Последние комменты юзера Барагозина

Барагозина: Фраза «Мы не рабы! Рабы не мы!» - из букваря послевоенного года выпуска. Жил у нас такой на антресолях. Мамина память.

Барагозина: Спасибо,Южный. Тоже несказанно рада видеть в рядах так сказать.
Литпром непобедим.

Барагозина: Вижу тебя часто на проза.ру у Птички. Низкий поклон, что помнишь

Барагозина: Яков неисправим. И неутомим в аллюзиях непролазности жызы.
Респект.

Барагозина: Спасибо, Шева, я знаю.
Рада видеть.

Барагозина: представляю, что не реанимуруйся ЛП, мы могли бы этого никогда не читать..
Штурман гений. Зарубки на сердце.

Барагозина: Что сказать? Сиси рулят.

Барагозина: #9 а тебе зачем?

Барагозина: Павел, а это вот повелительное наклонение с восклицательным знаком - не из ролевых игр разве? Или здесь мы уже не шутим? Умник бл..
Вопрос риторический.

Барагозина: Хорошо, согласна. Спасибо.

Барагозина: #3 да ты извращенец.

Барагозина: о, боги.. в админку стучать бесполезно?
Кузьмич, спасибо, конечно, но это косячный вариант. Снеси плиз.
Выправленный вариант в откровениях. Пусть там и будет.

Барагозина: И не мечтай.

Барагозина: Бог свидетель, я держалась, как могла, всё ты, провокатор

Барагозина: #10 ебануть бы тебе половником промеж глаз, чтоб пися отвалилась

Барагозина: Штурман, я люблю тебя, поэт.

Барагозина: Хм.. Витя несколько опередил, но я попробую всё же
Штурман художник (художника обидеть может каждый(с)). Для него важен символизм. И он отлично его пользует. И это стиш – абсолютно прозрачен в смысловой нагрузке. - Наш Штурман наконец влюбился после катастрофы предыдущих его отношений( Ты - Дар Божий в последний разна развалинах Вавилона.) Все новые встречи – в ночи, на природе (Неоторванный ныне от трав, неотравленный солнцем под тенью,
мой моток поцелуев прав!), где небо предрассветное цвета сирени ложится на женское тело, обнимающее нашего автора, поэтому краем глаза он видит это небесное касание на область ниже подмышек. Будто небо тоже целует объект его желаний, тем самым благословляя. Дама сердца его тоже желает Штурманской любви, прижимается к груди, щекочет полынью ресниц его ребра, поднимает взгляд, но тут же опускает – как будто молниеносно сбежали два тритончика (если честно, не знаю, насколько они прыткие). Потому что она до конца не верит своему счастью ещё (Отчего так сжимаешь колени?). Голубь тут – прототип ноевой голубки, что принесла лавровую ветвь, а Штурманский голубь – уже «осел» меж колесных спиц, что дает большую надежду на прочный союз.
В общем, пусть у автора всё получится. Он заслуживает этого светлого чувства.

Так что, Паша, ты не прав.

Барагозина: ух ты. Нежный Штурман. Отлично

Барагозина: #117. Здесь не осталось людей, чье мнение мне импонирует. Больше того, меня оскорбляют подобные ситуации. Так что забей, Кузьмич, все телодвижения уже излишни. Живите в радость. Всем здоровья головного мозга и тушки, добра и процветания. Да не иссякнет ваша брокколи.

Барагозина: В общем, ханты больше не придут. Жрите сами свою брокколи.