Последние комменты юзера Седнев

Седнев:  Вот это я понимаю. Перельман прав во всех смыслах. В школе креатива это надо высечь золотыми буквами

Седнев: Я не стал говорить о четвертом пути, поскольку наследие Стружкина не резиновое.

Седнев: Доброе утро. В таких вот случаях, Ями, когда ты демонстрируешь фрагмент, следует делать одно из двух:
1. Блеснуть безукоризненным стилем.
2. Ухватить читателя за яйца умопомрачительной интригой.
Ты же таким образом пытаешься анонсировать нечто большее. Для этого нужно заинтересовать. Если, конечно, ты пишешь не исключительно для себя. Для людей здесь ты — лишь буквы на мониторе. И их не сильно интересует твоя бабушка-филолог.
Существует, конечно же, еще один обходной путь к успеху, но ты им пренебрегла, отказавшись демонстрировать выигрышные фрагменты своего тела.

Седнев: В сравнении со Стружкиным меркнет всё. Сам Элвис Пресли рыдал, когда читал его строфы

Седнев: Какой невнимательный поэт. Там есть еще одно различие — рубрика. А это многое меняет

Седнев: Давай покритикую по существу.
Во-первых, написано с точки зрения пятиклассницы, но языком спесивой тетки в очках.
Во-вторых, персонажей слишком много и все они плоские. Только обидчивая девочка более менее выпуклая.
В-третьих, нет главного — действия.

А все остальное очень даже хорошо

Седнев: Никогда не занимался инсинуациями. А за «Стружкина» в кавычках в приличном обществе по щщам можно получить

Седнев: Отстань, Бабанин. Я ем салат из трески с луком и картошкой. В эти моменты меня лучше не злить

Седнев: Хотя, если взглянуть здраво, то следует признаться, что каждый из нас время от времени что-то пиздит у Стружкина

Седнев: Если Бабанин спиздил эти псалмы у Стружкина, то я прокляну его

Седнев: Фигасе. Сам Медвежуть откаментил. Это подороже рубрики

Седнев: Не всяк воспринимает литературу на слух

Седнев: Писатель Шизофф подразумевал то, что добиться похвальных отзывов можно вставив фото в профайл

Седнев: Не делай опрометчивых выводов, автор. Здесь и не таких как ты учили кататься на велосипеде. Все будет. Включи терпение

Седнев: Ну вот. Даже убеленная сединами профессор Раевская разгневалась невнятным комментариям

Седнев: Вот это настоящий Стружкин. Не то что

Седнев: Неплохо

Седнев: Я считаю, что пиздить стихи у Стружкина — последнее дело. Скоцтво и ахтунк

Седнев: А-ля Хармс. Симпатично

Седнев: Хроники маленькой старушки