Однажды... На районе. Вписка за друга

Автор: ivantgoroww Хотелось любви, но не той проникновенной о которой пишут романы и снимают мыльные сериалы, а так, просто скрасить ненастный вечер. Короче, я решил набрать Кеше, другу своей мятежной юности, который теперь на пару с другим моим корешем Аксёном держал, под вывеской массажного салона, самый обыкновенный блядюжник.

Я набрал рабочий номер массажного салона. Ответила мне, проникновенно низким голосом, администратор Виктория.

- Здравствуйте, массажный салон “Райское наслаждение”.
- Вик, это я Дрон, там Вадим Александрович далеко?
- Нет, он у себя, играет в Фифу.
- Ну, как обычно. Викусь, позови его пожалуйста, скажи, что очень срочно.

Через какое-то время в трубке послышался писклявый голос Кеши.

- Дрон, чертила, как делишки?
- Лучше всех, братка! Слушай, Кеш, такое дело – можно Янку в долг?
- Чего, так труба дымит?
- Ага.
- Сейчас я с ней побазарю, если она не против отработать в долг… Ян, солнышко, тут Дрон звонит, говорит, что труба дымит и хочет только тебя, но с баблом напряг, ты в долг как? Дрон, ну, она говорит, что согласна.
- Спасибо, Кеш, как только с деньгами всё будет ништяк, сразу отдам.
- Какой базар, братка.
- Ну, всё тогда, чао!
- Ага, бывай, дружище!

Кто бы мог подумать, что Вадик Семёнов, щуплый мальчик с большими тёмными глазами, похожий на попугая Кешу из мультфильма, станет сутенёром. Наверное, все, кто его знал. Потому что с самого детства мозг у Вадика работал только на то, чтобы поиметь чего-нибудь сладкого и желательно на халяву.

Я смотрел на старый наш двор, на который медленно накатывало вечернее небо, топя в сумерках очертания прошедшего дня. Где-то в районе Пролетарки уже горели фонари. Я закурил и вместе с дымом через открытую форточку память моя унеслась в прошлое. В дни великих свершений и светлых надежд…

Танюха жила на Пролетарке в самом сердце того лабиринта, состоявшего из опалённых временем старых домов, налепленных чёрти как. И каждую ночь, я как вражеский диверсант, украдкой пробирался в свой район, чтобы не быть замеченным пролетарской шпаной и не выхватить по этому поводу люлей.

В ту ночь, вновь возвращаясь от Тани, награждённый, как я считал за храбрость, чувственным поцелуем, едва на обратной дороге не нарвался на Пролетарских, но сумел ускользнуть незамеченным. И был этим очень доволен.

Выскочив на улицу Правды можно было уже не прятаться и расправив плечи, я довольно насвистывал какой-то незатейливый мотив. И уже подходя к своему дому я увидел на детской площадке замес. Трое парней довольно лихо утаптывали ногами одного, который закрыв руками голову метался от одного пинка к другому. Приглядевшись, я понял, что бьют Кешу. И это была реально подстава. Выбраться незамеченным с Пролетарки и у себя дома попасть в такую ситуацию. Проблема была в том, что я был абсолютно уверен, что Кешу бьют за дело. Однако просто пройти домой мимо потасовки, в которой ногами утаптывали моего друга, моя совесть не позволяла. Никакая пацанская этика не подразумевала пройти никак себя не обозначив.

Момент, когда можно было что-то выяснить в разговоре видимо был уже упущен. Поэтому я снял армейский ремень с широкой жёлтой пряжкой и намотав его на руку, успокаивая себя тем, что поступаю по совести, ринулся в замес.

Одного из троицы, который был ко мне спиной, я уложил ударом в затылок. Избиение Кеши моментально прекратилось, двое оставшихся с удивлением уставились на меня. То, что лимит на слова был исчерпан, я оказался прав. Не говоря ни слова, парни одновременно двинулись на меня совершено позабыв про Кешу. Попугай конечно вмиг одумался и как побитый кошара мимо помойки чуть ли не на четвереньках дал дёру и скрылся в темноте за мусорными баками.

Пока я кое-как отмахивался от двоих, вырубленный моим ударом парень тихо поднялся у меня за спиной. И конечно же я не видел, как он сделал нехитрую подсечку. Просто вокруг меня подпрыгнули дома и в небе засияли яркие звёзды, а на меня обрушился град ударов. И если Кешу они молотили как-то вполсилы, то за меня принялись весьма основательно, совершенно не жалея кроссовок. Теперь я так же, как и Кеша под градом отпускаемых мне ударов, крутился на асфальте, как уж на сковороде.

Особенно прикладывался к моим рёбрам тот который молотил справа. Когда мне показалось, что я отключусь от боли, которая горячей и неприятной волной разливалась по бокам и грудине, случилось чудо. Сначала прекратили бить справа, потом послышался вскрик и бить перестали слева. После ещё одного вскрика бить перестали вовсе.

Я открыл глаза и звёздное небо начало с усиленной скоростью кружиться. И вот в этой бешенной круговерти я сумел разглядеть улыбающееся лицо Аксёна и сверкающий в свете фонаря с тёмными подтёками крови свинцовый кастет, тот самый, который я собственноручно недавно изготовил для него.

- Дрон, ты как, живой? – спросил Аксён и протянул мне руку.
- Дружище, ещё бы чуть-чуть и меня бы возможно было бы не собрать. Ты какими судьбами здесь?
- Я Варюху проводил, думал к тебе заскочить, пивка опрокинуть. Тут зырю замес какой-то, пригляделся, тебя лупят. Ну, как я мог мимо пройти…

Один за другим стали подниматься вырубленные Аксёном соперники. Однако, пыла у них значительно поубавилось и придя в себя, они, отхаркивая кровь, кряхтя, отползали изрыгая из себя всячески клятвы расправы и нецензурную брань. Я тяжело выдохнул вместе с болью воздух и рассмеялся.

Отоварили меня неплохо, после этого я пару недель провалялся в больничке с перебитыми рёбрами и отбитыми почками. И всё это из-за совести, которую нельзя пощупать, но вполне реально ощутить. Впрочем, я оказался прав - Кешу били за дело, он как всегда проигрался в карты и задолжал парням бабки, впрочем, это уже была другая история…

Во двор подкатилось жёлтое такси и из него вылезла Янка. Теперь с любовью, дефицит которой ощущал мой организм, будет всё в порядке. Пышущая жаром и ещё не растраченной сексуальностью она проследовала в подъезд. Через пару минут раздался звонок в дверь и на пороге улыбаясь стояла Яна и вся эта история из прошлого растворилась в её больших зелёных глазах.