|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Роман-с про корни
Роман-с про корниАвтор: Стёжки да рожки
[ принято к публикации 20:30 02-02-2024 | Лев Рыжков | Просмотров: 604]хотел бы я костюм последний заложить и сча'стливо опять по свету поболтаться, одетым как Адам свободный ото лжи. Я встал бы на заре и вектор не назначил, шагал бы наугад, куда глядят глаза. За пачку сигарет и пряники на сдачу исполнил бы романс и сказку рассказал. Нетрудно быть собой, когда не держат корни. Идёшь во все концы и грудью дышишь всей. И можешь быть воды и ветра непокорней, пока других кружит рутины карусель. Внезапно обретёшь нечаянную радость - монетку или клад в далёком тайнике, а если повезёт, то встретишься с преградой, которая ещё не тронута ни кем. Но, знаю, возразит мне женщина сердито: "Проснись и не мечтай, бессовестный хвастун! Какой ещё роман с грудным радикулитом, одевшись как Адам под шесть поющих струн? Ведь ты, мой старый пень, облизан и прикормлен, начищен и согрет на зависть королю!" Ах, если б не она и если бы не корни, которые уже я вряд ли отпилю... Теги:  1 
Комментарии
#0 20:30 02-02-2024Лев Рыжков
Это да. Это бывает. мужик это одомашненные животное. В дикой природе он не выживет. Но генетически пилигрим червоточит в каждом, да Хорошие рифмы Рубрика. #1 зато проживёт свой сорокет счастливым живым и беззаботным но все же хотят подольше "Нетрудно быть собой, когда не держат корни." Всё правильно. Глубоко. Проснувшись, судно я достал из-под перины, И понял вдруг: меня дела большие ждут! А уж когда слупил таблетку аспирина, Взлетел под небеса, и памперсы не жмут!!! Как это знакомо! ггг Плюсандр однозначно+ Еше свежачок Там, где еще (плачь, капитан, плачь…)
Не о ком будет плакать. (Варя Нау. 2013 г.) таскаю каштаны из детства твоего алиса моя с чёрным мраморным сердцем (Авось. 10.10.26 г.) *** А первый снег, что прошлых неудач мгновения, — бессилен, безнадёжен.... Не приближай последнее сиянье, -
за ним — простая серая зола. Искрящийся рассвет существованья, после заката будет только мгла. За горизонтом гулкой тишины, где нет ни слёз, ни празднеств, ни признаний всё станет белым айсбергом волны безбрежных сфер космических скитаний....
Гудил Иванович входил в учебную комнату так, как входит запах в запертый погреб — не постучавшись, не спросясь, заполняя собою всякую щель, всякую пустоту, всякую детскую надежду на урок арифметики вместо урока войны. Обоняние, самое древнее из чувств человеческих, минующее рассудок и падающее сразу в подвалы памяти, безошибочно докладывало классу: недавно, совсем недавно, варил этот человек нечто, чему нет названия ни в одном кулинарном трактате мира, — варево, замешанное на дегте, лавровом листе, ...
Часть-1
Гудил Иванович, сей любомудрый муж, кахетинец чистокровный, из тех, про кого в наших краях молвят: «человек с головой, а шапка сама найдётся», — был фронтовиком Великой Отечественной. В школе он учил детей русскому языку вовсе не оттого, что кончал какой-нибудь педагогический или самоучкой глотал филологические науки.... Весь мир вокруг казался ненастоящим. Придуманным. Как будто его нарисовал Дали, или, даже хуже, Малевич. А потом ещё плюнул и растер рукавом. Так рождаются шедевры. Когда мимо шли люди, спотыкаясь о широко вытянутые ноги спящего на скамейке человека, ноги эти самопроизвольно дёргались, а тело при этом оставалось статичным.... |
