Что снится рыбам

Автор: Рассказчик Ивану Семеновичу приснилось, что он превратился в акулу. Не в смысле акулы капиталистического мира, а в ту самую страшную рыбу-убийцу с хвостом полумесяцем и острой наглой мордой. Поначалу эта метаморфоза его здорово расстроила, поскольку новое обличие едва ли могло вызвать одобрение домашних. Сказать больше: теща и в привычном старом виде не больно его жаловала. Но потом, взвесив все новоприобретенные преимущества, Иван Семенович приободрился. Он почувствовал даже некий душевный подъем. Впервые за многие годы ему захотелось запеть или хотя бы эдак лихо просвистеть несколько тактов любимой с детства песенки «Сегодня мы не на параде, а к коммунизму на пути».
Естественно, из этого ничего не вышло. Вместо лихого свиста из пасти Ивана Семеновича вырвалась длинная цепочка пузырьков. Но он совсем не огорчился: свистеть он и раньше не умел. Зато, проплывая мимо валявшейся на дне консервной банки, он с уважением посмотрел на то, что отразилось в ней. Отражение впечатляло. Более того, внушало страх.
- Первым делом сожру Кирикова из планового, - подумал он. - Уже два месяца сотню не отдает. Амалию Гавриловну из бухгалтерии тоже съем. Вишь ты, отчет авансовый ей не понравился. А без рук и ног тебе ходить понравится? А урода-начальника просто на клочки разорву. Будет знать, как мое повышение задерживать. «Вы, Кузин, не способны усвоить мои указания». Это мы еще посмотрим, кто кого быстрее усвоит и переварит.
Взмахнув хвостом, Иван Семенович устремился к конторе. Она больше всего напоминала океанический аквариум, который недавно показывали в передаче «В мире безмолвия». По всем направлениям спешили разнообразные рыбки - обитатели управлений, отделов и секторов. Колыша длинными прозрачными юбками, важно проплывали медузы – секретарши многочисленных заместителей директора. Стремительно скользили угри-порученцы. Как всегда дрыхли молюски – работники архива. Не спеша, ползали по коридорам улитки-уборщицы.
Особенно многорыбно было в буфете. Иван Семенович не стал, как обычно, пристраиваться в конец очереди, а, раздвигая всякую мелочь, сразу полез к прилавку. Ему хотелось не то чтобы поскандалить, а скорее заявить о себе в новом качестве.
- Ну, ты, козел, плавники-то особо не распускай, - неожиданно пробулькал прямо ему в морду какой-то дрянной окушок. – Живо пообрываю. Ишь взял манеру! Если перед ним всего лишь окунь, то его можно и за человека не считать! С каких доходов так отъелся? Ответь народу!
Окунь так напирал на Ивана Семеновича, что тот от растерянности совершенно забыл, что он теперь акула. И вместо того, чтобы жамкнуть наглеца, Иван Семенович совсем не по акульи, а, пожалуй, на манер краба – бочком выкатился за дверь.
Но лучше бы он остался позориться дальше в буфете, потому что в коридоре сразу же столкнулся с огромной плоской камбалой – старшим бухгалтером Амалией Гавриловной.
- Кузин! – Амалия Гавриловна притиснула его к стене. – Я вижу, вы приоделись. На это у вас, похоже, время есть. А отчет подготовить вам, видно, некогда. Придется мне попросить вашего начальника отменить вам отпуск. Или перенести его на декабрь, - мстительно добавила камбала.
Иван Семенович в ответ только хлопал жабрами. Амалия Гавриловна грубо оттолкнула его и, низко стелясь над полом, поплыла в родную бухгалтерию.
- Что же это делается? – возмутился Иван Семенович. – Почему меня никто не боится? Нет, так дело не пойдет. Надо кого-то съесть. Иначе последний авторитет потеряешь. Пойду, укушу начальника. Если он, конечно, не очень большой.
Начальник в новой рыбной ипостаси, к счастью, оказался совсем не большим, а даже маленьким и тщедушным голавлем. Едва шевеля плавниками, он висел над письменным столом.
- Явились, Кузин, - встретил он Ивана Семеновича. – Что-то долго у вас обед длится.
- А я вас, Петр Ильич, сейчас укушу, - пьянея от собственной безрассудности, пискнул Иван Семенович.
- Ну-ну, попробуйте. Это даже интересно будет, - лениво отреагировал начальник и открыл пасть. Точнее сначала он лишь слегка ее приоткрыл, но потом очевидно увлекся и решил продемонстрировать подчиненному все свои хищнические возможности.
Вот пасть стала больше тела Петра Ильича. А еще через секунду достигла таких размеров, что в ней свободно уместились бы и Иван Семенович, и все его коллеги.
- Спасите, - закричал Иван Семенович и проснулся. – Надо же, и во сне ничего у меня не складывается. Даже акула из меня не получилась. А может быть, и не акулой я был.
Иван Семенович взял с полки справочник «Жизнь животных» и нашел в нем раздел, посвященный этому надотряду.
- Да, вот же я, - обрадовался он, обнаружив фотографию огромной рыбины. – Ну, просто моя копия.
Затем нацепил очки и прочитал подпись под снимком: «Китовая акула достигает в длину 15 метров. Совершенно безвредна, поскольку питается исключительно мелкими рачками».