Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - Медвежий угол

Медвежий угол

Автор: Наум Н.
   [ принято к публикации 00:02  23-01-2007 | Cфинкс | Просмотров: 257]
Матушка моя уже мною брюхатая была, а всё на немецкую мануфактуру ходила. Бросить не могла, поскольку к оной приписанная была. Работой непосильной занималась по четырнадцать часов в суточки… Меня лишь пару недель до сроку не доносив, на свет родила, да преставилась, сердешная, силы свои последние мне передав. Отец тогда от горя совсем одичал — всё по лесу шатался, с ножом да рогатиной на медведя ходил. Бывало, уйдёт на неделю, чтоб потом с тушей убитого косолапого домой воротиться. Сидит шкуру выделывает, под нос себе ворчит…

Старая бабка меня выкармливала. Молоком козьим поила. Помню, зубы у меня долго вылезать не хотели. Годов до шести. Уж от молока отошёл. А бабка кусок варёной медвежатины разжуёт, да в рот мне положит. А потом, говорит, что сама, мол, беззубая уже стала, и для двоих жевать не по силам ей более. А мне всё больше и больше хотелось… Заколола чёрного петуха и гребешком кровавым мне по дёснам водила. То-то зубки и начали выскакивать, дружно, один за другим — ровные, как на подбор. И не детские зубки уже, а коренные, острые. Тут я мясцо ими рвать и принялся. Натешиться не мог. Мы тогда медвежатину эту варить вовсе и перестали. Так ели. В сыромятку. В избе запах от убоинки дикой висел, кислый, тяжёлый. Отец — тот совсем уж говорить с нами отказывался, лицо всё бурой щетиной заросло — самого от медведя едва отличишь. Когда дома был, ходил тяжело ссутулившись, по ночам ревел. А однажды и молвит нам с бабкой: тошно, мол, ему среди нас, людей, тошно самому в облике человечьем оставаться — зашейте, мол, меня в шкуру медвежью, да в лес на все четыре стороны пустите. Как только исполнили мы просьбу его, он на все четыре ноги припал, как будто-то всю жизнь так и ходил, и в лес. Даже назад, на нас не оглянулся, не посмотрел ни разу…

Я между тем в посёлок на немецкую мануфактуру работать пошёл. Двигал чаны со смолой, вагонетки толкал, там, где с лошадьми не могли управиться. Силу в себе великую обнаружил, даром, что ещё малолеткой оставался. Сам Конрад Карлович приходил мной удивляться. Крутил тонкий ус, говорил: «феномен».
Бабка моя померла, перед смертью кривыми пальцами меня всё за рукав дёргала, уйти с мануфактуры просила: мол, дочь её супостаты сгубили и внучка не пощадят. Тут мне и самому жизнь такая приелась, хоть и годов ещё мало, да натаскался вволю ужо. Вот и бабка таки не отпускала… Хоть и давно уж на том свете быть должна. Бывало ночью напиться встану, к бадейке подойду. А она — нет-нет, да за рукав дёрнет… Знамо, чего хочет…

Вот случай свёл, познакомился я с одним цирковым артистом. Да поехал с ними, не долго думая. По городкам, по ярманкам. Водил медведей на цепи, с мужиками боролся. Весело! Медведей своих я любил, и они во мне силу чуяли, как бы за своего принимали, вроде старшого я у них был. Тут новость страшная по нашему краю прошла. Объявился, мол, в наших лесах лютый медведь-людоед. Не то, что бабам по ягоды, по дорогам пройтись страшно — скотинкой брезгует, к человечинке пристрастился. Ни рогатина, ни ружьё огневое его не берут. По околицам шастает, весь люд по домам сидит. На мануфактуру в посёлок ходить уже никого ни по доброй и ни по недоброй воле не заманишь. Опять таки ни дров из леса не завезёшь, ни товар не вывезешь. У немцев простой, убытки великие терпят. Выписали они, значит, из Баварии охотника своего знаменитого. Шляпа у него лихая с пером, ружьё дорогое, заветное со стволом узорчатым. Сам гордый такой ходил, бахвалился, что в Баварском Лесу всех медведей подчистую извёл. Еле ноги потом унёс, говорил, ежель лошадь запряжённая по близости не стояла, задрал бы и его. Не медведь это, а сам диавол в шкуре, что Бог в наказание на наши головы грешные послал.

Тут ко мне товарищ мой, цирковой артист то и подходит, говорит, твой, мол, черёд наступил, коль власть над медведями великую имеешь, то и этого осилишь. Я — по началу в отказку. Я ж косолапого и ударить то не могу — жалко. Не приходилось мне ещё души губить, ни лесные, ни человеческие. А он мне: немцы за шкуру его три тыщи целковых обещают, деньги великие! Зверюшек диковинных в Нижнем понакупим, а там и до Москвы недалеко! Такую гастроль закатим. Мишкам нашим кафтаны цветные сошьём — детвора со смеху кататься будет.

В общем, дал я своё согласие, хоть и с сердцем тяжёлым. Выбрал рогатину посуковатее, в лес пошёл. Ноги то меня сами и несут, куда требуется. Вышел я на светлую полянку, там тятька мой на пне сидит. Сам в человечьем обличие, молодой такой, каковым я его прежде и не знал вовсе. Глаза только печальные, смотри на меня, головой качает.
Пошто, говорю тятенька, души христианские губишь?
А он мне: тошно мне, сынок, тошно в человеческом обличье было — всё лесные души губил, а в медведя оборочусь — человечьи на дух переносить не могу. И рад бы в землю уйти, да не принимает она меня. Только ты меня освободить в силах, от твоей руки успокоиться желаю!
Тут слёзы на меня накатили, захотел я отца обнять, к груди своей прижать, а он вдруг возьми, да через пенёк перекинься. В миг лютым зверем стал, и давай меня ломать, уж когти в рёбра мне впустил… Извернулся я, схватил рогатину и ну его давить… Захрипел он жалостливо так, а я сам давлю, не отпускаю, а слёзы из глаз ручьём льются. Глядь — вновь мой тятька лежит, мёртвый уже. Старый вдруг стал. Борода седая, мягкая, как пух.

Обнял я его тело бездыханное. Целую вечность так с ним сидел и рыдал. Рыдал сам того не замечания, как рыдания мои в рёв звериный переходят… Потом, думаю, похороню его рядом с матушкой, чтоб никто не узнал, над могилкой его не надругался. Подхожу к селу, а кобели на меня лают истошно, бабы меня увидали, побросали всё, да с визгом разбегаются. Глянул я тут на отца своего мётрового — лежит старец у меня на груди спокойненько, только не руки его человечьи держат, а лапы звериные страшные…

Весь день покоя себе не находил. Ревел, на жизнь жалуясь, берёзы ломал, сам себя на суку удавить хотел — не вышло. А ночью таки похоронил тятеньку, да на мануфактуру пошёл. Чаны опрокидывал, смола до углей печных дотекла, да полыхнуло всё пламенем адским. Я ж успокоиться не могу — хожу меж языков огненных, стены крушу. Конрад Карлович в шлафроке своём выскочил, гневно усиками своими тонкими шевелил, да из левольверта в меня пулял. Мне ж хоть бы что. Схватил я его прям за лицо ненавистное, да кожу содрал, легко так, как пенку с молока…

С тех пор тихо у нас. Годов много минуло. Я в лесу живу, иногда в посёлок наведываюсь, но не лютую. Люди наши признали меня, хлеб, мясо на могилку моих родителей носят. И я тоже свой народ как бы оберегаю. Только не приведи случай, тебе чужаку на дорогах объявиться, обязательно заломаю, поскольку на дух тебя не переношу. Бедой от тебя пахнет…


Теги:





-1


Комментарии

#0 06:47  23-01-2007uri    
про медведя сташного читалось, а конца другова ждал, какова не знаю.

хороший рассказ. приятно с утра очень.

#1 07:03  23-01-2007Психапатриев    
Ба, да этот тот веселый товарищь што мудаком меня нарекал. Так я и не понял, с какова такова хуя? А, блядь!?

Рассказ кстати, хорошый. Стилюга, автор - мощщь.

#2 09:17  23-01-2007r777    
сильно. сюжет предсказуем, но написано замечательно.
#3 09:53  23-01-2007Дядюшка Аремахус.    
Прекрасный рассказ.

Медведи всеядны.Стилизация очень к месту.

#4 10:28  23-01-2007МешокНоктей    
Пошто, сказки раньше не сказывал?

Коль,ещо знаеш, то пиши.

#5 10:38  23-01-2007Кысь    
Креос расценил как стёб над стилизациями. Хотя - стилизация добротная. Скорее трэш, нежели литература.
#6 12:07  23-01-2007Файк    
Ишшо как медведи едят мясо.

Концовка хорошааа...

#7 12:16  23-01-2007ГССРИМ (кремирован)    
Замечательный текст.

Автор продолжает радовать. Такой очень русский текст. Им очень хорошо пугать западных обывателей.

#8 13:03  23-01-2007Наум Н.    
фсем спасиб за отзывы


так оно в принципе и есть - тэкзд есть по замыслу лубочная стилизация, однако и немного страшным сделать пыталсо, чтоп смишно было


Психапатриев, а когда я тебя мудаком называл? Не припомню чего-то... Не со зла ж, наверно

#9 13:09  23-01-2007Француский самагонщик    
Ух, как здОрово! А стилизация-то - со смыслом...
#10 13:12  23-01-2007Психапатриев    
Наум, да я ж тоже не со зла. Плюнь. Хорошо, что пришел на Литпром.
#11 13:24  23-01-2007Глеб Пелоткин    
Хорошо то как написано. Сразу вспомнились деревенские рассказы про медведя-шатуна.
#12 20:18  23-01-2007bitalik    
Хороший россказ.
#13 21:47  23-01-2007swriter    
Хорошоя весч,стильная
#14 21:59  23-01-2007Щикотиллло    
Когда это кто Психапатриева мудаком называл? Мудаком - Психапатриева? Психапатриева - мудаком? Он разве мудак - Психапатриев? Никакой он не мудак, сихапатриев. Какой же он мудак - Психапатриев? Ну какой же он мудак...


ЗЫ. Росказ сильный и по форме совершенен

#15 22:09  23-01-2007Голоdная kома    
Смешные вы)

Автору -спасибо.

#16 10:23  24-01-2007Немец    
Наум! Ну ты в курсе :)
#17 17:39  24-01-2007Fedott    
Хорошо!

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
18:44  27-11-2016
: [12] [Литература]
Многое повидал на своем веку Иван Ильич, - и хорошего повидал, и плохого. Больше, конечно, плохого, чем хорошего. Хотя это как поглядеть, всё зависит от точки зрения, смотря по тому, с какого боку зайти. Одни и те же события или периоды жизни представлялись ему то хорошими, то плохими....
14:26  17-11-2016
: [37] [Литература]
Под Спасом пречистым крестом осеню я чело,
Да мимо палат и лабазов пойду на позорище
(В “театр” по-заморски, да слово погано зело),
А там - православных бояр оку милое сборище.

Они в ферезеях, на брюхе распахнутых вширь,
Сафьян на сапожках украшен шитьем да каменьями....
21:39  25-10-2016
: [22] [Литература]
Сначала папа сказал, что места в машине больше нет, и он убьет любого, кто хотя бы ещё раз пошло позарится на его автомобиль представительского класса, как на банальный грузовик. Но мама ответила, что ей начхать с высокой каланчи – и на грузовик, и на автомобиль представительского класса вместе с папиными угрозами, да и на самого папу тоже....
11:16  25-10-2016
: [71] [Литература]
Вечером в начале лета, когда солнце еще стоит высоко, Аксинья Климова, совсем недавно покинувшая Промежутье, сидя в лодке молчаливого почтаря, направлялась к месту своей новой службы. Настроение у нее необычайно праздничное, как бывало в детстве, когда она в конце особенно счастливой субботы возвращалась домой из школы или с далекой прогулки, выполнив какое-либо поручение....
15:09  01-09-2016
: [27] [Литература]
Красноармеец Петр Михайлов заснул на посту. Ночью белые перебили его товарищей, а Михайлова не добудились. Майор Забродский сказал:
- Нет, господа, спящего рубить – распоследнее дело. Не по-христиански это.
Поручик Матиас такого юмора не понимал....