Барыбино

Хозяйка как-то раз, измыслив а том утеху,
Свой вес презреть почла как глупую помеху:
Мол, все есть у меня, а лёгкости-то несть!
Взглянула на весы — и стала меньше есть.
Взмолилась — помоги, небес, святая сила!
И хлебец с огурцом на блюдо положила,
Но только лишь взяла кусочек со стола,
Как Кошка подошла и слово ей рекла:
«Ну как же можешь ты, почто ты восхотела
Вот эдак изменять объём и плотность тела?...

Утро. На тумбочке у кровати – пыль, телефон, часы…
Сколько сегодня легкого счастья выдадут мне весы?
Слыша, как дворник округу будит, микрорайон скребя,
В тапки и толстый халата кокон вкукливаю себя.
Из магнетично-тягучей спальни медленно выхожу
И рефлекторно, тремя щелчками кухню свою бужу....

Родилась и росла я несмелая,
Но взрослела – и вот повзрослела я.

А отпрыгав в скакалку и классики,
Поступить порешила по классике

И смешала, как месят оладушки,
В котелке, что достался от бабушки,

Я ракушки, лягушек с улитками,
Культуристов (со средними битками),

Мерседеса обломочек матовый,
Для духовности – Фрая с Ахматовой,

Инструменты, водяру с пельмешками,
По щепотке угрозы с насмешками,

Мелодрамы со слезными песнями
И наручники....

Вот – после Слова, но еще до Дела –
Секретный рай застыл в кольце стальном:
Дракона тело там оцепенело,
Паря бездвижно в воздухе густом.

Вот динозавр с острейшими рогами
Над речкой, где покоится вода…
Вот тихий ангел светлыми крылами
Бросает тень у круглого пруда....

Вселенная куца,
Не видно ни зги…
Но вот раздаются
Героя шаги.

Весь мир его слышит,
Он к высшей судьбе
Идёт, словно пишет
Стихи о себе.

И в звуках, и в видах
Трехдольник неплох:
Ударные – выдох,
А слабые – вдох....

Наследница и дочка короля,
Неслышна и невидима для глаза,
Качаюсь, как в гробу из хрусталя,
В цепях антенатального экстаза.

Я заперта до времени. Кругом –
Без окон и дверей – но это скоро
Разрушится! – с белесым потолком,
Уютная овальная камора....

Вот дача – садик и забор.
Внутри – недлинный коридор

И кабинет с горой бумаг,
Две спальни, кухня и чердак.

А вот – взгляните-ка на план:
За кухней маленький чулан.

В нем деревянный потолок,
В нем окон нет, в двери замок....

… Ползет, уже покрыла половину,
Земли и все ужасней, все слепей,
Смертельная волна из камня, глины,
Песков, деревьев, крови и костей.

Двумя лишь перемолвились словами
Друг перед другом встав наискосок.
В руках Геракла – лук с тремя стрелá...

Идут к неизвестной цели,
Косых не смыкая глаз,
И ногти их потемнели
От примесей низших рас,

Толпа безнадежных трусов,
Но вместе – стальной таран:
Безжалостность – от индусов,
Винтовки – от англичан.

Невидимы – вот что плохо…
Внезапны – для всех, всегда:
Во времени, по эпохам
Мигрирует их орда,

Дорогу столетий месят,
Шагают назад, вперед,
Их шаг для них – это месяц
А дюжина – это год....

Когда сгущалось крайнее,
Когда себя во всем
Я чувствовал, как здание,
Идущее не слом,

Тогда, со мной невенчаны,
От недругов моих
Меня спасали женщины –
Все семеро из них.

Мостом над серой бездною
Парили их крыла
Одна исконно местною
Аленушкой могла

Впадать своею волею
В любое время дня
В тоску и меланхолию
И плакать за меня....