную, и будет такой телефон, что хоть в воду бросай, хоть под бульдозер.
- А если нечаянно в кипяток уронить? – интересуется на всякий случай Жорик. И видно, что он уже не сожалеет о своём то и дело глючившем телефоне, а радуется возможности обрести новый, да ещё с такими фантастическими характеристиками.
- Говорю же, Жор, корпус будет из титана, а экран – из огнестойкого и сверхпрочного пластика. Потому сможешь свой телефон хоть в печку бросать, хоть в машинку стиральную. Помнишь, как ты рассказывал про тёщу? Ну, как она постирала твои штаны вместе с телефоном?
- Тогда другой был телефон, тот не глючил. Тёща постирала, да. И не только телефон. Перестирала все документы. У неё мания всё стирать. Только штаны снял, они уже в машинке. Рубашку оставил без присмотра, она уже стирается. Однажды, боюсь, она засунет в машинку меня, приняв за ворох одежды. И главное, что в карманах, никогда не проверяет. Так что водонепроницаемый телефончик мне бы не помешал.
- А может, лучше тёщу поменять? – смеётся кто-то из ребят.
- Нет, - отказывается Жорик. – Тёща у меня хорошая, хоть и одержима чистотой и порядком. А что вы хотели? Человек прожил до старости в глухой деревне, и знать не знал, что существует такое чудо как машинка стиральная. Теперь она в городе, у нас, вот и бросает в машинку всё подряд, никак не нарадуется. Ещё курочку мне жарит. Вино домашнее делает, сливовое и яблочное. И курочку там или окорочка никогда не покупает где попало, потому как при жарке скукоживаются они чудовищным образом, и становятся меньше раза в четыре. Да и безвкусные они какие-то. То ли дело наши, рязанские или мордовские, «Октябрьской» птицефабрики. Чудо, а не окорочка! Правда, у мордовских цыплят название немного странноватое – «Октябрёнок», но это от названия фабрики, упитанный малыш с пятиконечной звездой на груди тут не при чём. Хотя так и видится дальнейший ассоциативный ряд: куры «Пионерки бройлерные, ощипанные», яйцо «Комсомольское». Зато вкус какой!
- Это одобряю, - говорит Хакер-квакер. – Отечественного производителя надо поддерживать, тем более, когда санкции у нас и кризис во всём мире. Своё оно и вкуснее. Пусть америкосы сами лопают свои генно-модифицированные окорока вместе с гамбургерами и запивая это газированным пепси-пойлом. По мне, так лучше тарелочку борща навернуть и картошечки жареной.
- Меня научили как-то похлёбку эрзянскую варить, это из мордовской кухни, - сказал Михаил, - так это такая вещь, скажу вам, что пальчики оближешь и проглотишь. В общем, готовится так. Варишь свиные рёбрышки, потом картошку крупными половинками бросаешь и в самом конце – репчатый лук кольцами. И чем больше лука, тем лучше. Лук бросишь и сразу выключаешь, и под крышкой пусть всё потомится ещё минут десять, чтобы лук не переварился и похрустывал так приятно, и потом можно подавать с чёрным молотым перчиком и зеленью. Блюдо незамысловатое, но вкууус…
- А я давно присмотрел магазинчик «Товары Мордовии», - сказал Митя. – Там и отовариваюсь. И от дома недалеко и качество. Колбаску, ветчину или мясной орех – только там, «Атяшевскую». Водочку или фирменную «Мордовия люкс» или «Млечный путь», с которой ни «Русский стандарт», ни «Немирофф» близко не поставить, потому как изготавливается из спирта класса «альфа» и воды родниковой. Маслецо исключительно «Ичалковское». И сахарок тоже там всегда беру. «Ромодановский». И сгущёночку, и конфеты «Птичье молоко».
Арнольд отвёл Аркадия в сторону и томно спросил:
- Как прошло свидание, Аркаш?
- Нормально, - ответил Аркадий, понимая, что в этом вопросе нет никакого глумления, просто Арнольд хочет знать, не было ли с его стороны каких-либо недоработок.
- Как вёл себя Гена?
- Лучше некуда. Выручил меня два раза. Просто реально выручил. Надо бы отблагодарить Жорика за его питомца. Потом как-нибудь об этом.
- Хорошо-хорошо, - говорит Арнольд. – Но не забудь переодеться. Вот я приготовил, новый пиджачок, рубашка, ботиночки.
- Аркаш, может, спинку помассировать? – спрашивает Толик, инструктор по рукопашному бою и профессиональный массажист.
- А потом диск релаксационный и на часок в кислородную барокамеру, - добавляет Константин, психоаналитик, но Аркадий от всего этого отказывается.
Он поднимается снова к Горболепову, и видит стариков в том блаженном состоянии, когда они пьяны одним общением и воспоминаниями. Тревожить их не очень удобно, но Аркадий хочет узнать, пока Семён Маркович ещё не отбыл к себе в Мордовию, известную, оказывается, не только элитной клиникой пластической хирургии, олимпийскими чемпионами и маньяком по прозвищу Шнурок, но и в считанные дни возведённым зданием вокзала, да и вот ещё цыплятами «Октябрёнок» и водочкой «Млечный путь», - хочет узнать про зеленоглазую красавицу. Кулончик в виде скорпиона на шее. Духи «Domik v derevne». Ампула возле мёртвого Петра Ильича опять же с изображением скорпиона. Дохлые рыбки в аквариуме. Не слишком ли многовато для обычных совпадений…
- Эллочка? – говорит Семён Маркович, и Аркадий понимает, что до сего момента не знал имени своей гетеры. Впрочем, какая она ему гетера? С другой стороны – не хухры-мухры, жениться собирался, о чём вспоминать Аркадию особенно не приятно. – Работает у нас недавно. Прилежная, ответственная девушка. Кстати, приехала со мной в столицу…
- Она здесь? – спросил Аркадий. – В Управлении?
- Нет, она взяла без содержания. Собралась на несколько дней в Швейцарию. На горнолыжный курорт. Она в аэропорту.
- Когда самолёт?
Семён Маркович взглянул на часы.
- Через час сорок пять минут.
Аркадий глядел на Горболепова, как бы спрашивая разрешения на самостоятельные дальнейшие действия. Времени на обсуждение и выработку плана не было.
Генерал это понимал. Он молча кивнул.
- Спасибо, Сергей Леонидович, - сказал Аркадий и, пожав на прощание руку Семёну Марковичу, чуть ли не бегом бросился в Технический Отдел.
Ребята продолжали подтрунивать над Жориком, слушая его рассказы про любимую тёщу. Машина стояла чисто намытая, сверкая полировкой, в полной боеготовности. Хакера-квакера не наблюдалось, хотя он всегда был рядом, стоило Аркадию спуститься в святилище Эдуарда Петровича и его подручных.
Аркадий переоделся и сел за руль своего авто…