Последние комменты юзера детский писатель Шнобель

детский писатель Шнобель: Переломан лес буреломами. Под охраной вертухаев поганых бурановый край. Вологодский нынче конвой, злой и лютый народец. Черепахой ползёт срок. Не летят свет-птицей быстрою деньки. Тянутся.
Макарушка, а в миру Макаров Константин Альфредович, тяжело припадая на левую ногу бежал по таёжной тропинке из ИТК № 13. Болела у Макарушки нога, болела его ноженька. Отсидел он её родимую за восемь долгих лет на жёстких нарах. Куда он бежал? На этот вопрос сам Макар не дал бы сегодня ответа. Бежать-то некуда. Вокруг на сотни дремучих лесных километров нет ни жилья, ни селений. За червонец трудов лагерей и в подарок рабочему классу, там где раньше были тропинки зверья лесного нынче проложили трассу. Да, и эта
трасса осталась далеко-далеченько. Нахлынули грёзы-воспоминания. Припомнился эшелон. Летел за вагоном вагон. Спецэтап. В мерном стуке и трепете стали, увозил паравоз молодого Макарушку в далёкие таёжные дали. Ох, горе горькое, жизнь блатная. Поблазнила фортуна воровская и не далась, как девка малолетка.
Вильнула хвостом серебряным, закатилась ясным солнышком за косогор. За решёткой сидел и с тоскою глядел он на свободу. Восемь лет. Кудри тёмные, краса и гордость. Поседели кудри, поредели. Есть хотел Макарушка. Украл буханочку ржаного перепрелого пополам с лебедой. И покарал закон жестокий. Одна отрада в зоне- гитарушка. Струны весёлые, песни залихватские. А в тайге зимой балдоха светит, но не греет.Раскололась гитара Макарушкина от мороза. Сердце рвалось на куски. Вспомнил подругу свою продавщицу из галантерейного отдела Розу. Слезой поперхнулся. Ждёт ли любава?
Тайга проплывала мимо загадочная. Букашки-дурашки ползали, шуршали в травушке высокой. Одуряюще пах свежий лосиный помёт. Кора еловая приятно хрустела на изъеденных цингою зубах. Воздух свежий, лесной, дурманящий проникал в лёгкие. Опьянел макарушка.
Падлы, падлы,-в иступлении твердил Макарушка. Злость прибавляла сил. Задремал, притаился застарелый простатит. Тишина. Только слышно, как где-то медведь-шатун бродит, да дерёт кору дубовую кабан-секач.
Остановил свй бег Макарушка. Прислушался. Надрал лопухов широких да бархатных. Присел под берёзонькой белой нецелованной и шумно опрастался на муравейник.
(А продолжения не будет)

детский писатель Шнобель: Да, уж, будь так добр, как тот пулемётчик Ганс… поставь и прокрути нам пару новый дисков

детский писатель Шнобель: Ну, Антоха сегодня явно выдал хрень. И потому обижаться на адресное послание в жопу не должен.

детский писатель Шнобель: Всё хорошо в сироте московской, но смущает меня в нём одна черта (нет, не та, что внизу спины!)… смущает мрачное мировосприятие и отсутствие юмористического (читай-позитивного) взгляда на окружающую действительность. Хочу пожелать афтору раскрыться с этой новой стороны.
С великим удовольствием прочёл бы в его исполнении рассказец-другой, написанный на позитивной волне…

детский писатель Шнобель: И самое-то интересное -это то, что в реале мадам Ирма может оказаться весьма привлекательной и приятной во всех отношениях дамой…

детский писатель Шнобель: Мальчики и девочки! Да, не сритесь вы, я вас умоляю. Сморщенные сиськи или нет… не суть важно для литературы. Ну, не сиськами же пишутся рассказы…

детский писатель Шнобель: Прочитал. чувствуется, что афтору близка тема последствий катастроф. Видна гражданская позиция. Узнал много новых слов, которые ранее прошли мимо: плутоний-238, стронций-90, цезий-137… В отдельности я жти слова и цифры знал, но в совокупности-нет.

детский писатель Шнобель: Ирма, спокойствие, только спокойствие… много эмоций не всегда есть хорошо. Тебя провоцируют, возможно, не со зла… сетевой писатель должен уметь держать удар читающей публики

детский писатель Шнобель: Рассказ мне понравился своей правдивостью и жутью беспросветной. Рекомендовал бы его читать мамашам-разведёнкам в качестве превентивного чтива.

детский писатель Шнобель: Открытое письмо рабочих заборостроительного завода в редакцию «Литпрома»

В стране Конституция и демократия,
Любому даруют свободы широкие,
Но есть представители пишущей братии,
Что всё это губят подобными строками.
Мы смену свою отстояли, старалися,
Чтоб наш ВВП не подвергся кастрации,
И на тебе-стих гражданина Моралеса,
По -сути, который сродни провокации.
Быть может, вы скажете, что ополчилися,
На кой вам стихи сетевого поэта?
Но в жизни и мы, кой-чему научилися,
И доступ имеем к сети Интернета.
У нас в головах очень много эпитетов,
Не хочется их формулировать матерно,
Мы просим редакцию незамедлительно,
Отдать в наши руки такого писателя.
Не бойтесь, средь нас нет ни геев, ни пидоров,
В глаза лишь заглянем поэзии мастера.
Да, как он удумал в преддверии выборов,
Сравнить президентский с каким-то фломастером!?
Вина тут не только на вашем издании,
Прошляпили школа, детсад и родители...
Строжайшего требуем мы наказания!
И подпись: «Простые заборостроители».

детский писатель Шнобель: Шнобель, друг, искренне недопонел што там с чьей сракой? наверняка же ты штото хорошее хотел сказать…(с)

Поясняю: Есть вариант, разъебать его в сраку...
Вариант и разъебать) А ты что подумал?

детский писатель Шнобель: Очень не плохо, однако.

детский писатель Шнобель: Стих у Саши хорош. Маладца.

детский писатель Шнобель: Бьюсь день и ночь в любопытном бессилии,
Правду люблю со времён самиздата,
Слышу в ответ имена и фамилии,
И всякий раз посылают куда-то.
Вот, на заборе, какой-то юродивый,
Выдал творение в матерном стиле,
Это вопросы к Кириллу с Мифодием,
Это они алфавит сочинили.
Утром с похмелья, как Первая конная,
Гулом гудит организма система,
Это понятно, к Семёну Будённому,
Также Серёги Есенина тема.
Но не всегда я доволен советами,
Хочется большего, как говорится,
И потому за прямыми ответами,
Думаю к Штирлицу я обратиться.
Хватит мне долгою мукою мучиться,
Есть вариант, разъебать его в сраку,
Коли со Штирлицем, вдруг, не получится,
Я за ответом пойду к Пастернаку.

детский писатель Шнобель: Не, ну чего сразу говно-то, а? Оригинально…

детский писатель Шнобель: что за выроженние, господин детский писатель… Ну сказали бы неудача, провал, дерьмо наконец… но п… а? Обидно понимаешь…(c0

Сирота московская! Я тебя обидеть не хотел. И в уме не было. А пиздюлина-это не твой рассказ, а рубрика, в которой он представлен.
Коли ты мужик- не серчай, а коли дама приятная во всех отношениях-прошу пардона.

детский писатель Шнобель: Чего-то мать строга. Режет без ножа. Хотя… я в прозе мало разумею.

детский писатель Шнобель: Вот жеж сцуки: и слог им тяжеловат, и афтор кривоват. Ну, и как тут творить доброе и вечное, при таком нахуйблять отношении?
С Новым годом Вас всех, камрады!

детский писатель Шнобель: Я не прозаик, я только учусь. Афтора мне искренне жаль. Так щедро проавансировали человека и на тебе… пиздюлина. Но нет худа без добра. Данная пиздюлина может (должна!) сослужить автору хорошую службу. Пиши, афтор, ещё.

детский писатель Шнобель: Мы все боимся-это факт,
И я скажу намного жёстче,
Мы ссым: начальника и тещи,
Жены, милиции, собак.
Вот так живёшь из года в год,
А страх скребёт когтистой лапой,
Чем больше дарят нам свобод,
Тем чаще хочется гестапо.