Санта-Барбара

Автор: отец Онаний Дед Егор кинул вторую палку.

Костёр постепенно разгорался. Из кастрюли торчали голяшки.

- Скоро готовить начнём, не мельтеши,- сказал дед.
Я присел на корточки, уставился на огонь и залип.

- Бабка старая, долго готовить будем. Так что жди.
Я покорно кивнул головой. Я ещё ни разу ни кого не ел. Тем более из родни.

Наконец ушли покрылись седым пеплом, как мудя дела и можно было вешать котелок.

Как только вода закипела, в воздухе отчётливо запахло корвалолом и меновазином, которыми при жизни буквально была пропитана бабушка.

- Фу,- наморщился дед.
Какое-то время мы сидели молча, каждый думал о своём. Выли собаки, показалась краюха луны, небо окропилось прыщами звёзд.

- Ковшик то найдёшь? - ехидно спросил дед.
- Найду,- неуверенно ответил я.

В животе урчало. Очень хотелось есть. Эх, бабушка, почему ты так долго готовишься.

Я стал искать ковшик. Но всё сливалось воедино, как будто кто-то рассыпал гречку, а мне теперь нужно её перебирать.

Тем временем дед стал пробовать мясо, тыкая в него ногтем на мизинце. У него на мизинце был отвратительно длинный и твердый как нож ноготь. Он им даже шурупы мог закручивать. Или если между редкими зубами застревало мясо, лихо выковыривал, рассматривал на свет, а потом снова съедал.

- Вон он!- радостно закричал я.
- Молодец,- похвалил меня дед,- вырастить, станешь острономом, как твоя бабушка.

И дед крякнул от удовольствия, которое ему принесла эта шутка.

- Дед, ну скоро там?

Я маялся от нетерпения. И очень хотелось есть.

- Не нукай, не запрягал. Скоро. Чего ты хотел, старухе сто лет в обед.


Через какое-то время дед взял две миски и стал наливать в них бульон. Затем плюхнул в каждую по голяшке. Всё по честному.

- Налетай, щегол,- сказал он.

Бабушка, воперки ожиданиям, оказалась очень даже ничего. А бульон почти не пах лекарствами.

Наевшись, я развалился и снова стал искать ковшик. От умиления меня клонило в сон, а дед бормотал что-то себе под нос про инопланетян и очередной съезд колхозников -каннибалов. Но я его уже не слышал, мои мысли были далеко-далеко.


Дед Егор кинул третью палку.
И я проснулся. Вскочил. И как заору:"дед, ты ж меня ебёшь!".
- Ой, а я и не вижу,- обиделся слепой дед.

Из горницы вышла бабушка, живая и невредимая, на своих двоих. Я никак не мог осознать, что быль, а что плод моего воображения.

Рядом, облокотившись на край дивана, сидел голый дед Егор и хитро улыбался. На стене висела картина неизвестного художника, который изобразил звёздное небо, под которым двое ели что-то из котелка и над ними отчётливо вырисовывалась Большая Медведица.

Пахло корвалолом и меновазином. Инопланетяне во дворе таскали тяжёлый плуг, взрыхляя непослушную мертвую землю. Колхозники -каннибалы созывали всех на съезд. Воробьи долбились в окна, разбивая свои клювы в кровь.

Шла две тысячи сто тридцать седьмая серия "Санта - Барбары".