Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Было дело:: - Про Горы, Петровича и X-трим.

Про Горы, Петровича и X-трим.

Автор: Dead Babilon
   [ принято к публикации 23:23  09-01-2007 | orlusha | Просмотров: 818]
Лучше гор могут быть только горы,
На которых еще не бывал.

В.С. Высоцкий.

Ну, вот и закончилась командировка в отдаленный якутский улус – прямо гора с плеч. Мы проехали 500 км по знаменитой Колымской трассе, благополучно форсировали вскрывшуюся наледь на горной речке, не заглохли, не померзли, не улетели в пропасть на перевале по случаю мартовского гололеда, осчастливили денежкой аборигенов (они теперь все лето будут отрезаны от цивилизации, дорог нет - одни направления).
Короче, все счастливы, якуты – потому, что теперь есть на что купить шайтан-вода, а мы – тому, что командировка благополучно окончилась.
Я рад еще и по другой причине, Петрович, водила нашего боевого уазика, бывший охотник-промысловик, излазивший все Оймяконье вдоль и поперек, решил, что этот материковый раздолбай вроде как созрел для таежной охоты, о чем мне примерно в тех же выражениях мне и поведал. Радости не было предела.
Сказано – сделано. Ночевка на трассе, спим в спальниках , ибо морозец по ночам, несмотря на март, под 50 по Цельсию, Полюс холода, хули. Как по команде просыпаемся от холода в 5 часов, греем машину, которая всю ночь молотила на холостых оборотах, пьем чай и вперед, заре на встречу.
Через пару часов добираемся до заветного распадка, Петрович предполагает, что сохатые уже должны спускаться в долину, на что мне, невъебенному охотнику, сказать нечего.
Петрович скептически оглядывает мою экипировку, пуховиком остается доволен, прикалывается над ботинками «Columbia», (пижоны городские, хе-хе, проверенно холодом, бля), выдает мне торбаза и шапку из меха росомахи. Одеваюсь, получаю «Сайгу» и якутский охотничий нож. Вперед и с песней.
Немного о Петровиче и особенностях национальной якутской охоты. Петрович – человек-гора. 2 метра ростом, потомок заключенных сталинских лагерей. Для своего полтинника предельно бодр и буквально пышет сибирским здоровьем. Мосинская снайперка в его руках выглядит как кавалерийский карабин. Почему снайперка - а вот это и есть особенность охоты в горах. Мы должны подняться на вершину, найти в долине сохатого, и с горушки его родимого подстрелить. Вот так, все просто. Для Петровича.
Подходим к подножию, поднимаю голову вверх. Склон градусов 70, вершины не видно, мама дорогая, роди меня обратно. Старый траппер подбадривает: «Не ссы, Ромик», - но, увидев мои трепыхания, уже откуда то сверху кричит, чтоб шел след в след, ибо он приехал охотиться, а не нянчиться с городскими ебланами. Гордость берет верх над растерянностью и страхом. Как же - мы же выжили в городских джунглях в 90-е, нам любое море по это самое и горы вроде практически по плечу … Бля, проваливаюсь, на мое счастье, в не очень глубокую расщелину, надеваю найденный в мокром снегу национальный якутский обУвь – миссия выполнима, продолжаю подъем.
Где-то на высоте 800 метров начинаю понимать, что до вершины еще примерно столько же, а мои энерджайзеры уже начинают садиться. Все детали экипировки, как в армейке во время марш-броска, начинают мешать, особенно гордость мужчины – «Сайга», ее родную уже хочется закопать на радость археологов будущего. Нож на поясе постоянно сползает куда-то по направлению к другой мужской гордости и вот-вот грозит эту самую гордость проколоть, а то и отрезать. Веселуха полная, сил уже нет и тут открывается второе дыхание. По спорту помню, что завтра будут болеть все мышцы, но сегодня я радуюсь как ребенок, ведь это мое первое восхождение и я, кажется, смогу дойти до вершины. О том, как буду спускаться, думать просто не хочется. Спускаться это позже, потом, а сейчас вперед к вершине. О Петровиче мне напоминают лишь следы торбазов 40-последнего (биг фут, прям, едреныть) размера, по которым я следую к первому покоренному пику, про охоту я практически уже не вспоминаю и всецело отдаюсь радостям скалолазания, гы-гы. Наконец-то вот она, вершина покоренной Джомолунгмы, останавливаюсь, поворачиваюсь, смотрю вперед, и застываю от восторга и безумного выброса эндорфинов.
Рерих отдыхает. Хребет Черского на многие километры сверкает сиянием снежных вершин, полное отсутствие цивилизации в радиусе 500 километров, девственная природа Якутии во всей суровой красоте. И еще одно странное чувство наполняет сознание – ты бут-то бы дух горы, и этот затерянный мир твой, он принадлежит тебе, ведь ты покорил свою лень и никчемность выкормыша зловонных городов, ты покорил себя, и он сегодня принадлежит тебе по праву.
Где-то очень далеко и непонятно с какой стороны слышу выстрел. Удачной охоты, тебе, Петрович. Твой напарник-неумеха не сможет тебе помочь сегодня, уверен, ты знал об этом наперед, но знал бы ты старина, как я благодарен тебе за это знакомство с затерянным миром.
Однако надо спускаться – одежда на мне хоть выжимай, в торбазах хлюпает водичка, скоро вечер и Петрович давно машет из распадка, что пора ехать домой. Он уже оприходовал лосика и ждет, когда я найду подходящий для спуска склон, куда то показывает знаками, пытается докричаться объяснить маршрут спуска, но ветер уносит его крики. Иду в сторону его отмашки. Петрович, я конечно типа скалолаз, но не горный баран-чубуку, как я тут на хрен спущусь – отвес вертикальный, мля, ты что ли смерти моей хочешь, следопыт хренов. Начинаю осторожно спускаться, держусь за мелкие лиственницы, которые постоянно выдергиваются и обламываются, при сильном ускорении торможу об скальную породу и где-то через час спускаюсь.
Сил просто нет. А Петрович явно угарает – до машины еще с полкилометра, а идти я просто не могу, ноги деревянные, все мышцы забиты – шага ступить не возможно. Сажусь в сугроб, достаю сигарету. Закуриваю, кайф неописуемый. Слышу звук мотора уазика – Петрович все понял и спешит на помощь погибающему альпинисту. Хелп, Петрович – я теперь знаю что такое выжатый лимон.
Всю обратную дорогу я неуклюже пытался что-то говорить о красоте Якутских гор, пел дифирамбы Петровичу, пытался объяснить свои ощущения – Петрович лишь немногословно хмыкал, и видимо думал про себя – несчастные люди, дикари асфальтовых джунглей, лишенные самого главного - нерукотворной красоты природы и давно поменявшие честную охоту на войну и бизнес.


Теги:





-1


Комментарии

#0 09:08  27-01-2007old punker    
автор-пиши исчо

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
15:53  17-08-2017
: [3] [Было дело]
Столкнулись в магазине. Не узнал её. Сильно изменилась, и только взгляд прежний. До пределов вкрадчивый. Льющий холодный свет глубоко в душу. Как-то даже обыденно всё вышло. Здравствуй! Привет! Как дела? - А разве могло быть по-другому?
Прошло много времени, но вот коснулся её ладони и дрожь по телу - как тогда, в первый раз....
В диадеме эмблемою лира.
Взгляд скользит, задержавшись на мне.
Ты ж была прошмандовкою, Ира.
Ты сосала хуи при луне.

За сараем в том дворике старом,
Где росла вековая ветла,
Как любая рублевая шмара,
Ты с проглотом по яйца брала....
11:48  13-08-2017
: [20] [Было дело]
Николай с сыном ходили по поселку в поисках работы. Не брезговали ни чем. Кому яму под туалет выроют да кирпичом обложат, кому огород вскопают, не суть важно. Главное, что пили всегда на свои. Когда пьют работяги, лодыри должны стоять в сторонке и ни пиздеть....
16:02  10-08-2017
: [8] [Было дело]
При ходьбе бубенчики позвякивали. Это было очень неприятно, но ничего с ними поделать не получалось. Прохожие возмущённо оборачивались, бросали недобрые взгляды, а некоторые даже норовили припугнуть, или прогнать. Хотя что он им сделал плохого? Ровным счётом ничего, кроме одного: он был....
17:22  08-08-2017
: [6] [Было дело]
Сеня с глупым видом. На берегу. В окружении берёз. В руках та часть удочки, на которую точно ничего не поймаешь. Просто толстая бамбуковая палка. Всё остальное в воду улетело. Кануло. Качается на волнах. В солнечных бликах.

И дядя Миша тут как тут....