Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Х (cenzored):: - смерть гришки

смерть гришки

Автор: andy cannabis
   [ принято к публикации 12:18  16-06-2006 | Бывалый | Просмотров: 423]
Вечерело. В сизой дымке по-над Доном с покоса возвращались уставшие станичники. Натужно скрипели телеги и остро, до слез в глазах, пахло сеном. Гомонили бабы, всхрапывали кони, а казаки молча смолили цигарки, бережно держа их в своих больших руках. Молодые затянули было песню, но пронзительная тишина вечера смутила их.
В багряном небе над станицей зажглась первая звезда. С реки, вздымая серую пыль, подул прохладный, настойчивый ветер. Захлопал ставнями, зашумел в яблонях. Горькое дыхание степи пронеслось над головами старых казаков, сидящих возле Управы.
-- Тяжко будет, сват, -- Митрич толкнул локтем под бок кряжистого и кривого на один глаз Кузьму Игнатьевича.
-- Га?
-- Говорю, война будет, али мор какой еще. Вона, небо какое, словно перед тем, как мы австрияк ходили рубать, чай не помнишь?
-- Помню, Митрич, глаз там оставил, будь оне неладны.
И снова замолчали... Даже молчать было тяжело. Тоска накатывалась на стариков, глупая и злая, беспричинная тоска.
Со стороны недавно зашедшего солнца ворвался в станицу шум и гам. Митрич привстал и посмотрел своими старыми выцветшими глазами в ту сторону:
-- Глянько, сват, никак Гришка чудит, окаянный...
Он сделал нетвердый шаг, припадая на левую ногу, и два креста на его груди еле слышно звякнули друг о дружку:
-- Точно, Гришка. И что он опять?
-- Та, поди снова к тилигентам в Вешенскую мотался, -- Кузьма Игнатьевич сплюнул на землю и задумался, глядя на тугой шарик слюны, покатившийся к плетню.
-- Коня загонит, чертяка. Охолонись... -- неодобрительно начал было Митрич, но осекся...
Над станицей, холодя душу, раздался вопль Гришки:
-- Лю-юди! Чубайса убили-и-и!! Лю-юди!!!
Он осадил коня прямо перед стариками, посмотрел на них мутными, полными слез глазами и упал замертво с коня, под ноги казакам, успев еще раз прохрипеть, сквозь кровавую пену рта:
-- Чубайса... убили...
И снова мертвая тишина накрыла станицу. Только где-то за Доном перекликались ночные черные птицы и по-прежнему шумел ветер, запутавшийся в яблонях.
Митрич подошел к мертвому Гришке, заскорузлыми пальцами, желтыми от табака, прикрыл его веки и, немного помолчав, буркнул себе в ржаные усы:
-- Герой ты Григорий, хоть и ебанутый. Занесем его, сват, в Управу, что ли?..

Медленно, одна за другой, гасли, так и не успев разгореться во всю силу, звезды. Ночь падала безликим черным вороном на Дон, и никто теперь не знал, что впереди у этой вольной и многострадальной земли...


Теги:





-1


Комментарии


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
...
А во дворе растаял снег.
Манерной поступью Рапунцель
Шел пидор, радуясь весне,
Но был сражен шальною пулей.

Попала в лоб, чуть выше глаз-
В мозгах устроила девичник,
И рухнул наземь пидарас
С лицом томление явившем.

А отблеск оптики шальной,
Сквозь двор по мне промчался мимо,
Поняв, что я пьянён весной -
Адепт любви с баклажкой пива,

Слегка помятый натурал
И демиург без четких целей,
Что здесь сижу еще с утра,
А пиво – это панацея....
...

— Что еще нам
оставалось?
Что еще нам
остается?
В мегафон крик
«Выходите!»
Вот и все их,
дядей, мысли.
Неизвестный
кто-то пишет:
«Мы пытались
дозвониться.
Наберите
сами....
В Парке Культуры, на выжженной солнцем скамейке,
сидит юное чадо, лет восьми, белые банты.
Рядом двое мужчин, на ветке щебечет сбежавшая канарейка,
тут девочка говорит: «Вечер в хату, арестанты!»

Наплыв. Крупный план: Двое мужчин переглянулись,
тревожно забегали глазные белки, точно бешеные белки,
а девочка продолжает отливать вербальные пули:
«Это, в натуре, зашквар голимый не явиться на стрелку,

придётся на счётчик поставить этих терпил, конкретно!...
Когда рождается Химера
Из переменчивости века,
Миры сжимаются в размерах
До одноатомных молекул.

Младенец соткан нитью тонкой,
Замест* лица большие очи,
Кричит пронзительно и звонко,
Взрывая небо на кусочки.

И буйволы пасутся подле,
И пилигримы на коленях,
И из дубрав на черно поле
Выходят гордые олени....