отец Онаний

По семейной легенде меня выкакали. Возможно, я первый в мире человек, не рождённый, а выкаканый. А потом из меня всю жизнь пытались что-то лепить. Сначала родители и детский сад, потом учителя и школа, техникум, армия, работа. Каждый считал своим долгом что-то из меня сделать....

Шла 666ая серия турецкого сериала, где великийимогучийзлоебучийхуйвонючий Сулейман ибн Хатаб Второй печалился, что у него не стоит ни на одну из своих жён. А жён у него в гареме было видимодохуяневидимо.

Евнух при дворе Сулеймана молча слушал и инжир кушал....

Школа у нас была с уклоном. Стояла на пригорке и всё с неё стекало, и ученическое говно, и знания. Ничего не задерживалось.

А какие в школе были учителя, закачаешься.

Например, учитель физики, Сан Саныч. Золотые руки. А глотка, вообще луженая....

Кому вообще нужен сценарий для праздника, тем более, для нового года.

Вопреки житейской мудрости, гласящей, когда двое поступают одинаково — получается все-таки не одно и то же. Эти двое, Рахим и Мурад, решили всё-таки поступить одинаково. Одинаково опрометчиво....

За час до нового года мама покончила с собой. Остались только я и батя.
В комнате повисло гнетущее молчание. Затем батя подошёл ко мне и водрузил меня жопой прямо на ёлку.
- Гори, звезда, гори,- сказал он.

А я заплакал. Нет, не от боли, а от понимания того, что до нового года осталось меньше часа....

Родился я, как ошибка молодости моих родителей. Время тогда было такое, ошибочно верное. Все люди были гондонами, а самих гондонов не было. Нюанс. Поначалу меня даже как человека не воспринимали. Все понять не могли, зачем я им даден.

А потом, ничего, прижился, и даже, именем обзавелся на пятом году....

Взять бы этого бога, да поделить.
Как это, поделить?
Легко. На всех. Чтоб у каждого был свой кусочек бога. Личный. За пазухой лежал и грел когда надо. Чтобы не нужно было идти в храм. Понял.
Не особо.
Вот у тебя крестик есть?
Есть.
А зачем?...

Когда до конца вахты остаётся лишь несколько дней, все вахтовики выстраиваются в длинную очередь к единственному спутниковому телефону, который связывает месторождение с большой землей. И все, как один, не сговариваясь, оповещают своих жён о сроках возвращения домой, добавляя, мол, к моему приезду хочу чтобы от тебя пахло....

Успела. Вытащила его из петли, хотя он уже болтался, ножками сучил. На небе на него известные планы имелись. А она верёвку чик и отрезала, его от жизни отрезала, будто от материнской пуповины, как воздушный шарик. А ведь это он от неё в петлю полез....

Там, где вечерняя заря своими алыми губами делает глубокий минет уходящему дню, чтобы он спустил ей в рот всё то, что не успел доделать, там день уступает место ночи.

Россыпью юношеских прыщей покрывается небо. И появляется тонкая золотая серьга в виде серпа....