Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Пустите даму!:: - Моя богиня...

Моя богиня...

Автор: Hazel
   [ принято к публикации 21:46  31-01-2007 | Сантехник Фаллопий | Просмотров: 445]
Моя богиня…

Кто любовь потерял
Превращается в лед…
Кто ее отыскал
Никогда не умрет…

Глава 1.
Пик, пик, пик… Привыкшие руки все делают на автомате. Большой супермаркет. За одной из многочисленных касс сидит совсем молоденькая девушка, почти девочка, с темно каштановыми волосами, которые под лампой отливают чистым золотом и чудесными фиалковыми глазами. Жаль, что она так редко поднимает эти глаза на покупателей. К кассе подходит очередной покупатель:
- У вас есть клубная карта? – человек протягивает маленькую карточку и снова: пик, пик, пик, - с вас Триста Пятьдесят два рубля, пятьдесят копеек, человек, стоящий перед ней молча протягивает девушке деньги, забирает чек и сдачу и отправляется дальше, по своим делам. Но девушку это не интересует. Она мечтает чтобы рабочий день скорее закончился, чтобы можно было снять эту осточертевшую униформу с табличкой «Гелла Семенова. Кассир». Да, имя у девушки странное, не Галя, а именно Гелла. Но покупателей это не волнует, их волнуют только их деньги и товары, которые они на эти деньги купили. Вдруг девушка поднимает глаза от крошечного мониторчика: перед ней стоит какой-то парень, лет двадцати пяти. Довольно симпатичный, с темными волосами и голубыми глазами… Вот глаза как раз и заслуживают особого внимания, девушка тряхнула головой, желая убедится не привиделось ли ей, но нет, в этих глазах были очень странные зрачки – будто бы их вообще не было, а была лишь бездна… Но Гелла больше не обратила на него своего внимания, она так же на автомате пробила банку Колы и пакет чипсов, отдала чек и сдачу. Хотя она немного удивилась его выбору: обычно люди в его возрасте предпочитают что-нибудь покрепче Колы, но это не ее дело, тем более, что перед ней уже стоит новый покупатель.
Темный осенний вечер. Гелла торопливо идет домой, видно, что ее что-то беспокоит. Она постоянно оглядывается, и даже каблучки постукиваю как-то нервно. А хотя какой девушке было бы комфортно идти по грязной улице без фонарей, да еще и по темноте? Вот и Гелла не была исключением. Вдруг рядом возникли три тени:
- Куда спешишь, красавица?
- Не ваше дело!
- Ну почему же, очень даже наше!
- И вообще, разве можно так грубо разговаривать с незнакомыми людьми? – вместо ответа Гелла наступила на ногу ближайшему уроду и побежала. Но далеко уйти ей не удалось. Ее прижали к стенке, двое держали, а третий торопливо расстегивал пуговицы пальто, бормоча что-то отвратительно-ласковое, о непослушных девочках. Она хотела закричать, но ей предусмотрительно зажали рот. Все, что оставалось Гелле это придушенно мычать и дико вращать глазами, а тем временем с нее уже пытались стянуть узкие джинсы…
- А я бы не советовал вам этого делать… - ровный голос раздался из темноты, и человек, до этого стягивающий с нее джинсы, видимо главарь, защурился туда, но не смог никого увидеть.
- Держите девчонку, без меня не начинайте, - и он шагнул на встречу голосу. Вдруг раздался удар, глухой вскрик и главарь вылетел к их ногам.
- Я же говорю, что вам не стоит ее трогать… - снова повторил неизвестный. В это время Геллу держал только один, а его напарник пошел посмотреть, что с главным. Когда он увидел его лицо, то раздался глухой визгливый вскрик и он заорал:
- Линяем! – после чего сразу побежал. Тот, что держал девушку решил не связываться в одиночку с неведомым защитником и последовал примеру друга.
- С тобой все в порядке?
Отвернувшаяся Гелла с всхлипами пыталась застегнуть джинсы, но ее руки тряслись. Кое-как справившись с непокорной пуговицей она повернулась. Перед ней стоял тот парень из супермаркета:
- Не бойся, давай я провожу тебя…
Глава 2.
Город тонул в вечерних сумерках, ставший романтичным и загадочным в свете неярких отливающих золотом фонарей. Они шли по темной улице в сторону того места где находился Геллин дом. При мысли о возвращении туда, Гелла тихонько вздохнула. У нее вообще с трудом поворачивался язык назвать это место домом, потому что как только она приходила туда она чувствовала себя униженной, раздавленной и... вообще чувствовала себя рабыней надменной мамаши и брата наркомана, которые по причине слабого здоровья не могли идти работать.
Но ей совсем не хотелось даже мысленно возвращаться туда - ей было хорошо в реальности, на этой темной и романтичной улице рядом с ее случайным спасителем, или может даже не случайным...?!
- Знаете, - пожаловалась она с тенью улыбки на разрумянившемся с мороза лице, - я наверное одна такая везучая. Просто невероятно, ведь именно мне достаются сварливая мамаша и брат наркоман, и именно меня пытаются изнасиловать на улице по которой я хожу всю свою жизнь...
- Наверное это не очень приятно, когда вот так, если день не удался…
- День? Да нет, не удалась моя жизнь.
- А сколько тебе лет?
- Тебе? А мы уже на ты?
- Вот это и узнаем, когда ты скажешь, сколько тебе лет.
- Двадцать.
- Тогда есть смысл обращаться на вы? – насмешливо спросил он, а Гелла старалась не замечать, что они уже в третий раз проходят мимо ее дома. Ей совершенно не хотелось идти туда, тем более, что в окнах горел свет и слышались переругивания.
- А давайте пойдем куда-нибудь?
- А куда?
- Не важно, в парк например.
- А ты не боишься? Вдруг я тоже хочу тебя изнасиловать?
- А тогда зачем тебе надо было меня спасать?
- Может я не люблю делиться?
- А почему тогда до сих пор не начал?
- Уже начал, - он резко прижал ее к стенке, на миг в ее глазах мелькнул ужас, но потом Гелла успокоилась, увидев его смех.
- Глупая шутка!
- Гы-гы-гы… видела бы ты свое лицо!
- И вообще совсем не смешно, - еле сдерживая смех произнесла Гелла, но потом сама рассмеялась легко и весело. Ей действительно было весело, а это случалось так редко…
По темной дороге они двинулись в парк. Интересно, вот зачем я иду ночью в парк с абсолютно незнакомым человеком? Но нет, Гелла, ты прекрасно знаешь ответ – дома тебе будет еще хуже. И кто знает, может ты пошла бы с ним даже если он действительно оказался бы насильником.
- А как тебя зовут?
- Гелла.
- Хммм…
- Обычно мне говорят «какое странное имя!»
- Ну это обычно, а я такого не скажу.
- А почему?
- Мне тоже повезло с именем.
- А как вас зовут?
- Слушай, давай на ты?
- Ладно, но вы… ты не ответил на мой вопрос.
- Меня зовут Азраил. Видишь, не только тебе повезло с именем.
- Да… Это так странно…
- Ты о чем?
- Я иду ночью в парк, с человеком, которого вижу впервые в жизни, и …
- И?
- И мне абсолютно спокойно. Я совсем не хочу домой… - на конце этой фразы у нее подозрительно заблестели глаза.
- Но почему?
- Потому что я везучая. Вот я приду и что я там увижу? Я увижу мать, которая орет на брата, а он принял дозу и полностью ее игнорирует. Или еще хуже, он примет дозу из-за скандала, который она устроила, а виновата буду я. А если, не дай бог, он уйдет куда-то, то сто процентов буду виновата я, и получу по лицу. Или буду лежать всю ночь у себя и боятся, мало ли, что взбредет в его голову. И так день за днем… уже два года…
- А почему ты не уедешь?
- Куда?
- Куда-нибудь.
- Что бы уехать нужны деньги, а я их не вижу. И потом я не могу их бросить…
Потом они шли молча. Гелла тихо радовалась, вдыхая свежий ночной воздух, она оглядывалась по сторонам стараясь запомнить полу-призрачные в сумерках парка деревья.
- Знаете… знаешь, - тут же исправилась она глядя в его строгие глаза – я наверное пойду, а то уже половина двенадцатого, а мне завтра на работу.
- Ладно, давай я провожу тебя.
- Где-то я уже это слышала.
- Ну не я предложил пойти в парк, когда надоело нарезать круги вокруг твоего дома, - при этих его словах Гелла покраснела. Она надеялась, что Азраил этого не заметит. Потом показался знакомый подъезд.
- Ну, я пойду…
- Постой, - Гелла удивленно обернулась – может еще сходим куда-нибудь?
- А куда?
- На твой выбор.
- Мне не важно…
- Тогда просто пойдем куда глаза глядят. Выбирай место встречи, которое изменить нельзя.
- Нельзя даже в крайнем случае?
- Нет, в крайнем можно. Так где?
- Давай у супермаркета, завтра в шесть?
- Идет, - Азраил ушел, а Гелла еще пару минут стояла у подъезда, глядя ему в след. Потом она сделала обреченный шаг в темноту прохода.
Глава 3.
Так… вроде тихо. Гелла немного успокоилась и открыла дверь, она надеялась, что они уже спят. Но увы ее надеждам не суждено было сбыться, как только она зашла в квартиру:
- Где ты шлялась пол ночи, сучка? – Гелле словно дали пощечину. Ну почему такой хороший вечер не мог хорошо закончится? Потому, что тебе везет, Гелла, тебе везет и ты это прекрасно знаешь. Как только тебе становится хоть чуть-чуть хорошо, так все сразу портится. Может ты проклята? Что ж в этом сумасшедшем мире возможно все – Я тебя спросила, или ты не слышишь?
- Не твое дело… - буркнула девушка, стараясь как можно быстрее прошмыгнуть в свою комнату.
- Как ты со мной разговариваешь? Я – твоя мать!
- Ты моя мать, только потому, что тебе запретили делать аборт. Это было опасно для твоей жизни!
- Ах ты маленькая дрянь! – она ударила Геллу по щеке. Девушка согнулась, держась за покрасневшую скулу – небось трахалась полночи с кем-нибудь в ближайшей подворотне, и потом заявилась! А ну вали с глаз моих!
- С удовольствием! – крикнула Гелла, и заперлась у себя. Там она подошла к зеркалу, стараясь в полумраке комнаты оценить силу нанесенной пощечины. Не может же она завтра пойти на свидание с синяком во всю щеку. Но все обошлось, след уже почти пропал. И уставшая Гелла бухнулась спать.
Но спокойно выспаться ей не дали. Не прошло и двух часов как на ее дверь обрушились удары тяжелых кулаков. Гелла тихо чертыхнулась и пошла открывать. На пороге стоял Кеша, не бритый и всклокоченный. В его затуманенных глазах отражались муки ломки.
- Гелла, дай денег… - гнусаво начал он, опираясь на косяк.
- А что мамаша не дает?
- Старая сука спит, и не хочет открывать, я не могу до нее достучаться, - как-то невпопад ответил он.
- А зачем тебе деньги? – в ответ он взял ее за плечи и встряхнул:
- Дай ДЕНЕГ!
- Хорошо, хорошо… Сколько?
- Три косых – его голос превратился в хрип
- Вот, держи, но если что, то я тебе ничего не давала?
- Хорошо, старая сука ничего не узнает.
Кеша ушел, а Гелла снова легла на кровать, чувствуя себя последней дрянью. Она дала деньги больному брату, прекрасно понимая, что он пойдет и купит себе очередную дозу. Но что она могла? Он ведь просто убил бы ее, если бы она отказалась. «Почему? Почему это все именно со мной? Что такого я сделала, что сейчас так расплачиваюсь?» думала Гелла, лежа на кровати. Из глаз потекли слезы, оставляя на щеках серебренные в свете луны, заливающей сквозь неплотно закрытые занавески, дорожки. Единственным светлым пятном был Азраил, так внезапно появившийся в ее жизни. Она и не надеялась, что у них может получиться что-то серьезное, но это помогало хоть чуть-чуть развеяться, отвлечься от так плотно окруживших ее проблем. С этими мыслями она уснула…
На утро беспощадный будильник разбудил ее в семь часов. Он орал как ненормальный, не оставляя ей ни малейшего шанса спать дальше. Когда Гелла встала он замолк с чувством честно исполненного долга. Через пятнадцать минут в комнату вернулась умывшаяся, посвежевшая Гелла. Она любила утро, потому, что ее родные еще спали и некому было испортить ее настроение. Она в задумчивости распахнула старый шкаф. Дверцы предупреждающе скрипнули, но она не обратила на это внимания, разглядывая вещи. Что ж выбор был невелик, все содержимое шкафа являло собой одни поношенные джинсы, в которых она была вчера, плиссированную юбку чуть выше колен в серо-коричневую клетку, два платья: одно длинное и черное, другое светло-голубое, но короткое. И три кофты. После недолгих раздумий она выбрала теплую вязаную кофту белого цвета с какими-то непонятными розовыми снежинками и юбку. Потом собрала волосы в низкий хвост, зачесав челку на бок, накрасилась и вышла из комнаты. Тихо пройдя в прихожую она натянула сапоги, одела пальто и взяв сумку еще раз посмотрела в старое зеркало. Вполне довольная собой Гелла выбежала из квартиры. А ключи так и остались одиноко лежать на тумбе…
Глава 4.
И снова супермаркет, касса и привычная форма. Только одно сейчас было не таким как всегда: ей еще никогда так сильно не хотелось дождаться вечера. Она как обычно пробивала покупки, считала деньги и выполняла свою работу, старясь не прислушиваться к сплетням товарок. Но у нее это плохо получалось и обрывки их разговора долетали до нее:
- А куда… так вырядилась?
- Понятия…поди и спроси…
- Тебе… ты и спрашивай…
- Так давай потом…
- Давай… - потом в разговор вмешался третий голос, это была баба Нюра, упаковщица:
- Ишь разорались, сороки! Оставьте девочку в покое, неча свои носы во все совать.
- Да ладно вам, баба Нюра, если им так интересно, то я иду на свидание.
- Эх, добрая ты все-таки Гелька, но наивная уж очень… - проворчала старушка – поосторожней все-таки быть надо…
- А зачем? – тут же захихикала одна из «сорок» - может ей повезет и она наконец лишится своей…
- Цыц, негодница! Вот чему вас только учат? Вы ведь только и думаете о том, как отдаться бы кому, вот в мое время…
- Баба Нюра, ну вас с вашим временем! – тут же поддержала подругу вторая птичка.
- Эх вы, дуры молодые, но ты Гелька не слушай их, ничего они не понимают…
Гелла промолчала. Она уже привыкла, что они шутят над ее принципами. Хотя Гелла сама удивлялась, как она с ее паронормальным везением на озабоченных умудрялась сохранить девственность до двадцати лет? Но из-за этого она не торопилась бросаться в объятия первого встречного, не смотря на постоянные издевки и обилие согласных встречных.
Постепенно спустился вечер. Он накрыл город темно-туманной пеленой и весело засверкали огни фонарей. Когда Гелла вышла, то Азраил уже ждал ее.
- Привет.
- Привет, - немного смущенно ответила Гелла – куда мы идем?
- Я тут видел одно милое кафе неподалеку, ты не против?
- Нет
- Тогда пошли.
А у окон супермаркета перешептывались возмущенные «сороки»:
- Вот тебе и тихоня!
- Да… такого красавчика себе отхватила…
- И что он в ней нашел?
- Если нашел, значит есть что, - сварливо ответила им баба Нюра – А теперь идите работать. Видите сколько там народу?
Гелла и Азраил сели за уютный столик в углу кафе. На столике уютно устроились три свечи и салфетница. По залу счастливо носился попугай, которого выпустили из клетки:
- Девушка, будьте добры меню, - крикнул Азраил – Ну как тебе здесь?
- Если честно, то непривычно. Я никогда не была в таких кафе, - Гелла опять покраснела, а он улыбнулся – похоже его веселила эта ее особенность.
- Не волнуйся, у тебя еще куча времени впереди.
Принесли меню, Гелла с интересом открыла увесистую книжицу с кожаной обложкой.
- Что ты будешь?
- Я не знаю, - она снова смутилась – здесь все такое необычное и дорогое…
- Не беспокойся о деньгах, просто выбери то, что тебе понравится.
- Я не знаю, тут столько разных названий, но не понятно, что это за блюда.
- Тогда, может ты послушаешь моего совета?
- Заказывай.
- Ты хотя бы намекни, что тебе взять.
- Я не знаю.
- Ладно, разберемся, - он подвинул свой стул ближе к ней и заглянул в меню – может быть салатик?
- Нет, спасибо.
- А почему?
- Не знаю… Недолюбливаю траву.
- Тут мы с тобой похожи. Тогда как насчет дорады на гриле?
- А это что?
- Рыба.
- Вкусная?
- Тебе понравится, а если нет закажем что-нибудь еще.
- Ладно.
- Девушка, примите заказ, - еще один оклик и Азраил начал диктовать подскочившей официантке – Будьте добры, две дорады, бутылку белого вина, ели можно, то не очень холодного, но и не теплого.
- Все? – как-то разочарованно протянула официантка.
- Ты больше ничего не хочешь? – но Гелла замотала головой – Тогда пока все, потом мы определимся с десертом.
- И что теперь?
- А теперь нам остается ждать заказ, коротая время ничего не значащей беседой. Я начну: ты прекрасно выглядишь сегодня!
- Спасибо, - Гелла снова покраснела.
- Как ты? вчера все было нормально?
- Да, но я бы не хотела говорить об этом.
- Что так плохо?
- Да нет, все нормально… - она как-то поникла и похоже Азраил уловил это. Остальное время они провели в ничего не значащей болтовне. Потом принесли заказ и появилась еще одна тема, а потом Гелла выпила вина и расслабилась. До этого она не пила ничего крепче коктейля из банки, но ей понравилось.
Домой они возвращались слегка пьяные и счастливые, только у дома Гелла вновь помрачнела. Она взяла сумочку и начала искать ключи. Но ее лицо побелело, Азраил ожидающе смотрел на то, как он снова и снова ищет их в сумочке. Потом Гелла вспомнила, что в утренней спешке она забыла их дома. В последней надежде она глянула на окна, но свет был выключен.
- Я забыла ключи… - ее голос слегка дрожал, а краска, залившая ее лицо была видна даже в полумраке улицы – я не могу позвонить в дверь, ведь если Кеша проснется из-за меня… - казалось она сейчас расплачется.
- Пошли ко мне, - предложил Азраил. Ему стало действительно жалко эту девочку, сейчас он не мог думать о ней по-другому. Гелла посмотрела на него как-то испуганно и захлопала глазами, губы еще сильнее задрожали – Да не бойся ты, я же не маньяк. Если бы я им был, то воспользовался бы случаем еще вчера.
- Где ты живешь?
- Тут недалеко.
Через пятнадцать минут они заходили в новенькую квартирку, где еще не выветрился запах краски.
- Я недавно переехал, - пояснил Азраил – проходи в гостиную, садись, хочешь кофе?
Гелла молча кивнула. Он ушел на кухню, а когда вернулся, то она уже спала. Азраил хмыкнул, поставил кофе на столик и с легкостью взяв ее на руки перенес на кровать. Взял плед, посмотрел на то, как она по-детски обняла подушку, еще раз хмыкнул и пошел в гостиную.
Глава 5.
Но почему не звенит будильник? Она же может и опоздать… Гелла вскочила с кровати, загнанно озираясь по сторонам. Память возвращалась медленно… Но она все-таки вспомнила все происшедшее вчера. Она тихо подошла к двери, прислушалась… но нет, тишина полная и какая-то неживая. Сердце Геллы испуганно сжалось: что же там произошло? И сколько сейчас времени? В комнате не было часов, а ориентироваться по свету в это время года очень сложно: грань между днем и ночью стирается практически полностью… но ей нужно узнать что же там произошло… Гелла медленно открыла дверь и вышла в коридор, стараясь ступать как можно тише, и боясь быть застигнутой. Почему? Она сама не могла ответить на этот вопрос… просто ей было жутко. И Гелла не могла избавиться от этого чувства, как не старалась. На сгибающихся ногах она открыла дверь в гостиную, и…
И ничего особенного за этим и не последовало. Гостиная как гостиная. На диване спит Азраил, в окно светит луна, заливая комнату мертвенно-белым светом. Гелла тихо подошла к нему и села рядом с ним на корточки, не зная как его разбудить. Но ей не пришлось этого делать, он вдруг открыл глаза:
- Знаешь, если бы у меня была более слабая нервная система, то я мог бы остаться заикой…
- Извини, мне нужно узнать время.
- На дивиди есть часы.
- Извини, я не заметила.
- Да ладно тебе, проехали… и сколько там времени?
- Э-э-э, половина первого?
- И зачем ты встала так рано?
- Не знаю, я испугалась, что могу проспать.
- Давай ты вернешься на кровать и спокойно проспишь до утра? – при этих его словах Гелла действительно почувствовала нечеловеческую усталость, с трудом разлепив глаза она ответила:
- А можно какую-нибудь футболку? А то я помну юбку, а мне еще на работу в ней идти?
- Можно, возьми в шкафу, - похоже ему совершенно не хотелось вставать.
- А какую?
- Любую… - с этими словами он зевнул и отвернулся к стенке.
Гелла преневозмогая усталость встала и вернулась в спальню. В шкафу она взяла первую попавшуюся футболку. Потом быстро переоделась, понимая, что если промедлит, то уснет прямо на полу с расстегнутой юбкой и без кофты. Но ей все-таки удалось справиться со всеми замками и она без сил рухнула на кровать.
- Вставай, проспишь!
- Что? – Гелла недоуменно протирала глаза – уже утро? Так быстро?
- Ага, и кто-то страшно боялся опоздать на работу…
- А сколько время?
- Семь утра.
- Черт…
- Что уже опаздываешь?
- Нет, просто так не хочется никуда идти…
- Бывает, но никуда не денешься, всем нужно кушать. Я оставил полотенце и зубную щетку на стиральной машине. Давай дуй умываться.
- Ага, уже встаю, - Гелла села на кровати, все еще протирая глаза и поймала его заинтересованный взгляд на своих ногах – интересно?
- Очень, на самом деле у тебя очень красивые ноги…
- Спасибо конечно, но…
- Но?
- Но не обязательно на них так пялиться! – Гелла встала с кровати и быстро пошла в ванную.
- Подумаешь,… посмотрел на ноги… - хмыкнул Азраил и показал Гелле язык, но она этого не увидела и соответственно не оценила.
Через пятнадцать минут они сидели на кухне и пили горячий кофе:
- Тебя подвезти?
- Не думаю, что тебе стоит так напрягаться…
- Просто мне по пути.
- Тогда ладно.
Потом они еще говорили, но это была лишь ничего не значащая болтовня. Немного о кино, погоде, политике и о прочем бреде. На улице Азраил подошел к темно-вишневому БМВ, припаркованному у подъезда и галантно распахнул перед Геллой дверь. Она села, с невольным восторгом оглядывая салон:
- У тебя такая красивая машина…
- Да ладно, обычная машина.
- Все равно красивая…
- Хочешь подарю? – внезапно спросил Азраил. Гелла по его глазам поняла, что он полностью серьезен.
- Зачем? Я же даже не умею водить… Тем более она такая дорогая наверное…
- Геле, не все в этом мире меряется деньгами…
- Я понимаю, но иногда об этом очень сложно помнить.
- Понимаю, кажется…
- Ты можешь мерить жизнь не деньгами, если их у тебя много, но вот если нет, то весь мир вращается исключительно вокруг них…
- Хорошо сказано, а главное правда… Частично…
- В смысле?
- Я верю, что можно победить власть денег.
- И как?
- Каждый должен сделать это сам, без подсказок и наводок…
- Очень ясно.
- А я и не говорил, что все сразу станет ясно… Кажется мы приехали?
- Да…ну я пойду, - тихо сказала Гелла. Просто так сидеть в машине и молчать было глупо, тем более она рисковала опоздать…
- И это все?
- В смысле?
- Ну мы же провели ночь вместе…
- Дурак…
- Я знаю, но верю, что ты меня вылечишь.
- И что ты мне предлагаешь?
- Я предлагаю съездить в кино.
- Когда?
- Сегодня.
- Во сколько?
- Это зависит от тебя.
- Тогда, так же.
- Договорились… стой, - вдруг он схватил Геллу за руку – и это все?
- А что, должно быть что-то еще?
- Ну хотя бы это… - он притянул ее к себе и поцеловал. Гелла удивилась, но ответила.
- Мне действительно пора…
- А жаль…
И снова все по кругу: дурацкая форма, неинтересные люди, глупые сплетницы… Все знакомое и привычное. Те же разговоры, те же доводы, все точно также… Гелла почувствовала сильную головную боль – все это вдруг показалось ей нестерпимо отвратительным. «А может Азраил был прав? Может стоит все бросить и уехать? Но… как же они? Нет, я просто не смогу их оставить… Но с другой стороны, я не хочу жить только для них… Что же делать?» - примерно такие мысли блуждали в ее голове. Гелла не знала что делать… вдруг ей захотелось оказаться где-то далеко-далеко… рядом со звездами, которые так часто манили ее своими серебристыми огнями… Они звали ее, и сердце Геллы разрывалось от осознания их величия. Они такие гордые и неприступные, способные доносить свой свет через тысячи, а то и миллионы лет после своей смерти…
Но все это лишь пустые мечты, Гелла прекрасно понимала, что этому не суждено было сбыться. Просто это невозможно… Она так и будит гнить здесь всю жизнь, тянуть мать и брата… Не рассуждая, не думая о себе, не чувствуя… Потому что это все лишнее, это ни к чему… Это не для нее. А ведь сердцу не прикажешь, оно стремится ввысь: ближе к звездам, оно так хочет оставить все это позади… всю тщету этого мира, в котором нет ничего кроме боли… Кроме страданий… Ничего…
- Девочка с тобой все в порядке? – обеспокоенный голос бабы Нюры вернул ее назад, на землю.
- Да… да…
- Ну смотри, а то…
- Что?
- Взгляд у тебя странный был… Злой какой-то… Не обидел тебя кто часом?
- Кроме жизни никто, баба Нюра… никто…
А потом все встало на свои места… И бесконечное пиканье касс, шуршание купюр, голоса людей, все было из этого мира… Такое скучное и банальное, но все равно дорогое.
Глава 6.
И снова они ходили по темной улице, освещенной золотом фонарей… И снова Гелле было странно находится рядом с ним: в Азраиле было что-то, что пугало ее, но это же и притягивало… Она ничего о нем не знала, но ее это не волновало… Ей было все равно. Похоже она находилась в таком состоянии, что ее не волновал бы и конец света, а может она даже обрадовалась… Кто знает? Хотя возможно кто-то и знает… Но это было неважным, когда ее мир ограничивался лишь его губами… В таки моменты ей как никогда не хотелось возвращаться домой. Но у Геллы не было выбора… уже не было… Она сама отрезала все пути к отступлению, когда поняла, что не сможет их оставить, потому что у нее есть совесть…А вот у них ее похоже не было…
Это случилось через две недели после знакомства с Азраилом. У Геллы был выходной и она начала его с хорошим настроением… Ничего не предвещало случившегося… как обычно… как только все становится чуть лучше, то полоса везения обрывается… и все становиться невыносимо плохо… А как все начиналось?
А начиналось все с уборки: Гелла спокойно протирала пыль на кухне, и напевала какую-то песенку, пользуясь отсутствием матери и сном брата. Все было просто великолепно… За этот день она должна было привести в порядок квартиру и себя, а вечером у нее было свидание… Но Гелла забыла об одном, что ее жизнь не может быть счастливой… И вскоре она это поняла… Когда в кухню ввалился обкуренный брат и кинулся на нее, с явным желанием изнасиловать:
- Кеша, не надо… пожалуйста не надо… - сначала Гелла пыталась его уговорить, но он не реагировал, продолжая грубо стаскивать с нее одежду. Ей было невероятно противно ощущать его прерывистое дыхание, его руки на себе… Тогда Гелла попыталась вырваться, но Кеша держал крепко и к тому же ударил ее, чтобы больше не дергалась. Тогда рука Геллы нащупала кухонный нож… она даже не поняла, что и как сделала когда с силой воткнула его брату в горло. Сразу брызнула отвратительно-красная кровь, Кеша осел, а нож так и остался у Гелла в руках. Она так и стояла, тупо разглядывая труп, кровь больше не била, но Гелла вдруг поняла, что она вся в крови… в крови брата, которого она убила… Ей вдруг стало плохо: голова закружилась, в глазах потемнело, Гелла в бессилии привалилась к стене. В себя ее привел дикий визг матери… Рука, о сих пор сжимающая нож, непроизвольно дернулась и… Он по рукоять ушел в грудь матери, где-то возле легких. Что-то придушенно булькнуло, мать всхлипнула и осела, оставляя омерзительный след… Гелле снова стало дурно: сначала от обилия крови, потом от сознания содеянного. Она в изнеможении опустилась на табурет и уставилась куда-то сквозь стены, сквозь время и пространство… В этот момент ей как никогда хотелось быть рядом со звездами, подмигивать припозднившимся прохожим, радовать людей своим светом… Но Гелла понимала, что всего этого не будет… никогда…
Плохо воспринимая реальность она пошла к телефону, набрала милицию, тихим, срывающимся голосом продиктовала адрес и бросила трубку, даже не глядя на то, как она беспомощно обвисла, разрываясь гудками. И на красную кровь на белом пластике. Гелла взяла ручку, выдрала листок из тетради, лежавшей там же и написала всего одно слово… Всего одно… но для него… Он сильный и умный, он поймет… Он просто не может не понять…
Потом мир снова потемнел и полы вдруг оказались перед лицом… и потом была темнота, которая, затем, расцвела мириадами созвездий… Пусть далеких и холодных, но таких прекрасных…
Потом она очнулась в участке. Там несколько обеспокоенных человек в милицейской форме расспрашивали ее о случившемся.
Гелла отвечала тихо, но твердо, она говорила правду. Врать не было ни сил, ни желания, тем более в таких ситуациях лучше говорить только правду, иначе существует риск запутаться в своем вранье… Они хотели знать все: зачем, как, чем… Гелле было все равно. Она отвечала на их бесконечные вопросы, и само время казалось, двигалось медленней, чтобы она дольше мучилась осознанием содеянного…
Ее отвели в душ, дали какую-то серую форму, и повели по темному коридору, казавшемуся Гелле бесконечным… Но она молча шагая, пока не открыли одну из дверей…
Глава 7.
Ее грубо втолкнули в камеру и дверь придушенно лязгнула. Гелла огляделась, и то что он увидела ей совсем не понравилось: четверо мужиков – рожи самые уголовные. И все смотрят с отвратительно-гнусными ухмылками. К ней подошла девица с растрепанными светлыми волосами, в обтягивающей одежде и вызывающе накрашенная.
- Пойдем, не смотри на этих.
Гелла послушно пошла за ней. Они сели в углу, противоположном тому, где сидели уголовники.
- Меня зовут Яна, а тебя? – Гелла ей не ответила. Она испуганно посматривала на людей сидящих с ними в одной камере и ей было страшно – да не бойся ты, - она перешла на шепот – если что, то у меня есть нож. Так как тебя зовут?
- Гелла.
- Хммм, странное имя, а за что ты здесь?
- Я убила…
- Ты? И кого же?
- Мать и брата.
- Ого… Но наверное было за что?
- Нет…
- Как это?
- Вот так… конечно они сделали мне много плохого, но убивать их за это…
- Ну-ка, расскажи мне об этом, - и Гелла действительно рассказала… Самой обычной шлюхе, сидящей рядом с ней в ментуре. Она рассказала все: о том, как к ней относилась мать… о брате-наркомане, который пытался изнасиловать ее тогда… о деньгах, которые она почти не видела… обо всем, кроме Азраила. Ей казалось, что это будет предательством…
- И ты все рассказала из-за мук совести?
- Да…
- Глупая, тебе повезло, что сегодня ночью среди дежурных ментов тетка, а то тебе бы с твоим милым личиком…
- Ты правда так думаешь?
- Я не думаю, я знаю.
Постепенно спустился вечер, Гасли настольные лампы и в скоре в участке осталось только двое дежурных милиционеров, но и они ушли куда-то.
- А вот теперь держись, - как-то грустно сказала Яна, села, загораживая Геллу и вынула небольшой складной ножик из глубокого декольте. На лицах присутствующих появились гнусные ухмылочки. Они переглянулись и начали медленно вставать, но потом резко бухнулись обратно.
- Да куда вы меня тащите? – послышался явно нетрезвый голос, в котором дрожащая Гелла уловила знакомые нотки.
- Посидишь тут! Тебе объяснят как надо себя вести.
- А что я сделал?
- Ты напал на работников милиции в нетрезвом виде, - ответил ему ехидный голос. Они приближались, а Гелла все больше узнавала голос пьяного. Но как такое может быть? Да и зачем?
Все ее сомнения развеялись, когда в камеру втолкнули растрепанного Азраила. На его правой скуле алел свежий кровоподтек.
- Геле, ты где? Я что зря их доставал? – странно, но сейчас его голос был абсолютно трезвым. Гелла осторожно выглянула из-за Яны:
- Зачем ты здесь?
- Она еще спрашивает. Тебя никто из этих не трогал? – пренебрежительный кивок в сторону уголовников. Они сверлили Азраила злыми взглядами, но ему, похоже, было плевать на это. Он пританцовывая прошел в камеру и сел рядом с Яной, пытаясь заглянуть в глаза Гелле:
- Вот где у тебя совесть? Вот ты скажи, где у тебя совесть? Я прихожу к ней домой, а том пусто. И только одинокая записка «Прости…». Могла бы хоть предупредить, что собираешься их убить!
- Но…
- Никаких но! – он обратился к Яне – девушка, вот вы когда-нибудь такое видели? Что бы такой облом? Нет? Ну наверное такое только у меня: познакомился с красивой девушкой, начал ухаживать, ну там цветочки – конфетки. Тут бац! Как кувалдой по башке. Она грохнула своих родственничков, кстати к слову такие падлы были, что и не жалко их. И сразу в истерике, все мои планы завалить ее в койку горят синим пламенем, а тут еще она идет сознаваться, даже не попрощавшись! Вот какого а?
- Ты…ты… - от возмущения у Геллы пропал дар речи – ты хотел завалить меня в койку?
- Глупый вопрос. Ты себя в зеркало видела? Вот, тебя только мертвый не захочет! Кстати ребятки, - это уже уркам – вы не обольщайтесь! У вас с ней ничего не получится, я прослежу.
- Вали вообще отсюда!
- Чего? Не понял? Геле, ты что? Меня сюда засунули за драку с ментами в нетрезвом виде.
- Но ты трезвый!!!
- Им от этого не легче.
- А вообще зачем? Не поверю, что ты просто так подрался с ними.
- Правильно! Я тебе колечко принес. В ближайшие лет пять оно тебе понадобится, – он протянул Гелле маленько серебряное кольцо, без всяких рисунков, но невероятно блестящее. И хотя она на него дулась, но колечко взяла.
- Ну ребятки вы даете… - пораженно произнесла Яна - Вам не в тюрьму надо, а в психушку.
- Я тоже об этом думал, и даже просился туда, нервишки подлечить, пока в отпуске, но мне сказали, что для них я слишком нормальный! Ты прикинь?
- Азраил?
- Да?
- Мне страшно… - она прижалась к нему, как испуганный ребенок, из глаз покатились слезы.
- Ну не плачь… все будет хорошо… - он неловко гладил темно-каштановые кудри, стараясь не смотреть на ее слезы.
- Вот тебя на утро выпустят, а я… А мне еще сидеть здесь неизвестно сколько… а потом меня вообще увезут далеко и надолго… и мы может даже не увидимся… - она плакала, он гладил ее по голове. И Гелла уснула. А на утро Азраила уже не было. В ее жизни началась черная полоса…
Глава 8.
Это был ад. Самый настоящий ад, по крайней мере Гелла думала именно так. Казалось весь мир сжался до койки в КПЗ и маленького складного ножа, оставленного Яной. Дни сменялись днями: ее куда-то водили, о чем-то спрашивали, потом она снова возвращалась в эту безрадостную темную комнату с жесткой кровать, забивалась в самый дальний угол, доставала нож и сидела так ночи на пролет, боясь пошевелится. Ее часто трясло, Гелла не понимала чем это вызвано: может она мало спит, может плохо ест, хотя тут вернее будет сказать плохо кормят, может на нее так подействовали последние события… Она не была ни в чем уверенна. Для Геллы весь мир был окрашен черно-серыми красками подступившей депрессии. Единственное, что могло пробиться в ее заполненный тенями мир – это кольцо. Да, то самое серебряное колечко, подаренное Азраилом на удачу. Она часто смотрела на его завораживающий блеск и ей казалось, что мир уже не так плох. Пору раз оно даже не дало ей воткнуть нож себе в горло. Гелла просто вспоминала, как рисковал Азраил, когда отдавал ей это колечко, а она его даже не поблагодарила… Ей становилось стыдно, невыносимо стыдно и нестерпимо больно, оттого, что весь привычный мир рухнул… Причем по ее вине… Она никак не могла поверить, что больше не будет их ночных прогулок по городу, когда она оттягивала неизбежное возвращение домой. Не будет его глупых и немного пошловатых шуточек. Не будет переругивания кассирш на работе, которых вечно разнимала баба Нюра. Вернее все это будет, но не с ней… От этого она страдала большего всего, даже больше чем от возможности никогда больше не увидеть его голубые глаза, с такими странными зрачками… в которые как-будто бы срывается бездна…
Потом ее приговорили к пяти годам лишения свободы. Убийство брата было рассмотрено как самозащита. При хорошем поведении она могла отделаться гораздо меньшим сроком. Ее увезли в совершенно незнакомый город, где располагалась женская колония. Три с половиной года, которые Гелла провела там слились во что неподвластное времени. Казалось, что прошла целая вечность или же все еще длится первый день. Ей невероятно везло. Про себя Гелла тихо списывала все на подаренное колечко. С ней хорошо обращались, особо не изводили, и даже когда у них появились какие-то странные личности, они миновали камеру Геллы. Как потом объяснили знакомые, они набирали хорошеньких девушек в публичный дом. Администрация колонии с радостью пошла на такие уступки за большое вознаграждение, но ее опять пронесло. Не смотря на то, что Гелла была очень красива, забрать ее не решились, все-таки она сидела за убийство… Мало ли, что взбредет такой в голову.
Потом ее выпустили. Как и ожидалось, гораздо раньше. Но легче ей от этого не стало, Гелла не знала, что делать дальше…
Глава 9.
Гелла шла по темной улице, абсолютно не представляя куда ей следует направиться. Этот незнакомый город пугал ее хитросплетением узких улочек и обилием выбитых фонарей. У нее было немного денег, которых хватило бы на возвращение домой, но что ей там делать? Вряд ли Азраил помнит ее по прошествии четырех лет. Хотя нет, помнит, но ждет ли? Гелла посмотрела на ярко светящееся в темноте кольцо. Оно действительно принесло ей удачу. За все те долгих и мучительных четыре года, что она находилась в заключении с ней не случилось ничего по-настоящему страшного. И сидела-то она не четыре года, а меньше если вдуматься. Осенью будет четыре года с тех пор как это произошло, а сейчас еще только август. В своих грустных размышлениях она забрела в какой-то парк и уселась на ближайшую лавку. Она рассматривала комаров, глупо толпившихся под фонарем. Вдруг ее обдало отвратительной вонью и чья-то грязная рука ткнула ей в бок лезвие:
- А ну давай деньги, сучка.
- У меня нет денег.
- Врешь, - лезвие уткнулось чуть сильнее.
- Я говорю нет у меня денег, мне даже некуда их положить.
Вместо ответа лезвие уткнулось ей в шею и чья-то рука схватила ее за грудь.
- Свое я от тебя точно получу, а ну задирай платье… - договорить он не успел. Послышался глухой удар и он рухнул назад, при этом едва не оцарапав Гелле горло. Она зажмурилась и сидела не двигаясь, пока кто-то не сел на лавку рядом с ней.
- Геле, открой глаза, - попросил до боли знакомый голос. Но Гелла решила, что это воображение и замотала головой.
- Геле, я что зря тебя спасал если ты со мной даже не поговоришь.
- Тебя просто не может здесь быть…- тихо прошептала она.
- А ты попробуй открыть глаза.
Гелла недоверчиво открыла один глаз, но тут же его зажмурила:
- Но как?
- Давай я объясню все завтра, а сейчас ты пойдешь со мной и не будешь ничему удивляться.
- А это точно ты?
- Я, я, кто же еще.
Наконец она открыла глаза, еще раз удостоверилась, что Азраил тут, живой, а не плод ее воображения. Потом встала и молча пошла за ним. Ей невероятно везло, просто поразительно. Они поднялись на десятый этаж новостройки. Как только она миновала порог ей в голову ударил запах свежо отремонтированной и необжитой квартиры.
- Почему ты здесь?
- Мы же договорились отложить все вопросы на завтра.
- Ладно, но можно один последний? – спросила она, заходя в современную гостиную.
- Разве что маленький…
- Зачем ты снова меня спас?
- Геле, ты повторяешься. Я же уже говорил, что не люблю делиться.
- А при чем тут это?
- А ты думаешь от моих намерений завалить тебя в койку ничего не осталось? – с этими словами он повалился на диван, увлекая ее за собой.
- Но это диван!
- Это принципиально?
- Да!
- Хорошо, переиграем, - он резко встал, подхватил ее на руки и понес в спальню. Она еще успела удивиться как легко ему это удалось. В принципе еще не было поздно посопротивляться, хотя бы для вида, но зачем?
Гелла проснулась поздно утром оттого, что солнце святило прямо в глаза. Она немного удивилась, обнаружив себя в огромной постели. Хотя с чего бы ей оказаться где-то еще, ели засыпала она именно здесь. Она еще немного полежала, но потом ей надоело и она встала, накинула короткий халатик, который обнаружила рядом с кроватью, и бросив прощальный взгляд на измятые простыни открыла дверь.
Азраила она нашла в ванной, он чистил зубы. Гелла оперлась на косяк и некоторое время просто смотрела на него.
- Немного жалко простыни, их теперь не отстираешь.
Он посмотрел на нее, и продолжил чистить зубы. Гелла в недоумении смотрела на то как он поласкает рот, умывается и только после это произносит:
- Нашла о чем беспокоится, купим новые.
- Кто ты?
- Пойдем на кухню, как я понимаю нам предстоит долгий разговор.
Глава 10.
- Уверенна?
- В чем?
- В том, что тебе надо это знать.
- Да, я не хочу спать с человеком, о котором не знаю ничего кроме имени.
- Я неуверен, что после того как ты все узнаешь, ты вообще захочешь со мной спать.
- Ты что убийца?
- Кто бы говорил!
- Я же не специально сделала это ….
- Ладно начнем издалека. Гелла ты верующая?
- Крещеная…
- Нет, а веришь в бога, дьявола?
- Я верю только в смерть…
- С одной стороны это упрощает задачу, хотя с другой… Но какая разница им я тебя не отдам… Но если…
- О чем ты говоришь?
- Извини, я отвлекся. Еще один вопрос: ты мне веришь?
- Да.
- Серьезно?
- Да… Но я не пойму куда ты клонишь…
- Другой вопрос. Вот ты говоришь, что веришь в смерть, а какой она тебе представляется?
- Даже не знаю… наверное старуха с косой…
- Господи, какого черта я тут работаю уже неизвестно сколько лет, а они все представляют старуху с косой…
- Что ты говоришь?
- Извини, отвлекся. А ты считаешь меня сумасшедшим?
- Возможно…
- Ну спасибо! Хотя в сущности это не меняет дело, а даже упрощает все…
- Что?
- Короче, что ты ответишь, если я скажу, что я – смерть?
- Я скажу, что ты – псих!
- А если подумать?
- Я не знаю… - Гелла замялась. Она впервые сопоставила все странности, связанные с Азраилом и пришла к выводу, что он может говорить правду… Ведь если действительно подумать, то откуда у него столько квартир? И почему он всегда оказывается в нужное время в нужном месте? А еще глаза… Необычные и полные какой-то галактической тьмы… Гелла почувствовала, что сходит с ума… Хотя какая разница? Если ей хорошо рядом с ним, то разве все остальное имеет значение? – Это правда?
- Полнейшая.
- Ты не врешь?
- А зачем мне это?
- А почему все думают, что смерть – старуха с косой?
- Мне это тоже всегда было интересно, хотя так думают не все. Вот в персидской мифологии более правильное представление… Они даже имя верное указали.
- А почему ты здесь?
- Что-то вроде отпуска.
- Ты всегда такой?
- Какой?
- Как сейчас?
- Да, нельзя столько лет работать с людьми, не понимая их.
- Ты меня бросишь?
- Нет…
- Честно?
- Честно.
- А почему?
- Не знаю…
Гелла вдруг почувствовала, как у нее кружится голова. Потом в глазах потемнело, а очнулась она от холодных струй, льющих в лицо.
- Что ты делаешь?
- Привожу тебя в чувство, а заодно помогаю принять душ!
- А кто сказал, что я приду в себя, если меня поливать из душа?!
- Но ведь помогло же…
- Ах так… - Гелла вырвала душ и направила его на Азраила…

- У меня совсем нет вещей…
- Это намек?
- Скорее просьба…
- Ладно, твое платье уже высохло.
- И?!
- Что «И?!» ? Собирайся, мы идем по магазинам!
- Правда?
- Правда, если ты разучишься задавать глупые вопросы…

Вечером довольная по уши Гелла вылезала из серебристого Мерседеса. Тяжелые пакеты с одеждой она принципиально несла сама. Но у нее все еще кружилась голова, от столь резких перемен. Столько времени ее мир был связан с женской колонией, со всеми ее правилами и лишениями, а за последние сутки произошло столько всего… И хотя перемены были к лучшему, но Геллу это все равно пугало. Она еще не до конца знала верит ли она Азраилу, и вообще стоит ли им продолжать видеться? Это было слишком сложно, для нее и слишком больно… Она не строила иллюзий и прекрасно понимала, что не сможет без него, но с другой стороны их ничего не ждало. Это пугало Геллу. Она не могла представить, что будет дальше, если это дальше вообще будет… Не будет же она болтаться где-то между мирами и плодить маленьких демонов? Вот и еще один вопрос наметился, могут ли у них быть дети? Они не задумывались об этом… тем более слишком рано… Это было так сложно и запутанно, что Гелла решила временно не думать об этом, а решить более насущные проблемы…

- Ой!
- Что «Ой!»?
- Кажется соседи вызвали скорую…
- Не надо было так стонать!
- Я не специально!
- Специально, не специально, какая разница? Вот теперь иди разбирайся сама, они уже вызывают лифт.
- Но как?
- Наверное тебе надо встать, одеть халат, а после звонка открыть дверь и все им объяснить.
- И что я им скажу?
- Геле, Скажи правду. Это всегда легко и приятно… ну или почти всегда.
- Зачем тебе это?
- У меня появилась идейка…
- Какая?
- Потом объясню, но если все получится, то твоя, а может быть и наша жизнь станет проще.
- Что для этого надо сделать?
- Для начала перестать боятся людей.

В дверь позвонили, Гелла поправила коротенький халат и поплелась в прихожую. Взглянув в глазок она увидела женщину средних лет в халате врача и свою соседку:
- Здравствуйте, чем обязана?
- Э-э-э, ваша соседка слышала крики…
- Это я, я кричала.
- А зачем? Вам было плохо?
- Скорее наоборот… - сзади появился Азраил, приобнял ее за плечи и с улыбкой во все лицо обратился к соседке:
- Извините, мы постараемся потише.
Гелла закрыла дверь, а врач и соседка так и остались стоять в коридоре. Азраил привалился к стене, хохоча как сумасшедший:
- Ну и чего ты ржешь?
- Гы-гы-гы, я не могу… ты своей прямолинейностью людей чуть до инфаркта не довела… гы-гы-гы…
- Ты сам говорил, что нужно сказать правду!
- А теток зависть замучает! Гы-гы-гы!
- Ну и пусть!
- Ого, как мы расхрабрились!
- Да, я вот даже еще покричу, если нужно, пусть подключат фантазию и поразвлекаются!
- А мы поразвлекаемся и так…
Глава 11.
И все чаще Гелла смотрела на звезды… Они манили ее все сильнее, сопротивляться их серебристому свету было невозможно… Но если они так зовут ее, то почему не заберут к себе? В эту сказочную высь, где нет ничего, кроме мертвенно-бледного света звезд… Гелла со вздохом подвинулась, сидеть по несколько часов на холодном подоконнике было жестко и неудобно… Азраил опять куда-то ушел и она осталась одна, в этой мертвой квартире… в мертвом городе… А может она сама мертва? Причем уже давно? Может она умерла в тот день, когда ее выпустили из тюрьмы? И это просто Азраил устроил все это… Но нет, ее рука была здесь, вполне ощутимая и теплая: совсем не призрачная…
- Тебе нравятся звезды? – голос Азраила раздался так неожиданно, что Гелла вздрогнула.
- Да… Они зовут меня… Они хотят, чтобы я была рядом с ними… Это наверное первые признаки сумасшествия?
- Я бы так не сказал…
- Тогда что это? Ведь я знаю, мое место где-то там, среди них…
- Я знаю…
- Но как?
- Просто… просто знаю и все….
- Почему я тогда не с ними?
- Помнишь, я говорил тебе, что каждый человек должен пройти этот путь самостоятельно?
- Значит ты ничем не можешь помочь…
- Но я же не говорил, что не являюсь частью твоего пути…
- Что это значит?
- Только то, что твое место действительно рядом со звездами…
- Ты знаешь как я могу попасть туда? – с этими словами Гелла наконец обернулась нему. В темной комнате ее глаза горели нереально ярким, фиолетовым огнем… Если бы это увидел обычный человек, то возможно он бы испугался, но в комнате не было обычных людей… и пугаться тоже было некому…
-Ты должна стать выше простого человека…
- Что это значит?
- Ты должна стать богиней… Но учти, что для этого придется отказаться практически от всего человеческого…
- Я согласна… Но как?
- Я уже говорил, сначала ты должна перестать боятся людей… Ты должна стать выше них… с их глупыми страстишками и правилами. Пойми, Геле, с того момента как ты встанешь на эту дорогу все человеческое станет тебе чуждо… Это открывает новые возможности, но убивает многое столь привычное нам…
- Как это?
- Знаешь, когда-то давным-давно был один маленький и глупый человечек. Это было в столь далекие времена, когда смерти еще не было… И вот однажды это человечек устал от жизни, он захотел освободиться от нее… и тогда он обратился к звездам, но звезды хранили гордое молчание... тогда он обозлилился на все…и кинул в звезду камень… и как ни странно он долетел… Но тогда звезда обрушила свой гнев на человечка: она прокляла его – если он так сильно хотел освобождения, то теперь он никогда его не получит… Он будет дарить его другим, но никогда не познает, что это такое…
- И что?
- И вот сейчас этот человечек стоит пред тобой… он уже смирился со своей участью… Но зачем я тебе все это рассказал? Чтобы ты знала на что идешь… Гелла, ты согласна?
- Согласна… - еле слышно выдохнула Гелла. Ей было больно отрекаться от привычного мира, но звезды звали ее… Они говорили, что здесь нет ничего кроме боли… Что она создана для чего-то более возвышенного… не такого как здесь…
- Я помогу тебе.
Но не загремел гром, не засверкали молнии… Гелла вообще ничего не почувствовала. Она подняла глаза, по-прежнему мерцавшие диким, фиолетовым пламенем, на Азраила. Он пожал плечами и хмыкнул:
- А кто сказал, что это так просто?
- И что теперь?
- Я еще не знаю… но не волнуйся, этого никто заранее не знает. Обычно все получается само собой. Мы продолжаем развлекаться и ждать…Пока ты не пойдешь первую ступень…
Глава 12.
- Сколько нужно ждать? – В последние дни Геллой овладела странное предчувствие. Как-будто что-то случится… и это что-то все изменит. Оно преследовало ее, не давала покоя нигде…
- Я не знаю.
- Странно… - а в голове билась одна настойчивая мысль: «Все ты знаешь, но не хочешь говорить… Почему? ПОЧЕМУ?»
- А что тут странного?
- Что не знаешь… Разве ты можешь не знать что-то?
- Могу… Я не знаю, что ждет тебя.
- Как это? – Гелла заглянула ему в глаза, стараясь увидеть там совесть, но там была лишь бездна… всепоглощающая… зовущая…
- Зря ты пытаешься увидеть совесть… у меня ее нет, как нет и души…
- Но разве это не к лучшему?
- Не знаю… Я существую уже несколько тысяч лет… И это пустые тысячи… в них нет ничего, понимаешь, Геле, ничего нет, когда нет души…
- Но ведь нет и боли…
- Иногда радуешься даже ей, особенно когда это единственный способ понять жив ли ты?
- Зачем ты говоришь мне это? Ты не хочешь, чтобы я была с ними? – кивок в сторону окна. За которым звезды… снова звезды… везде звезды… они от нее не отступятся…
- Я не в праве тебя удерживать, ты сделаешь свой выбор сама…
- Тогда к чему это?
- К тому, что потерять можно гораздо больше чем приобрести…
- Что это значит?
- Я покажу тебе… - и вот он берет ее руки, и Гелла чувствует, что привычная обстановка гостиной плывет… пол уходит из под ног и она словно погружается в воду, холодную… ледяную воду… Но через мгновения все заканчивается. И вот они уже стоят в большой зале: на полу темная мраморная плитка, а на стенах висели шкуры медведей и прочие трофеи. Посередине залы стояли старинные резные стулья, в ряд, на них примостившись как голуби на проводе восседали, да именно восседали, как бы не было им тесно на получившейся из сдвинувшихся стульев скамеечке. Хотя и выглядело это довольно смешно они все хранили на лицах насмешливо надменные выражения своих «божественных» лиц.
Их было семеро, и у входа стояла еще одна женщина. Но она была другой.
- Кто это…- начала было Гелла, но осеклась, не желая нарушить царственную тишину.
- Они нас не видят, и не слышат… - с легкой улыбкой объяснил Азраил – они не должны тебя волновать… Ты здесь, чтобы увидеть звезду.
- Но зачем?
- Чтобы поняла, что нужно пройти…
- А почему именно ее?
- Наверное, потому, что она еще не решила, что для нее важнее…
- А причем здесь я?
- Ты тоже еще не решила, и у тебя тоже есть возможность повернуть все вспять…
- А если я не хочу?
- Сначала посмотри… Ее зовут Диана, она здесь, потому, что в том мире для нее не осталось ничего…
– Здравствуй Диана, - произнесла одна из женщин. Геллу просто поразила красота этой женщины – тонкие пластичные руки, золотистые кудри ниспадавшие ей на плечи и огромные бирюзовые, но такие же надменные как у других глаза. Правильные до совершенства черты лица, естественно алые губы, и тонкие складки изумрудно зеленого платья.
– Понравился ли тебе номер, - осведомился у Дианы звонким голосом один из мужчин, с виду совсем юноша в черном плаще с нашитыми на нем серебряными звездами.
– Очень, спасибо, - пробормотала она.
– Так не подобает отвечать здесь, - нахмурился сидевший рядом со старцем мужчина средних лет в короне как у короля, - слово «спасибо» пока ты здесь забудь.
– И еще некоторые слова, - добавила еще одна женщина. Она тоже была очень хороша собой, но в отличии от первой ее красота не была такой светлой и приятной. В темных волосах, темных глазах блестевших как-то по недоброму и длинном бледном лице было что-то отталкивающие и в то же время отвратительное.
– Так ты знаешь зачем ты здесь? – осведомился у нее третий мужчина, грузный и толстый в фартуке и подранных местами бурых штанах из толстой холщевой ткани. За пояс был заткнут большой, местами ржавый топор. Сальные темные волосы падали ему на лицо, а в густой бороде местами притаилась седина. Он скорее всего был кузнецом.
– Понятия не имею, - честно призналась Диана.
На этот раз заговорил старец, голос у него был глухой и сиплый.
– Ты здесь чтобы подготовиться к следующей фазе. Ты должна будешь выбрать и тебе дано три шага. Первый. До того как ты прошла сквозь зеркало, до того как ты стала свободной от физических оков того мира. Сейчас ты находишься ровно по середине, сейчас ты еще спокойно можешь вернуться назад...
– А я могу ненадолго... туда? – перебила она.
- Зачем она хочет вернуться назад? Там же ничего нет?
- Значит что-то есть…
– Можешь, - ответил старец и в голосе его послышались нотки гнева, он рассердился из-за того, что она его не дослушала, - а о последней стадии мы расскажем тебе только когда ты преодолеешь эту преграду.
– А почему именно я? – спросила Диана, и Гелла с ужасом узнала в ней себя. Пусть они совсем не похожи, но тут было что-то другое… Родство на каком-то ином, более высоком уровне.
Вторая из женщин рассмеялась. От ее смеха Гелле стало не по себе и она прижалась к Азраилу: смех был какой-то жуткий. Он поднимался птичьим криком под высокие своды залы и грохотом майской грозы падал вниз обрушиваясь и разбиваясь об пол.
– Потому что такие как ты... Могут стать либо черными девами, либо тем, чем они должны были стать, другого не дано, - изрекла она перестав смеяться.
- Кто такие Черные девы?
- Объясню потом… Смотри…
– Такие как я? А вы можете сказать мне, чего во мне особенного? – продолжала настаивать Диана.
Тогда заговорила третья женщина. С виду ей было лет десять, у нее были ярко голубые глаза и пышные рыжие кудряшки. Одета она была в розовое детское платьице и собой напоминала фарфоровую куклу.
– Давай, Диана, - попросила она – докажи, что ты...
Голос ее был похож на журчание ручейка. Такой детский милый звонкий голосок, правда в нем уже слышались повелительные нотки.
– Тебе не нравятся эти шкуры? – осведомился у нее мужчина в короне.
Но Диана ничего не ответила. Она стояла посреди комнаты, зажмурившись… Словно была где-то еще… Вдруг медвежья шкура зашевелилась: и стены начали вылетать гвозди и вот перед Дианой уже стоял суровый хищник. Опустившись на пол медведь изрек душераздирающий рык, и двинулся к сидевшим на стульях.
Старик заволновался, вскочил.
Хлопнул в ладоши и огромный зверь растворился в воздухе.
Остальные все разразились аплодисментами.
– Куда делся медведь? – спросила Диана, похоже, напуганная судьбой своего творения.
– Он в лесу.
Она улыбнулась и посмотрела на них слегка сверху. Хотя они были такими уверенными в себе, надменными и насмешливыми и все их чтили.
– Думаю мы можем тебя отпустить, - изрек старец, - только если ты не задержишься там дольше семи часов... Иначе ты больше не сможешь вернуться назад.
– А можно я заберу с собой, - вырвалось у нее.
– Кого? – они спросили это почти хором.
– Это не важно. Так можно?
– Ты не считаешь, что уже слишком много себе позволяешь? – осведомился холодно юноша.
– Я ведь могу стереть это местечко в порошок, - произнесла Диана слишком высокомерно. Гелла вздрогнула, она поняла, что ошиблась: они уже не были похожи с этой женщиной, которая холодным голосом напоминала присутствующим о своем могуществе - так почему же я не могу забрать с собой того, кого люблю?
- Там не позволено любить… Эта дорога одиночек… - хмыкнул Азраил.
– Это Дорога, Диана, - прошептала девочка, - это судьба одного... Одно бессмертие, и не позволено туда брать кого-то еще…
И снова зал покачнулся, мир начал таять, как-будто кто-то вылил ведро воды на невысохшую картину. Гелла вновь почувствовала отвратительное головокружение. Но вот все вернулось на свои места: они сидели на диване в гостиной…
Глава 13.
С мгновения Гелла сидела не шевелясь, стараясь привыкнуть к обстановке. Эти переходы оказались невероятно выматывающими… «О чем это я?» - подумала она с ужасом – «Какая разница выматывающие они или нет? Может это так только сейчас? А потом, когда я стану одной из них, то все будет проще?»
- Тебе плохо? – спросил Азраил. В его голосе столько сострадания и участия, что у Геллы потеплело на сердце. Теперь ей не хочется его расстраивать, поэтому она с улыбкой произносит:
- Все нормально… Только как-то непривычно…
- Это только сначала…
- Ты не ответил на мой вопрос.
- Какой?
- Кто эта Звезда и почему она там?
- Ее зовут Диана. Она пришла в тот зал через зеркало, поменявшись местами со своим врагом, потому что на свете было незачем жить… по крайней мере ей так казалось тогда…
- Почему она хотела взять кого-то с собой?
- Геле, это называется любовь.
- Я знаю… Но разве она не потеряла ее прежде чем пойти туда?
- Скажем так, на тот момент она была в этом уверенна… А сейчас она не знает что выбрать…
- Неужели это так сложно?
- А тебе не сложно сделать выбор?
- Нет…
- Ты в этом уверенна?
- А что должно меня удерживать здесь?
- Ну например я…
- А разве ты не пойдешь со мной? – впервые Гелла задумалась о том, стоит ли ей делать это… Но все сомнения развеялись, после взгляда в окно. За которым шушукались недовольные ее нерешительностью звезды… Она должна их слушать… Иначе она не будет вместе с ними, а именно там ее место…
- Хотел бы я, чтобы это было так…
- Значит так и будет. Я не боюсь потому что у меня есть ты.
- Ага, и всегда вытащу тебя из любой передряги?
- Ну вообще-то да…Хотя возможно я и сама справлюсь…
- Откуда такая уверенность? – он посмотрел ей в глаза и Гелла снова почувствовала, что теряется в этой бездне… «Не смотри туда… не смотри…не смотри… там только тьма… там нет звезд…» - шептал кто-то за окном. Но даже это не могло вырвать ее из бездны…
- Как ты это делаешь? – в упор спросила Гелла, ей надоело сразу же теряться перед его взглядом.
- Что именно? – Азраил сделал вид, что ничего не понимает и наваждение отступило.
- Твои глаза… они очень странные… почему я всегда теряюсь, когда ты на меня смотришь? – наконец она правильно сформулировала вопрос. Гелле все еще казалось, что она только что выплыла из омута.
- Не знаю… само получается.
- Ты врешь.
- И что?
- Да ничего, ты мне нагло врешь!
- И что? – по глазам Гелла поняла, что он вот-вот рассмеется. Да и сама она воспринимала это как шутку.
- Вот что! – она рассмеялась и на Азраила посыпалась пригоршня золотых искр – Ой…
- Что «Ой»? Это твое коронное слово.
- Как это?
- Что именно?
- Не валяй дурака, откуда эти искры?
- А почему ты спрашиваешь у меня? Это же ты устроила фейерверк.
- Я не специально… и потом почему?
- Похоже ты прошла первый этап…
- Тогда почему я здесь, а не в той зале?
- А ты бы хотела быть там?
- Одни вопросы… Нет, я хочу быть здесь, с тобой.
- Поэтому ты и не там. Туда бегут только в безвыходной ситуации.
- И что мне теперь делать? Я чувствую они не довольны… Я получила силу, но похоже не готова для того, чтобы встать на дорогу…
- Геле, если хочешь стать богиней, то тебя не должно волновать их мнение…
- Но если они отрекутся от меня?
- Нет… ты для них очень важна… я не знаю почему, но это так…
- Странно… я не знаю, что мне делать с этим могуществом…
- Может стоит попробовать делать то, что хочет сердце?
- А ты знаешь чего хочет мое сердце?
- И чего же?
- Тебя…
Глава 14.
Гелла шла по улице, наслаждаясь дождем. Азраил снова куда-то отлучился. Как она поняла у него какие-то проблемы с начальством… И это было плохо. Ей совсем не улыбалось, чтобы он ушел на совсем, бросив ее в этом мире, пока он не готова. А дождь все капал и капал. Он бил по асфальту, по крышам, по зонтикам прохожих… Гелла не понимала зачем им эти дурацкие зонтики, если она сотворила такой замечательный дождь? Он ведь такой красивый, и струи у него мягкие и теплые, они ласкают кожу, а вокруг все наполняется свежестью… И чем им не угодил такой замечательный дождь? Гелла решила не забивать себе голову этим вопросом, ведь главное, что она знает каков этот дождь на самом деле. А он добрый… добрый дождь! В упоении Гелла закружилась на месте, не обращая внимания, на неодобрительные взгляды прохожих. «Ну и ладно!», подумала Гелла и показала язык, прошедшему мимо грузному мужчине в темном костюме. Как они не понимают, что нужно радоваться? Ведь она так счастлива сейчас, тогда почему они не радуются? Гелла шла по аллее парка, где ее нашел Азраил, и со снисходительной улыбкой принимала благодарность, уставших от сухого и пыльного лета, деревьев. « Хоть кто-то рад вместе со мной!», снова подумала Гелла, она с удивлением обнаружила, что обижена на этих скучных, серых людей, не разделявших ее восторг.
Но вдруг все изменилось. Пропала эта странная эйфория, вызванная гордостью, за свои успехи. Почему? Все очень просто. Проходя мимо церкви Гелла увидела двух детей: мальчика лет одиннадцати и девочку, совсем маленькую, может быть пяти лет от роду. Они сидели под навесом строения при церкви, кутаясь в свои дранные курточки. При приближении Геллы мальчик нахмурился и посильнее прижал к себе сестру. Да именно сестру… Они были похожи, оба такие миленькие с русыми волосами, забавными веснушками и мертвыми глазами… Гелла вздрогнула: «Почему? Почему они уже мертвы? Они же еще такие маленькие?». Дождь мгновенно прекратился, солнце тихо спряталось за набежавшую тучу. Гелла лихорадочно думала как она может им помочь. Она на ватных ногах подошла к детям, мальчик нахмурился еще сильнее – брови сошлись на переносице почти под прямым углом, а губы девочки задрожали так, будто бы она сейчас расплачется… Гелла потрепала малышку по голове, и та вздрогнула от ее прикосновения. «Почему?» мелькнула испуганная мысль, но вслух она спросила совсем другое:
- Я могу чем-нибудь помочь?
- Уходи… ты зло… - хрипло произнес мальчишка.
- Нет… нет, я не зло… я лишь хочу быть ближе к звездам… - Гелла хотела объяснить им, что они не правы, что звезды несут добро и она тоже несет добро…
- Звезды далеко… им плевать на людей, - словно прочитав ее мысли хмыкнул оборвыш. Гелла почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, от незаслуженной обиды. «Если вы не верите, что я несу добро, это не значит, что я не сделаю этого для вас…», мысли мелькали с лихорадочной скоростью. Она надеялась начать с приличной одежды для них, но ничего не получилось… Из глаз все-таки брызнули слезы, на это раз от бессилия. От невозможности помочь. Она вскочила на ноги и побежала домой, у нее был одно желание: рассказать все Азраилу. Он такой умный и могучий… он все объяснит… он скажет что делать.
Налетел ветер, срывая некоторые, уже пожелтевшие листья. Дверь пристройки открылась и на пороге появилась благообразная старушка. Она покачала головой, глядя вслед убегающей Гелле и обратилась к детям:
- Зачем вы с ней так?
- Она должна знать правду, - на этот раз говорила девочка и это совсем не походила на болтовню беспечного ребенка. Ее брат согласно покачал головой.
- Все равно нельзя так сразу… Мало ли чего она по глупости натворит… - но старушку уже никто не слушал. Она стояла совершенно одна, опираясь на косяк, и глядя туда, где только что сидели дети. Но от этого они не появились на своих прежних местах. Тогда она со вздохом закрыла дверь, пробормотав что-то вроде:
- Она еще одумается…
Глава 15.
Ключ выпал и мокрых рук. Гелла устало чертыхнулась. Теперь она еще и не может открыть дверь… Что же такое… Наконец что-то щелкнуло и дверь открылась. На пороге е ждал Азраил… Как всегда со слегка надменной улыбкой. Геллу это невероятно разозлило:
- И что это ты все улыбаешься? – язвительно осведомилось она, стаскивая мокрые туфли, и проходя в ванную. Он как обычно ничего не ответил… - Конечно, можешь не отвечать! Зачем отвечать какой-то там Гелле!
Он еще раз хмыкнул, глядя на то как она закрывает дверь, и пошел на кухню. Когда Гелла вышла через пятнадцать минут, с мокрой головой, закутанная в махровый халат. Он сидел на стуле, все еще усмехаясь. Диктор, из маленького телевизора, что-то устало вещала о нудных судебных разбирательствах. На столе стояла рюмка конька и кружка кофе:
- Я поняла! Ты хочешь меня споить…
- Ты же не отказываешься. Рассказывай.
- А с чего это я должна тебе что-то рассказывать! – Гелла одним махом осушила рюмку, села напротив Азраила, по-детски, двумя руками беря кружку кофе, посмотрела ему в глаза, стараясь понять: он над ней издевается? Но нет, ее как обычно постигла неудача: ярко-голубая полоска окружала бездну, - почему они сказали, что я зло?
- А с чего ты решила, что это не так?
- Я знаю! Неужели и ты туда же!
- Я не туда же. Я – сам по себе. И они все, - неопределенный кивок как вверх, так и вниз, - пользуются моими услугами. Но я был еще, до того как они пришли сюда…
- Ты хочешь сказать, что ты древнее бога? – Гелла насмешливо фыркнула, но чуть не подавилась обжигающим кофе.
- Нет, просто они пришли сюда гораздо позже, чем я стал таким.
- Слушай… Вот есть Бог, есть Дьявол… я это понимаю… есть ты. И есть они… звезды… Ты говоришь, что когда я стану одной из них, то я буду богиней, но разве бог не один?
- Все не так просто… Есть бог, есть его извечный противник – дьявол, тут ты права. Есть звезды. Это более мелкие божества. С приходом этого бога они ослабли. Они ослабли настолько, что стали смертными… Попав тем самым в свою ловушку. Звезды тоже умирают, я забираю и их…
- Как? Ведь это они сделали тебя таким… они же могут снова сделать тебя человеком?
- Не совсем… Так вот звезды смертны. Поэтому они вынуждены пополнять свои ряды такими как ты. Они не могут сделать меня смертным, я работаю на более высшие сущности. Я получил от них определенную долю могущества, и теперь я сильнее их… Возможно звезды и осознали свою ошибку, но теперь слишком поздно…
- Я ничего не понимаю... Кто эти дети? Почему они называли меня злом? Почему я не смогла им помочь?
- Дети… это не дети, Геле, это ангелы печали... если я не ошибаюсь…
- Ты можешь ошибаться?
- А ты можешь не перебивать?
- Отвечать вопросом на вопрос – привилегия евреев.
- А моя привилегия вообще не отвечать на твои вопросы, - Азраил откинулся на спинку стула и, насвистывая что-то из новинок, скрестил руки на груди.
- Ладно… прости, я не буду тебя перебивать… продолжи пожалуйста.
- Нет, - он отрицательно замотал головой, всем видом показывая оскорбленное достоинство.
- Ну пожалуйста… мне и вправду очень нужно это знать…
- А мне и вправду больше не хочется отвечать, - он еще раз самодовольно улыбнулся. Гелла подавила вспышку гнева – ее до ужаса выводила эта его особенность: изводить ее всякими глупостями.
- Ах так… ну тогда…
- Что? Скажите скорее, великая Гелла, что меня ждет, а то у меня уже поджилки трясутся от страха и неведенья!
- А вот ничего, - Гелла неожиданно решила разыграть ледяную неприступность. Она встала со стула, демонстративно перезапахнула халат и вышла из кухни. Азраил только хмыкнул, еще раз ухмыльнулся и бросил взгляд на экран: какая-то бездарность изо всех сил надрывалась, стараясь выглядеть крутой певицей:
- Раз… Два… Три… - В кухню вбежала Гелла и присела перед ним, заглядывая в глаза:
- Так ты расскажешь мне или нет?
- А куда я денусь… Так на чем мы остановились?
- На детях, которые и не дети вовсе…
- Да, точно… Вот это такие мелкие ангелы… но не смотря на свою не значимость они иногда бродят по свету, стараясь указать людям истину, но они не умеют этого делать. Поэтому их слова чаще всего являются очень не приятными, но от этого перестают быть правдой… как это не досадно…
- С чего ты взял, что это ангелы?
- А как ты думаешь, разве могут демоны войти на территорию церкви?
- Нет…
- Ну вот.
- Что вот?
- А ничего. Вот и вот.
- Так почему я не смогла им помочь?
- Потому, что если делаешь что-то, я имею ввиду когда пользуешься силой, то ты должна делать это для себя.
- Но я не хочу! Я хочу делать добро людям!
- Тогда есть два варианта: либо ты перестаешь быть богиней, либо ты начинаешь думать по-другому, воспринимая все, что ты делаешь как нужное только тебе.
- Не совсем поняла…
- Ну например… Ты сделаешь кому-то, что-то так тебе от этого станет лучше. Запомни, тебе, а не им.
- И все?
- А что должно быть еще что-то?
- Не знаю, я же не всезнайка, как некоторые.
- Ты считаешь меня всезнайкой?
- А разве это не так?
- Я знаю многое, могу многое… но это не все.
- А кто знает все?
- Боюсь что никто…
- Странно… а почему?
- А как по-твоему существовать, зная что ждет тебя и всех остальных в будущем?
- Не знаю…
- Вот, ты не знаешь даже таких элементарных вещей…
- А что я должна была это знать?
- Давай прекратим этот разговор. Он никуда нас не приведет…
Глава 16.
Звезды, звезды, звезды… Вечные, холодные, манящие своей неприступностью, непорочностью, могуществом… «Почему тогда ты еще здесь? Что тебя держит в этом мире?» - шепот лился прямо в уши, такой неживой, пугающий, но от него не скрыться… - «Это все он… он ненавидит тебя за твое могущество… Он хочет твое смерти. Не верь ему! Не верь! Каждый миг проведенный вместе с ним тебя убивает… Брось его, оставь пока не поздно… пока он не поработил тебя полностью… Ведь тогда тебе не быть с нами, потому что он враг… Не слушай его, это всего лишь слова… не трогай его, это приближает тебя к смерти… ведь он и есть смерть… ему не нужно ничего кроме смерти… оставь его… Оставь Его… Оставь!» - и нельзя сопротивляться этому ледяному шепоту… он проникает всюду, от него невозможно скрыться… разве что упасть в бездну… Нет, нельзя… потому что он ее убивает… потому что это смерть… а она не может быть доброй…
- Что случилось? – холодное дыхание обжигает кожу, Гелла почувствовала, что подступает странная слабость… «Они были правы, он просто хочет выпить меня…» - мелькнула обреченная мысль. Она резко повернулась, стараясь освободится от его рук. Но ее это не удалось, они так и остались на ее плечах.
- Убери, пожалуйста руки… - Гелла решила пойти другим путем, может быть ей просто удастся уйти отсюда, после чего она встанет на дорогу и ничто не помешает ей сделать это. Но это не возможно, пока он рядом, пока его руки все еще на ее плечах, а голубые глаза смотрят с интересом и насмешкой:
- Зачем? – и ни капли страха. Хотя кого ему боятся?
- А тебе так нужны причины? Чтобы просто убрать от меня свои руки?
- Нет, мне нужна причина столь резкой смены отношения.
- Отношения! Да… Конечно! Зачем мне менять свое отношение к тебе, ты всего-то хочешь моей смерти…
- И с чего ты это взяла?
- Пусти…
- Ага, сейчас, разбежалась…
- Пути меня…
- Не дергайся, ты же прекрасно понимаешь что это бесполезно.
- Что тебе от меня нужно?! Почему ты хочешь моей гибели?! Почему ты не пускаешь меня к ним?
- Как много вопросов… Давай ты выберешь какой-нибудь один?
- Ну уж нет, ответь на все…
- А ты не думала, о том, что в твоем положении глупо диктовать свои условия?
- Я тоже не дура, знаешь ли, тоже кое-что умею… - это была явная угроза. Гелла надеялась, что это хоть как-то на него подействует. Но Азраил лишь ухмыльнулся.
- Ну и что ты можешь?
-Я могу многое, я все-таки богиня…
- Ты все-таки самоуверенная девчонка…
- Ах так… Получи… - по идее он должен был отлететь в другой конец комнаты, но ничего не произошло. Что-то напрочь гасило ее магию. Гелла в ярости зашипела, все-таки положение складывалось не лучшее.
- И что?
- Что ты сделал?
- Я? Ничего.
- Врешь…
- Ну и что?
- Пусти…
- Зачем?
- Просто так.
- Просто так я могу и не пускать тебя.
- А что, так и будем стоять?
- Ну можно перейти к более активным действиям.
- Нет… Пусти…
- Зачем?
- Да какая разница пусти и все! – снова неловкие, судорожные движения. «Зачем он мучает меня? Я же не игрушка… Почему нельзя просто отпустить меня…»
- Да? Так просто? Взять и пустить?
- ДА!
- Нет. Мне интересно, что же произошло, что ты стала так меня боятся.
- Конечно? Зачем тебя боятся! Ты всего-то хочешь меня убить…
- С чего ты это взяла? Заметь, я спрашиваю уже во второй раз.
- Они сказали.
- Ясно. И что именно?
- Что пока я с тобой я буду умирать.
- Брехня…
- И ты думаешь я тебе поверю?
- А я тебе докажу.
- И как же? – Гелла храбрилась, хотя на самом деле ей было страшно. Причем не от возможного развития ситуации. Потому, что она может оказаться не правой. Вернее звезды. Но как они могли обмануть ее? Зачем?
- А как тебе угодно?
- Так, чтобы ты меня отпустил.
- Прости, это невозможно.
- Почему?
- А ты подумай?
- Потому, что ты хочешь меня убить…
- Дура, ты нужна мне живой. И по возможности здоровой.
- Тогда пусти меня.
- Я же сказал, что это невозможно.
- Тогда как я выживу?
- А я и не собираюсь тебя убивать.
- Почему?
- Не находишь, что это глупый вопрос?
- Нет. Они сказали, что ты убьешь меня. А зачем им врать?
- А зачем врать мне?
- А я откуда знаю.
- Ты же богиня.
- Ты гасишь все мои способности.
- А они тебе сейчас и не понадобятся.
- А что будет сейчас?
- А ты догадайся.
- Нет… ты не посмеешь…
- Уже посмел. И не жалею…
- А-а-а-а, сволочь! Скотина похотливая! А ну пусти меня!
- Раньше тебе нравилось. С чего такие перемены?
- А, пусти меня!!!!
- Это не ответ, продолжим…
- Насилуют!!!!
- Ты что орешь? Я же оглохну.
- Ну и что! А так может соседи услышат! А-А-А!
- А ты не думала, что они уже привыкли к твоим воплям?
- С чего бы это? Помоги-и-те-е-е-е!
- Обычно ты громко кричишь, помнишь они даже скорую вызвали?
- Ну и что! Пусти!!!!
- Зачем? Поверь со мной тебе будет куда интереснее чем в одиночестве…
- Сволочь! Знаю я твои развлечения!
- Ну раз знаешь, то зачем сопротивляешься?
- А-а-а? А ну убери свои руки!
- Зачем? Нам и так весело, не находишь?
- Нет! Мне не весело!
- Странно.
- Да! Я вообще странная и лесбиянка в придачу!
- Интересно каким образом?
- А вот так вот! Все? Обломился?!
- Нет.
- Что? Что ты делаешь?
- Пытаюсь показать тебе прелести нормальной ориентации…
- Ай! Нет, я передумала, Я не лесбиянка!
- Поздно, мне понравилась идея.
- Не трогай меня, извращенец!
- А какие тут извращения? Никаких? Вчера вроде и покруче было…
- Я ничего не помню, у меня амнезия!
- Тебе напомнить?
- Нет!
- Да…
Глава 17.
- Свинья, кретин, сволочь…
- Какие эпитеты.
- Мерзавец, изверг, скотина…
- Я погляжу у тебя не очень развитый лексикон. Ты куда? – спросил он с интересом, глядя на то, как Гелла, лихорадочно одевает, почему-то, его рубашку.
- Подальше от тебя.
- Тебя ждать к утру?
- Делай что хочешь!
- Прямо все что хочу?
- Только, чтобы это не касалось меня!
- А жаль.
- Сволочь! – оказавшись в прихожей Гелла быстро одела босоножки, искать ключ не было времени, но ей это и не понадобилось. Ее магия снова была с ней. И выполняла любую ее прихоть, словно извиняясь. «Где ты интересно была, пока он меня там…» - мрачно усмехнулась Гелла, она была в бешенстве – ее возмущало, то как он себя повел! Неужели он видит в ней только куклу, с которой можно делать все что угодно? Просто использовать? «Ну нет, мой дорогой, тут ты ошибся… Я не простая, запуганная девочка, которой была раньше… Я теперь почти богиня…» - хотя ее волновало немного другое. Насколько же он могуществен, если смог так легко заблокировать все ее способности? А тогда у нее было столько силы… а он чихать на все это хотел. «Сволочь… Зато какая… все-таки это было великолепно…» - она мечтательно потянулась, но тут же оборвала себя – «О чем ты вообще думаешь?! Эта сволочь тебя изнасиловала! А тебе понравилось!» - «С другой стороны она не особо-то сопротивлялась, тем более одним разом больше, одним меньше… Какая разница!» - Гелла уже было повернула домой, но тут – «Зато как он это сделал! Да он тебя совсем не уважает! Плевать он хотел на твои желания! Ты для него просто красивая кукла, которую можно трахнуть в любое время, даже не интересуясь ее мнением по этому поводу!» - все было правдой. Все до последнего слова. Он действительно редко утруждал себя тем, чтобы узнать хочет ли она этого, просто начинал, а у нее не было сил сопротивляться. Гелла плюхнулось на лавку, стараясь разобраться в себе. Сидеть было холодно и не удобно и она уже проклинала себя за столь поспешное бегство – могла бы хоть джинсы одеть. Из темноты донеслись неуверенные голоса:
- Да давайте еще погуляем! У нас еще куча времени!
- Ой, а нам вообще стоило идти?
- Да не трусь, Димон, все путем, Кирюха прав, давайте погуляем!
- Ой, девушка! А че вы тут сидите? – к Гелле подошли три парня, на вид лет двадцати, одетые во все черное.
- Я разбираюсь в себе! Видите ли, меня только что изнасиловал мой парень, но мне понравилось. Вот я и думаю злюсь я на него или нет…
- Ни фига себе…
- Сама знаю. А вы зачем по ночам гуляете?
- А мы тут на кладбище идем…- начал было один, но третий, до сих пор молчавший, дал ему щелбана.
- Эх, ребятки, вот и на хрена вам туда? Неужели для вас смерть еще имеет мистический антураж?
- Ну вообще-то да, - признал первый.
- Глупые… молодые, да глупые.
- Ну по тебе тоже не скажешь, что тебе больше двадцати пяти, - нерешительно протянул драчун.
- А мне и не больше. Только вот пережила я много. И не раз сталкивалась со смертью.
- Че ты брешешь!
- А я не вру. Я вообще редко вру. Мне это ни к чему!
- Какие мы крутые!
- Так зачем вам на кладбище?
- Мы идем вызывать демона! – гордо вскинулся тот, которого называли Димой.
- И какого же? – Гелле стало смешно от того, насколько важными они считают данную прогулку.
- Мы хотим вызвать смерть! – сообщил первый, похоже для него это было очень волнительным событием.
- Я с вами!
- Но…
- Никаких но! – строго прикрикнула Гелла, усмехнувшись. В свои слова она добавила толику силы. Зато теперь никаких глупых вопросов. Она встала с лавки, ничуть не стесняясь своего наряда и подцепив драчуна по ручку пошла сними. «Смерть они собрались вызывать, придурки!» - хотя ей было безумно интересно, что же получится у начинающих сатанистов? А вдруг Азраил действительно придет? Хотя нет, этого как раз допускать не стоит. Еще не хватало, чтобы свидетелями их разборок стала гулящая молодежь. Хотя одно явление Азраила чего будет стоить их психике…
Их было около десяти человек, не считая Геллы. Три девушки и семь парней. Все сплошь серьезные и одеты в черное. Гелла усмехнулась – неужели они действительно собираются притащить Азраила на этот маскарад? Они хоть представляют себе смерть? Или ждут старушку с косой? Она не преминула спросить об этом у пробегающей мимо девушки:
- А как выглядит смерть? – девушка смерила ее презрительным взглядом и нехотя ответила:
- Здесь мы вызываем Азраила, истинного ангела смерти…
- И что уже вызывали?
- Нет. Этот процесс требует долгой и сложной подготовки…
- Странно… обычно он заявляется просто так, - прошептала Гелла, глядя на то как главный парень в странной маске, чертит пентаграмму обгоревшей веткой. Потом они полили лучи бензином и подожгли. Все встали в круг, только главный все еще стоял в центре пентаграммы. Он громко и напевно начал читать заклинание, похоже на древней латыни.
- Приди же, Азраил! – наконец выкрикнул он, отпрыгивая к остальным. Сатанисты сразу освободили место для него. Но ничего не произошло. Они стоял тут еще около двух минут. Потом Гелле это надоело и она решила устроить шоу. Она вышла в центр, как ни странно никто даже не попробовал возмутиться и начала:
- Ну, Азраил, ты и свинья! Ладно я, я уже привыкла к твоим выходкам, но люди! Они так старались! Они столько готовились! А ты? Вот спорим, валяешься и смотришь телик! Чем тебе еще заниматься? Свинья!!! И кольцо свое забери! – Гелла раздраженно сняла кольцо и кинула его в огонь. Она устало обернулась и заметила, что все смотрят куда-то сквозь нее, а точнее ей за спину…
- Выговорилась?
- Нет! Я тебе еще не все сказала…
- И не скажешь! Уперлась куда-то посреди ночи! Хоть бы оделась поприличнее!
- Да? А какая тебе разница во что я одета? Разве так важно, что снимать!?
- Большая! Я знаешь ли предпочитаю снимать все с тебя лично, а не доверять такое сложное дело остальным!
- Какие мы собственники! Я не игрушка и не кукла! У меня тоже чувства есть!
- Да что ты говоришь? Это ты не игрушка? Да ты обычная марионетка в руках у них!
- А зато тебе хочется, чтобы я была только твоей марионеткой!
- Да хочется! Довольна?!
- Нет! Стоп, что ты сказал?
- А есть разница?
- Да есть! Повтори…
- А я не буду! Я же свинья…
- Да самая натуральная!
- Тогда я могу позволить себе заткнуть тебе рот!
- Как же интересно?
- Тебе понравится…
- Знаешь…
- Что?
- Я тебя хочу, прямо сейчас…
- Прямо при людях?
- Нет, для них и так хватит зрелищ, вон некоторые уже поседели…
Глава 18.
Гелла стояла на непонятной красной плите, окруженная лавой. Рядом был Азраил, но стоял не двигаясь, и ей было страшно. Откуда не возьмись, появились те шестеро, из неизвестного зала… Они все были, даже девочка, похожая на куклу. Заговорил мужчина, которого Гелла еще в прошлый раз окрестила «королем»:
- Ты должна его бросить, твое место среди нас, а он тебя не пускает… - все согласно кивают, у Геллы появляются слезы и она еще сильнее прижимается к Азраилу, который все еще стоит не двигаясь. Потом говорит черноволосая:
- Дура, как ты не понимаешь! Мы можем дать тебе гораздо больше чем этот мир! Ведь тут только боль… - она протягивает к Гелле руки. Все что нужно – отпустить Азраила и взять эти руки. И тогда будет покой… Вечный, холодный покой… где нет места боли… «Но иногда боль единственный способ понять жив ли ты… Можно потерять гораздо больше чем приобрести… Маленький и глупый человечек кинул в звезду камень… Звездам плевать на людей… Это дорога одиночек…» - все эти слова лихорадочно проносились в ее голове. «Интересно, а что выбрала Диана?» - это было совсем не к месту, тем более от нее ничего не зависело. А лава все подступала, медленно поглощая красную площадку… И если она не будет с ними, то лава поглотит и ее. «Смерть это освобождение…» - правда ли это? И откуда Азраил это знает, если он сам никогда не умирал? За спинами звезд появились двое детей. Те самые мальчик и девочка, встреча с которыми так расстроила ее. От них исходил легкий, золотистый свет, теплый и живой, в отличие от звездного. И лава начала отступать, боги попятились к краю, шипя как рассерженные кошки, а ангелы все подходили… И тут начался ад: взлетали обжигающий фонтаны лавы, налетела горячая пяль, Гелла зажмурилась и сильнее вцепилась в Азраила…
- Ты чего? – Гелла потрясла головой, отгоняя сны. Азраил смотрит с интересом. Она убрала руки, а на плече его остались глубокие, кровоточащие царапины.
- Сон приснился…
- Похоже страшный.
- Да… А что такое?
- Берешь, царапаешься во сне, ревешь, так, что аж подушка промокла, и еще спрашиваешь. Мне же интересно.
- Знаешь, я не буду богиней.
- Твое право, ты точно это решила?
- Да, точнее не бывает.
- Так легко они тебя не отпустят.
- Придется.
- Почему?
- Потому, что они были правы… Ты был прав… Звезды слишком далеко, чтобы быть добром. Им плевать на людей и думают они только о себе. Как я думала, когда убила их… И этот грех навсегда останется на мне…Как бы я не старалась забыть об этом…
- Ты раскаиваешься в содеянном?
- Да. Раскаиваюсь, поверь мне очень тяжело признать это, но я была неправа… Я была неправа сплошь и рядом… Когда считала, что была богиней… Когда отнимала жизнь… Какое я имела право? Нет я все понимаю… Многие из живущих достойны смерти, а многие из умерших – жизни… Но если я не могу возвращать к жизни, то какое право я имею отнимать ее? Какая я дура… - из глаз все еще текли слезы. Осознание прошло для нее очень тяжко. Гелла прижалась к Азраилу, позволив перебирать темно-каштановые кудри и плакала… Как будто от этого все изменится… Все повернется вспять… Но ничего не происходило и ей оставалось только плакать. Ронять соленые слезы над своей глупостью, самоуверенностью…
- Наверное я попаду в ад?
- Я не знаю. В ближайшее время смерть тебе не светит… Поверь… Да и не отдам я тебя им…
- Почему? Я ведь заслужила… Я их убила… Убила родных… я последняя дрянь, да?
- Ну нет, зачем ты так говоришь? Ты абсолютно нормальная… Да и они сами во всем виноваты…
- Не надо, не ври… Это я виновата. Это мои грехи… И отвечать за них буду я… и только я…
- Но ведь это и их вина, – кивок в сторону окна, – без них этого бы не произошло…
- Нет. Это только моя вина. Я прельстилась их посулами. Я убила родных… я предала тебя… Зачем? Ради того чтобы избавится от боли? Но зачем? Если ради этого приходится совершать столько зла?
- Я не знаю, Геле, не мне отвечать на эти вопросы… Ты сама должна найти на них ответы… А сейчас спи…
- Мне все равно не уснуть… Так может?
- Нет, Геле, не сейчас. Никогда бы не подумал, что откажусь, но сейчас ты этого не хочешь. Сейчас ты просто считаешь это наказанием за совершенное тобой. Поэтому спи…
- Но мне это нужно!
- Не нужно. Тебе нужно выспаться, и без всяких снов… - Гелла почувствовала, как бездна подступает к ней со всех сторон и она проваливается в сон…
Глава 19.
Богиня… Кто это? Запуганная девочка, совершившая два убийства? И неожиданно получившая власть? Зачем? Почему именно она? Когда ей совершенно необязательно быть богиней… Когда у тебя такой покровитель, что даже они отступают перед его мощью? Сколько вопросов… и ни одного ответа… ей еще предстоит их найти… пройти сложный путь к свободе… Но для этого надо быть чистой… Чистой от всех грехов… Избавится от их губительного гнета…
С этой мыслью Гелла проснулась. Теперь она поняла – ей нужно, как говорится, замолить грехи, вернее покрыть их добрыми делами. Совершенными без всякой магии… без этой грязи…
- Мне нужно увидеть их могилы, - Азраил смотрит спокойно, он прекрасно понимает о чем она. Для этого ему даже не нужно пользоваться силой. Все и так ясно.
- Хорошо, Геле. Скажешь когда будешь готова.
- Опять это слово… опять проверяют мою готовность… Пожалуйста е говори мне об этом… - Гелла говорит тихо, но твердо. Всем видом показывая готовность идти до конца.
- Хммм… Я почему-то думал, что ты не настроена шастать по кладбищу в пижаме…
- Конечно нет! Так ты отведешь меня туда?
- А почему бы и нет?
- Азраил…
- Что?
- Спасибо тебе за все…
- Не надо, - он приложил палец к ее губам, - поверь, я этого не стою…
- Ну вот… Получается мы оба ничего не стоим…
- Ну в этом есть и свои плюсы… Мы хорошо смотримся вместе, - он улыбнулся и Гелла улыбнулась в ответ.
Через десять минут она вернулась в гостиную полностью одетая. Азраил окинул ее оценивающим взглядом и взял за руку. Гелла снова почувствовала, что окружающий мир стирается, плывет под натиском ледяной воды… пол хоть и на мгновение, но уходит из под ног, а потом все заканчивается и они стоят на старом кладбище. Вокруг могилы с покосившимися оградами, небогатые каменные кресты и памятники, укрытые тенью березок и плакучих ив. Тут особенная, присущая только кладбищу, атмосфера покоя и умиротворения. Азраил, все еще не отпуская ее руки, подвел Геллу к двум поросшим мхом могилам, стоявшим за одной оградой. Совсем обычным на взгляд прохожего могилам… Но Гелла напряглась и сильнее сжала его руку. Азраил осторожно убрал мох с надписей на гранитных плитах. Мягкие лучи утреннего солнца осветили две надписи. Два имени, столь много значащих для Геллы:
- Милена Семенова… Иннокентий Семенов… - тихо прошептала она, опускаясь на колени рядом с надгробиями. Из глаз потекли слезы, Гелла даже не пыталась их остановить – это было бессмысленно. Тем более она отчаянно хотела выплакаться, сейчас ей это было нужно как никогда. Азраил стоял за ее спиной, не произнося ни слова. Слова тут были не нужны. Казалось кощунством нарушить покой… Вечный покой…
Пол часа спустя они сидели в ставшей уже такой родной гостиной. Гелла молчала. Она не сказала ни слова с тех пор как произнесла два заветных имени… И потом молчание… Может, стоило поплакать, но слезы высохли… И оставалось только молчать… Азраил сидел рядом, но на его губы не кривила столь привычная усмешка. Гелла даже удивилась, она-то думала, что ухмылка там навечно… Но она оказалась неправа… И была рада этому:
- Интересно я увижусь с ними на том свете?
- Хороший вопрос… Одно могу сказать точно – в ближайшее время ты там не окажешься.
- Да… но когда окажусь, то прямая дорожка мне в ад… как там?
- Давало там не был. Да и не очень то хочется. Хотя черт их знает, может у них наконец прошла компьюторификация. И там теперь поинтереснее.
- А причем чем тут компьютеры?
- Видишь ли, мы должны идти в ногу со временем, но наши аналитики, что б их, до сих пор не решили, стоит ли вводить компьютерную систему. Нет, определенно надо, а то уже надоело с этими списками возится… Пора бы выбить из них хоть КПК поприличнее…
- КПК?
- Да, именно. Таскать постоянно огромные списки, это знаешь ли, удовольствие ниже среднего…
- Да уж, это точно… Но ты ушел от темы…
- Понимаешь, я не хочу говорить об этом… В аду будет так, как будет… В раю будет так, как будет… А пока мы тут, понимаешь? Мы тут, и надо радоваться этому… Потому что, поверь, человеческий век очень короткий…
- И что ты предлагаешь?
- Ничего… решай сама, все-таки не мне творить твою судьбу…
- Да, ты только меняешь угол ее наклона…
- Что поделать… Вот такая вот я тварь…
- Я знаю чего я хочу…
- Ты хочешь помогать людям?
- Я хочу оправдать свою вину.
- И ты не хочешь больше быть Богиней?!
- Мне кажется, что нет... если бы спросили меня я бы... хотела быть монахиней.
- Из богини в рабу? Забавно.

Глава 20.
Ее желание было исполнено мгновенно и мимолетно, но не им, таким могущественным и насмешливым над всей той глупой жизнью, а обычной старушкой, помощницей священника. Гелла уже распрощалась с мечтой стать монахиней и замаливать свой грех в монастыре, отдаляясь от мира такого дикого и подвластного только одному Богу. Ну разве только что со временем. Но она по-прежнему искала общества православного священника отца Андрея, и готова была исполнить любое его желание. Азраила это только забавляло. Но к этому Гелла уже привыкла – его вообще все забавляло. И он не ограничивал ее, предоставляя ей право выбора… К величайшему удивлению своему она услышав вопрос заданный ей Азраилом, только уже из уст священника.
- Из Богини в рабу? – спросил он ласково и насмешливо смотря на нее.
- Я никогда ей не была. Пусть я так считала, но это лишь пустые мысли… Не имеющие никакого значения…
- Это радует, Гелла, потому что ставить себя наравне с Господом... когда ты тоже сделан из плоти и крови, глупо. Хуже чем глупо.
- Я хочу помочь, - начала она осторожно, смотря на образ за спиной у священника.
- Поговори с Любушкой – она с удовольствием даст тебе работу.
Вечереет… Пустынный храм, редкие прихожане, освящены мигающим светом свечей. Отец Андрей служит вечернюю службу. Гелла стоит у входа, одиноко, сиротливо и ждет с нетерпением прихода Любушки. Стесняясь своего вида она покрывает отливающие золотом кудри темным капюшоном плаща. А потом приходит Любушка, берет ее за рукав и мягко просит выйти на улицу чтобы не мешать батюшке, и немногим прихожанам в церкви.
- Ты уверенна, что хочешь этого?
Гелла кивает. Осенний холодный ветер выбивает из-под капюшона прядь темных, при этом освещении волос. Гелла изящно убирает ее, на руке ярке вечернего сумрака мерцает кольцо.
- А это тебе придется здесь оставить, - сказала сурово старушка, Гелла только покачала головой – расстаться с этим кольцом было невозможно. Сколько раз она его теряла, выбрасывала, оставляла где-то ненароком – без толку… На утро кольцо было на воем прежнем месте. Любушка развела руками – мол как знаешь, мое дело предупредить, - там куда ты отправишься тебе это не поможет. Значит слушай внимательно, место это нехорошее. Но один хороший человек дал деньги на постройку там храма и наш второй священник отец Василий отправился туда, чтобы служить там. Но люди там... прости Господи, не люди, змеи. Готовы ужалить и даже убить, - несколько раз поджигали дом отца Василия, жену его пугали... убить грозились. Твоя задача будет помочь отцу Василию, поддержать его... Но не в коем случае не старайся их исправить. Убьют не заметят...
Но у Геллы в душе уже грелась надежда - наставить этих «людей-змей» на путь истинный и таким образом заслужить прощение.
Холодный, совсем осенний ветер развивает волосы. Гелла стоит на балконе, свесившись через перила и смотрит на залитый светом неоновых реклам город. Азраил, как всегда неслышно возникает рядом, заглядывает в глаза:
- Ну и как поживают твои благие намерения? – насмешка в голосе… вечная насмешка. «Интересно ему не надоело? Вот так вот? Смотреть на мир с вечной иронией?» Но отвечает она в том же духе:
- Они живы, здоровы и процветают.
- Неужели ты больше не относишься к свите Волланда... И к атеистической мифологии больше не относишься?
- Я и не относилась раньше. Мое имя не имеет пересечения с этим замечательным романом...
- Ну, вот. Какая жалость.
- О чем это ты?
- Ну как же? Ты же уезжаешь…
- Да, конечно! Некого будет трахать, да?
- Поверь мне, не в этом счастье. Просто скоро мне будет пора… А ты уезжаешь…
- Что, уже совсем скоро?
- Да, несколько месяцев, по людскому счету. Но почему-то мне кажется, что я уйду раньше…
- Ты не хочешь поехать со мной?
- Нет. Я не занимаюсь благотворительностью. При моей работе это лишнее.
- Значит это все? Может ты хоть потом приедешь?
- Зачем?
- Хотя бы, что бы попрощаться…
- Может быть…
- Так да или нет?
- Я ничего не могу обещать… поэтому, я думаю нам стоит попрощаться заранее…
- Да, и это человек говорит, что не в сексе счастье…
- Не человек…
- Поверь, тут это большой роли не играет…
- Верю, пошли?
Глава 21.
Дождь бьет по окнам, его струи, похожие на слезы, скатываются по холодному стеклу. Гелла отвела взгляд от окна, стараясь не смотреть на удаляющуюся остановку, вернее на фигурку все еще стоящую на этой остановке:
- Это все ненадолго… мы еще обязательно встретимся… ведь встретимся, правда?
- Что ты сказала, деточка? – к ней подсел какой-то старичок.
- Нет, ничего, так мысли вслух…
- Ну ничего так ничего… - потом часы в дороге и скука… страшная скука. Гелла поежилась – неужели она не видела его всего три часа, а ей уже так его не хватает? Она бросила взгляд на колечко, которое все так же ярко блестело на пальце, словно отгоняя тоску, прочно поселившуюся у нее в душе… или в том, что от этой души осталось…
Они действительно были очень злыми. Когда Гелла шла по деревне в первый раз они молча наблюдали из-за закрытых окон и глаза были настолько жестоки и злы что она чувствовала эти взгляды. Она понимала что уже, стоило ей только войти в эту деревушку они готовы были ее забросать камнями... И встреча с первым представителем этого села была не из приятных:
- Привет, детка, новое лицо... Хочешь отсосать? – прямо перед ней как из земли вырос лысый и дурно пахнущий мужчина неопределенного возраста, она невольно хотела сравнить его с братом, но... раскаяние не дало ей этого сделать.
- Отвали, - тихо сказала она и оттолкнула его со своей дороги.
Он дал ей отойти на несколько шагов, но потом протяжно завопил на всю деревню, запустив ей в след ком грязи с дороги.
- Ну и пошла ты на хуй, дура набитая! Чтоб вам всем фанатикам чертовым в говне сдохнуть... Порву как тряпку так и передай своему исусику.
Для нее нашли старый, полуразвалившийся дом на самой окраине. Гелла с ужасом вздохнула, оглядывая грязные, пыльные полы и паутину в углу. И тут возможно жить? Какой кошмар… Из грустных мыслей ее вывел звонок маленького мобильника. Откуда он у нее? А какая разница… Главное сразу понятно кто звонит…
- Привет.
- Привет. Мне тебя сильно здесь не хватает...
- Правда?
- А зачем мне нужно лгать?
- Как тут?
- Если честно, то отвратительно… В этом доме убираться придется до второго пришествия!
- Нет, я думаю ты управишься быстрее. Насколько я помню до второго еще топать и топать, хотя кто их знает, может они и поменяли графики…
- Если честно, то мне от этого е легче…
- Верю. Тут какое дело, мне надо будет смотаться назад, а то там какие-то проблемы, без меня никак не управятся, в общем меня не будет около недельки. Ты тут не скучай. Если кто обидит, запомни, я потом разберусь А так помогай своему отцу… Василию, кажется? Ну все, целую тебя в… Хммм… так сразу и не выберешь-то… в общем целую, увидимся.
- Увидимся… - Гелла нажала отбой и положила телефон в карман, еще раз страдальчески оглядывая пыльные углы… Вот тут бы магией… но нельзя… и она со вздохом порвала старую рубашку на тряпки…
На следующий день священник отец Василий, честно признался Гелле в своем страхе.
- Все мы присланы сюда чтобы творить добро, - начал он, - но эти люди. Я даже теряю надежду но... Я все равно останусь тут до последнего, - Гелла догадалась о чем он говорил, - когда я пойму что скоро ты увезешь отсюда Машеньку, и вы больше никогда сюда не вернетесь.
- Никогда… Никогда не говори никогда…
- Извини, что?
- Никогда не говори никогда… Потому, что жизнь иногда вытворяет такое…
- Ты права, дочь моя, все в руках Господа нашего…
- Только ли… - это Гелла произнесла совсем тихо, чтобы священник не услышал.
Глава 22.
Это случилось… Люди совсем сошли с ума и решили ограбить храм… Отцу Василию пришлось взять ружье и охранять церковное имущество. В глазах решимость стоять до последнего… До конца, каким бы страшным он не был… Толпа беснуется у стен, у них осталась только одно – жажда разрушения, жажда смерти… Глава толпы старик, слепой на один глаз, требует чтобы он не пытался даже, иначе будет хуже. Отец Василий отказывается и тогда толпа буквально затаптывает его, потому что ружье ему не помогло он не смог выстрелить - не смог отнять чью-то жизнь. Толпа громит храм, жгут и ломают все что попадается под руку, уродуют иконы...
А Гелла тем временем чувствуя конец помогает собраться жене отца Василия, собрать их маленькую дочку и провожает их до остановки:
- Мамочка, мама, а как же папа? – в детских глазах блестят слезы. Девочка не понимает почему им приходится так спешно бежать. Гелла слушает это, стиснув зубы. В голове настойчиво бьется одна мысль «Ты можешь помочь… Ты можешь… Но нельзя… Или ты просто не хочешь?» Вот так вот… нельзя… потому, что от магии только зло… Хотя, вон Азраил пользуется во всю, и плевать он хотел на то, что это зло… Тем более зла от его магии не было… «Сравнила…» оборвала она себя:
- Гелла, а как же ты? – В глазах Машеньки испуг.
- Я остаюсь…
- А может все-таки поедешь? Это страшное место… как же тут?
- Со мной ничего не случится… А если и случится, то так мне и надо…
- О чем ты, детка, я не понимаю…
- Поверьте, Мария Владимировна, это и к лучшему. А со мной они ничего не сделают…
- так ты остаешься? – но Гелла уже не слушала, она помогала девочке забраться в подъехавший автобус. Машенька бросила на нее взгляд, полный неизбывной тоски и двери закрылись. Гелла устало зашагал в деревню
Быстро опустилась ночь. Пьяные, разгоряченные люди празднуют кончину священника на развалинах храма. Их кровавое развлечение похоже на шабаш нечистой силы. Гелла медленно подходит к одноглазому, в темноте ее глаза горят диким, фиолетовым огнем. Старик пятится, заметив это, похоже он понимает насколько ей хочется снести это место с лица земли… Но нельзя… и это он тоже понимает, поэтому после молчаливой дуэли он бросает уже развернувшейся Гелле:
- Ты остаешься здесь? – она не отвечает – зря…
Но Гелле все равно. Она спокойно уходит к себе домой не обращая внимания на буравящие спину взгляды… Взгляды полные неизбывной ненависти… Так ненавидят только лютые звери… Чующие угрозу, исходящую от тех, кто не такой. Для кого кровавые развлечения и жгучий алкоголь не имеют столь большого значения… Для кого существует прекрасное, то, которое они, звери, не видят. Потому что они живут в своем маленьком мирке… Загаженным до предела их же злом… их ненавистью… Гелла устало поморщилась – как можно так существовать? Некоторые живут… это счастливые люди… Некоторые наблюдают за течение своей жизни, это делает их несчастней, запутывая таких людей в хитросплетениях интриг высших… А некоторые просто существуют… На уровне звериных инстинктов – не рассуждая, не думая, подчиняясь только своим первобытным желаниям… как так можно? Не известно… «И вот им ты хотела нести просветление? Да… хотела… и хочу до сих пор…» самым важным, чему она научилась у Азраила – это не сдаваться, всегда добиваться своего, чего бы тебе это ни стоило… Азраил:
- Где ты? – ее вопрос разорвал ночную тишину, но остался без ответа – где ты…
Как же ей хотелось, чтобы он снова был рядом… Ведь тогда ей все было бы по плечу! Ей ничего не было бы страшно, у нее бы все получалось… Потому что он рядом… И если что пойдет не так, то он ее исправит, обьяснит, поможет… Вот его бы эти людишки точно послушали бы… Но его сейчас нет… Гелла вздрогнула… В кармане зазвонил маленький мобильник:
- Я хочу тебя… - начала было Гелла, но он ее перебил:
- Я тоже тебя хочу!
- …увидеть.
- Ну, первое без второго невозможно.
- Так ты приедешь? – в глазах загорелась надежда
- Ваше желание – закон, прекрасная Гелла.
- Когда?
- Завтра… - трубка разорвалась гудками. Гелла быстро сунула телефон в карман и побежала домой. В голове осталась только одна мысль: «Завтра… Он приедет завтра…». И ей хотелось, чтобы завтра наступило как можно скорее…
Глава 23.
Деревенская шпана пошла развлекаться. Сегодня они решили поиздеваться над фанатичкой. Разбить пару окон, разрисовать дверь, ну еще чего-нибудь.
- Костян, поди проверь есть кто дома! – велел главарь и самый маленький мальчик лет одиннадцати начал заглядывать в окна. Когда он заглядывал в окна, выходящие на ту сторону дома раздалось восхищенное «ОГО!», и старшие решили глянуть, что там происходит.
- Нихрена себе, - выдавил главарь, когда увидел все своими глазами. Но им не удалось долго наслаждаться этим зрелищем, так как вдруг закрылись занавески. Кто их закрыл, если в комнате их было всего двое и оба были заняты осталось тайной. Но куда больше пацанов поразила записка, приколотая к шторам. Она гласила « Валите-ка отсюда, ребятки! Вам тут не кинозал с дешевым порно!»
С тоненькими вскриками они ринулись со двора.
- Спи.
- А куда пойдешь ты?
- На маленькую экскурсию по окрестностям.
- Хорошо…
Азраил шел по деревне и казалось от него летят искры. Глупые человечки! В принципе, они его ни капельки не интересовали, но раз уж Гелла хочет наставить их на путь истинный, то он пойдет и объяснит им, почему ее нужно слушаться. Азраил дошел до небольшого пустыря посреди деревни, так называемой площади. Это была довольно большая площадка с утоптанной землей. На той стороне которой стояло два ларька. Вокруг главной площади расположилось еще несколько зданий: парикмахерская, магазин, сельсовет, и еще пара каких-то домиков без табличек. Он щелкнул пальцами и в центре возник грубо сколоченный, деревянный помост. Азраил легко запрыгнул на него и развел руками. Через пять минут пространство перед ним было заполнено матерящимися людьми. Их что-то вырвало из домов и потащило сюда, кому это улучшит настроение. А тут еще какой-то странный парень на неизвестно откуда взявшемся помосте.
- А теперь слушайте меня! У вас в деревне моя девушка, и ели по вашей вине в ее головы упадет хоть волос… Или она расстроится или еще что-нибудь, то вам конец, причем куда более страшный чем этот… - еще один небрежный щелчок и каждый увидел. Да, именно увидел. Лица побелели, некоторые начали судорожно дергаться. Азраил усмехнулся, он всего-то показал им страшный суд – Вы все поняли?
В толпе заторможено кивнули, оглянулись, но не было ни помоста, ни парня на нем. Но люди твердо усвоили: фанатичку трогать нельзя.
На утро, когда Гелла зашла в гостиную, она обнаружила там Азраила, потягивающего растворимый кофе и с книжкой в руках:
- «Идиот»? Что, хочешь понять загадочную, человечью душу?
- Что-то вроде.
- Тогда подождешь меня, я прогуляюсь до магазина.
- Ага…
- Пожелания есть?
- В смысле?
- Тебе что-нибудь купить?
- А-а-а, а я уже обрадовался,… Купи мне шоколадку.
- А ты не растолстеешь?
- Сама знаешь, что нет…
- Ну тогда я пошла?
- Иди.
- Ну не дуйся! – Гелла поцеловала его в нос – хочешь я куплю две шоколадки?
- Ага.
Глава 24.
Гелла вышла из дома и направилась к площади. Там был единственный работающий магазин. Но что-то напрягало ее, вскоре она поняла что: она шла по пустым улицам. Как будто все только и ждали ее появления, что бы скорее убежать оттуда. У нее в голове появились кое-какие мысли: «Ага! По окрестностям он гулять пошел». Но шоколадки она все равно купила. Ведь это может быть просто совпадением. На обратном пути все сомнения пропали, так как к ней подошел тот самый одноглазый старик:
- Милостивая госпожа, - непривычно слащаво заговорил он – вы уж не гневайтесь на нас. Мы не от природы такие, а жизнь довела…
Гелла не дослушала его, она уже бежала к дому, она не помнила когда последний раз была в таком бешенстве… Азраила она нашла в спальне, он развешивал в шкафу свои костюмы, беззаботно напевая что-то попсовое:
- Я поцелую тебя глубоко, я сердце задену тебе станет легко…
- Какого черта? Какого черта ты их напугал, - кричала Гелла, она не обращала внимания, что снова начала пользоваться силой: вокруг летали искры, периодически разрываясь маленькими фонтанчиками – Я столько времени потратила, пытаясь наставить их на путь истинны, а ты, - она в бессилии начала стучать кулачкам ему в грудь, но не было заметно, что ему больно. Азраил просто притянул ее поближе и запечатал рот долгим поцелуем.
- Ты просто в наглую меня поимел!
- Разве можно поиметь богиню?
- Оказывается можно…
- Но ведь тебе понравилось?!
- Да, но…
- Тогда повторим?
- Иди ты! Я тут с ним серьезно поговорить хочу, а он…
- Только давай быстрее, а то мне быстро надоедает просто разговаривать…
- Ты можешь думать еще о чем-нибудь кроме секса?
- Нет, в этой дыре это единственное развлечение.
- Ну ты хам…
- Ничего подобного. Вот подумай сама, что можно делать, перечисляю: ходить по кинотеатрам, музеям, ресторанам и так далее по списку… Но ничего такого здесь нет. Книжки я перечитал почти все, пока ты была в колонии. По телику смотреть абсолютно нечего, тут всего три канала, но и те с помехами. Прикалываться над тобой, все равно что над собой, то есть без интереса. А над людишками ты не разрешаешь. Вот чем еще можно заниматься?
- Включи фантазию.
- Я включаю, но не помогает.
- Врун…
- Кто бы говорил. Вот скажи тебе же все рано нравится то, что теперь ты можешь не боятся этих чудиков?
- Да… Тут ты прав, особенно если вспомнить мое первое впечатление о деревенских жителях…
- А вот тут вот поподробней…
- Мне такой кретин встретился.
- Опиши. Я объясню ему, что он был не прав.
- Ну нет, ты же убьешь…
- Ничего подобного, я даже сделаю это чисто человеческим способом…
- Каким?
- Кулаками.
- Не стоит пачкаться. Это все такая грязь…
- Самое интересное, даже для меня, что если ты захочешь, то я с ног до головы в этой грязи вываляюсь.
- Почему?
- Потому, что люблю тебя, не смотря на все твои закидоны.
- Я тоже тебя люблю… - Гелле было странно говорить об этом, но все оказалось не так страшно, как она предполагала. Слова так и остались словами, и ничего не спешило манятся…
Глава 25.
Легкое пламя свечей создавало мистическое впечатление. На стенах колыхались огромные тени, пугая Геллу своими жуткими очертаниями. В церкви осталось только распятие, в половину ее роста. Эти существа, она не могла назвать их людьми, оставили его словно в насмешку. И пусть теперь они ее боятся, хотя нет, боятся они не ее, а Азраила, вернее того, что он может сделать. Но они не спешили возвращать награбленное имущество. А она надеялась, что они принесут хотя бы что-то. Но нет, выступление Азраила добавило им страха, но не совести. Которая у последнего тоже отсутствует напрочь. Гелла страдальчески закатила глаза: ей было с ним и нестерпимо трудно и невероятно легко одновременно. Многие его привычки бесили ее до крайности, но она все рано не могла ему сопротивляться. Для Геллы все это было ново и странно, но она ничего не хотела менять. И с содроганием думала о том, что ему придется уйти… А ведь когда-нибудь придется. А потом он вернется. И она снова увидит его, но эта их встреча будет для нее последней… Зато последним, что она увидит отправляясь в ад, а что именно в ад сомнений не было – два убийства все еще отягощали ее душу, будут его глаза. Такие голубые и притягательные. А потом она все-таки сорвется в бездну, по краю которой так любит гулять сейчас… Странно… Глупо и нелепо… Но ничего нельзя сделать…
Гелла вышла из церкви, даже не запирая дверь – все равно все что можно было они уже забрали. Она шла по тонущим в сумерках улочках дорожкам. Откуда-то доносились пьяные песни. В воздухе пахло так называемым бабьим летом. Гелла свернула за угол и то, что она там увидела поразило ее до глубины души. Что она там говорила? Любовь? Ничего подобного… в середине пьяной компании сидел Азраил и лапал попискивающих девиц. «Предатель» - мелькнула злобная мысль. А она-то ему верила, когда он еще ночью говорил ей, что любит, что никогда не бросит… «Скотина похотливая… мог бы хоть кого посимпатичнее найти» - неожиданно Гелла бросила на девицу оценивающий взгляд: и действительно ничего особенного.
- Ге-е-еле, что ты стоишь как неживая, присоеди-и-няйся… - кое-как проговорил Азраил, язык заплетался, а сивушный аромат Гелла почувствовала даже на расстоянии.
- До свидания, Азраил, увидимся в мою последнюю минуту! – Она нашла в себе силы на презрительную усмешку, он только тоскливо посмотрел, как она уходит прочь. Совсем не в том направлении, где находилось их временное жилье. Азраил встал, и стал понятно, что абсолютно трезв.
- Ну пока ребятки, пойду смотреть что получилось.
- А как же я? – брошенная девица удивленно уставилась на него.
- Ах да, спасибо, что помогла конечно, но не думала же ты, что все это всерьез… - под конец его губы искривила презрительная усмешка. Девица обиженно отвернулась, но к ней тут же подсел кто-то из местных.
Как только Гелла оказалась за поворотом она понеслась куда глаза глядят. Она не разбирала дороги, так как глаза застилала пелена слез: «Значит любишь! Значит все всерьез! Как же! Размечталась дура! А он… как он мог… предатель. Зачем он все это говорил? Зачем дарил ей ложную надежду? Зачем… Зачем? ЗАЧЕМ?» - эта мысль пульсировала в голове, от нее нельзя было избавится. Гелла оказалась на кладбище. Не глядя по сторонам Гелла уселась на чью-то могилу, больше всего мечтая поменяться местами с неизвестным покойником. «А почему бы и нет?» - мелькнула внезапная мысль – «Твою совесть и так отягощают два убийства… подумаешь убьешь еще и себя… все что нужно, это только захотеть…». Неизвестно откуда в ее руке блеснул нож. Гелла усмехнулась и вонзила его себе в горло. «Я и не думала, что наша последняя встреча состоится так скоро…» - Гелла сидела на могиле, не обращая внимания на кровь, заливающую куртку. Она ждала его. Но появился какой-то растрепанный парень с планшеткой в руках:
- Пойдем, смертная, твое время пришло… - начал он замогильным шепотом, явно красуясь.
- Ты кто? – она ожидала увидеть здесь совсем не его.
- Я – Азраил, ангел смерти…
- Ты брехло! Азраил сейчас сидит и бухает! А вот ты кто!
- Ну ладно, я исполняю его обязанности… пойдем, твой час пришел…
- Ну нет, с тобой я никуда не пойду! А ну тащи сюда этого предателя!
- Нет, ты совсем охамела? – он схватил ее за руку – какого черта? Ты убиваешь себя, а сейчас отказываешься идти? Мне впервые доверили замещать Азраила! Я не хочу опозорится перед начальством! А ну пошли!
- Отпусти ее, она никуда не пойдет… - из темноты вышел Азраил, он по-прежнему насмешливо смотрел на Геллу, которая сразу опустила глаза.
- Азраил? – похоже растрепанный ничего не понимал.
- Да, это я, Велиар, отпусти ее, она никуда не пойдет.
- Сволочь… Вот возьму и пойду! – она обернулась к Велиару – куда идти?
- Ты никуда не пойдешь, - проговорил Азраил, четко выговаривая каждое слово.
- Блин, разбираетесь между собой тут, а мне отчеты писать!
- Велиар…
- Ухожу, ухожу… - и он исчез в туманном мареве. Азраил подошел к Гелле, все еще не поднимавшей головы. Взял окровавленный нож, оглядел его со всех сторон и спросил заглядывая в глаза:
- Ну и зачем?
- Что зачем?
- Зачем ты это сделала?
- С предателями не общаюсь…
- Дура, подумаешь посидел с местными, выпил, я же не мешаю тебе ходить в церковь?
- Сравнил… молодец, но пойми, я не игрушка, со мной так нельзя!
- А кто сказал, что ты игрушка?
- А разве это не так?
- Какая же ты дура… - он дотронулся до ее шеи, а когда убрал, руку, то не осталось даже шрама, только полоска чистой, белой кожи. О случившемся напоминала только кровь, щедро испачкавшая куртку – Ну что домой?
- А у меня есть выбор?
- Вот тут ты права: выбора у тебя нет…
Глава 26.
- Куда ты?
- Не волнуйся, я ненадолго… Мне нужно заскочить наверх.
- Азраил, мне страшно… Сегодня что случится… что-то плохое… со мной… - она убрала волосы с лица и фиолетовые глаза ярко заблестели в полумраке комнаты. Азраил опустил глаза. Впервые, но Гелла бела слишком напугана, чтобы обратить на это внимание. Гнетущее чувство беды… Страшной беды не давало ей покоя… А теперь еще и Азраил уходит, а без него она вообще станет слабой и беззащитной. Он пошел вплотную, поцеловал ее:
- Гелла, запомни, что не случается, все к лучшему. Я тебя люблю… - и вот рядом уже никого нет, а чувство опасности сильно как никогда…
Азраил приподнялся с кресла, как только в комнате материализовалась рослая фигура в белом плаще. Лицо закрывал капюшон, рукава были настолько длинными, что доходили едва ли не до колен. Азраил церемонно наклонил голову:
- Это случится сегодня?
- Да… Мой мальчик, это случится сегодня… - человек в плаще скорбно покачал головой, глядя на поникшего Азраила. Они немного помолчали:
- Можно сделать так, чтобы она не чувствовала боли? Лучше отдайте ее боль мне…
- А она и так ее не почувствует… Ты же понимаешь, что она теперь как мы… за гранью…
- Тогда что случится сегодня?
- Сегодня она это осознает…
- А люди? Она столько хотела сделать для них?
- Хммм… они разделят между собой ее боль… И осознают… Люди уйдут оттуда, спалив проклятое место…
- Долго еще ждать?
- Совсем нет, мой мальчик… осталось совсем немного…
Гелла услышала грохот выбиваемой двери, потом грохот тяжелых шагов, потом на пороге ее комнаты появились несколько деревенских бугаев, под руководством одноглазого старика. Гелла попыталась забиться в угол лихорадочно натягивая одеяло, но удар чего-то тяжелого по голове погасил ее сознание.
Сначала вернулся слух… Со всех сторон в уши бил рев беснующейся толпы:
- Смерть ведьме… Сжечь ведьму, СЖЕЧЬ! СЖЕЧЬ! СЖЕЧЬ!!! – Гелла с трудом разлепила глаза и тут же закрыла их обратно, убеждая себя, что все это лишь дурной сон… И на самом деле она сейчас спит в теплой постели, а не стоит привязанная к какому-то бревну, посреди кучи хвороста… Она все таки открыла глаза… Радующиеся люди… Их так много… Кажется здесь собралась вся деревня орт мала до велика… И они счастливы, они невероятно счастливы… Кажется предстоящее сожжение вызывает у них дикую, первобытную эйфорию… и только однообразный крик – «СЖЕЧЬ!» доносится со всех сторон, заглушая мысли, заглушая учащенные удары взбесившегося сердца… Уродливый старик поджигает сухую ветку – толпа кричит в экстазе - он бросает ее на кучу хвороста…
В светлой комнате без окон все еще стоят две фигуры. Человек в капюшоне достает из кармана маленькие серебряные часы, Азраил тихо спрашивает:
- Пора?
- Пора…
Как ни странно, но Гелла не чувствует боли, не чувствует запаха гари. Огонь бушует в считанных миллиметрах от нее, впрочем не причиняя ни малейшего вреда. Толпа завывает на одной ноте, упиваясь ее, якобы страданиями. А потом прямо перед костром появляется Азраил. Он тихо улыбается, и эта не та обычная ухмылка. Это что-то другое, настолько светлое и чистое, что Гелла улыбается в ответ, а потом смеется. Ее серебристый смех разносится далеко за пределы площади, заглушая вой людей… Азраил делает шаг в костер и огонь испуганно расступается… Гелла обнаруживает, что ее руки и ноги свободны. Она берет протянутые руки Азраила и величественно поднимается по лестнице, не понятно откуда взявшейся здесь. На площади воцарилось полнейшая тишина. Ни звука… Все пораженно уставились на две фигурки неспешно идущее по лунной дорожке…
Кто-то заплакал… Потом заплакали все, даже одноглазый старик… Это были чистые слезы раскаяния…
- Вот и все?
- Вот и все, Геле, вот и все…
- Здорово… Ведь теперь у нас впереди вечность?
- Вечность…
Казалось и не было никогда этой деревушке в центре Росси и не было никогда девушки по имени Гелла…А может и были, но что от этого целому миру? Миру полному живых людей? Ничего… Ведь у мира впереди вечность…
4 января 2007 г.


Теги:





-1


Комментарии

#0 11:32  01-02-2007Сантехник Фаллопий    
Тому, кто это осилит, вечный респект и счастье.
#1 11:45  01-02-2007Какащенко    
Проскроллил,видел слова : топор, большая и и капюшон.Много думал.Не про йеблю ли?
#2 13:18  01-02-2007Файк    
Еттого никохда не прочитать.

Нахуя так писать,афтр?

#3 14:02  01-02-2007swriter    
*плачет*

ниасилил,слабавольный йа...

#4 14:03  01-02-2007Hazel    
Слухай пиздатенький стишок, однако. а зачем так писать? тут все 100 тыс знаков! это дажене в одно издетельство не возьмут, вот и выкладываю в нете. но вы правы, кто осилит - тому респект....
#5 14:07  01-02-2007Hazel    
Мне кстати тож какая-то деваха стих прислала, написанный, как она сказала, после прочтения сей хрени. тока вот у нее он серьезный очень, и не по теме....

Чернокрылый Азраил.

Ты искра счастья из мечты,

В погоне за своей звездой,

Там где туманы и цветы,

Зовешь не вольно за собой.


И твой прозрачный ореол.

Ты светом манишь мотылей,

Ты проиграл последний бой

Теперь ты сослан в мир людей.


Рожденный светом ангел тьмы,

Низвергнутый в банальность дня

Я молча отпущу тебя,

Я стану жертвой немоты


Я больше слов не пророню

Пока живешь и дышишь, но

Я как безумная люблю,

Но тебе просто все равно!


А на земле бегут года,

И рана превратилась в шрам.

Но бой проигранный тогда

Так часто снится по ночам.


А я молчу, и ты молчишь,

Пусть наша жизнь такой ценой,

Я знаю, что ты улетишь

В погоню за своей звездой.


Ты воплощенье моих снов

А ты в бега, убить покой

Я не могу сказать постой

Лишь звук стихающих шагов


Ты ангел дня, рожденный тьмой,

Как воплощенье темных сил.

Я стану для тебя звездой


Мощно?

#6 14:16  01-02-2007Француский самагонщик    
Блятть! Ну хоть по частям бы постила, афратша! Нет, не будет мне вечного респекта и щастья от Сантехника.

А стих от девахи - антр ну, полное гавно.

#7 14:22  01-02-2007Наина Трефф (NT)    
а продолжение будет?
#8 14:49  01-02-2007Француский самагонщик    
Наина - богиня скорочтения паходу
#9 15:07  01-02-2007Наина Трефф (NT)    
ФС, да я даже двух строчег не прочла
#10 15:14  01-02-2007Fedott    
Я тоже проскролил. Сдаецца мне, это мистика + фэнтези, а основная идея: "Ты меня любишь, я тебя нет - я тебя люблю, ты меня нет".

Вязкий слог, не могу себя заставить начать читать.

#11 15:15  01-02-2007Mighty Daemon    
Я думаю, что надо пригласить товарищей, осиливших Израилиаду. Может этот роскас по силе ничуть нихуже.
#12 15:16  01-02-2007Fedott    
Вообще, конечно, проще пояснительную записку в сто листов к проекту прочесть.

Там хоть приятным казенным языком написано.

#13 15:18  01-02-2007Кысь    
Господи!!!!! Помоги афтарше поскорее встретицца с Азраилом! Тока ибацца им не давай, а то опять с неотстиратых простынок - на на 26 глав мудотени!

С афтаршей фсё ясно, осталсо лишь вопрос: как Азраил себе рот полАскал в 9-й главе? Опишите процесс отдельным коротким крео - и к Азраилу, к Азраилу!

#14 15:51  01-02-2007Trezor    
Мит Джо Блэк с элементами Претти Вумен.
#15 15:57  01-02-2007Гудвин    
я дошел до 14 главы, приехайте кто-нибудь и пристрелите меня, пока я до конца не дочитал и не ебнулся окончательно.
#16 16:12  01-02-2007Hazel    
Дочитаешь - обязательно ебнешся... это я тебе обещаю, там бля, пьяный хеппи энд! А пьный, потому что сидели, все в жопу бухие после нового года... "Ты меня любишь, я тебя нет" - это не я! Это Соня Адлер!!! И тут между прочим полное отсутсвие лезб, в отличае от ее книги...
#17 16:14  01-02-2007Француский самагонщик    
Наина

гыгы. я даже одной ниасилел, не щитая заглавия и стишка.

Кысь, Гудвин

отдельный респект! дойти до 9-й главы - это практически подвиг, не говоря уж о 14-й

#18 16:19  01-02-2007Лютый ОКБА    
Уснул пока скролил. Про што там, вкратцэ, только тезисно блять, а?
#19 16:20  01-02-2007Fedott    
О, хорошая мысль, давайте зададим автору наводящие вопросы.

Например: "Каков нравственный посыл вашего творчества?"

#20 16:30  01-02-2007Гудвин    
кассирша, не лемита, преца домой со смены, тройка уебанов пэтэушников мнут ей в подъезде сиськи на предмет оттрахать, но тут появляется он и все получают пизды. герой на минете не настаивает, а кассирша зажала, маманя ее полуебнутая доводит каждый вечер, брат наркоман трясет на бабло, все заебали, никто не ебет, даже герой не позарился, ебнулся спать в соседней комнате, урод блядь. с таких жизненных перепитий не ебнется разве что уже блаженный, кассирша ножом расшинковала мамашу и брательника, ее вяжут по собственной наводке, сажают в одну камеру со шмарами с тверской и прочей поебенью разнополой, что удивительно, но тут появляется опять он, правда и здесь не до ебли, но колечко успел подарить. ей дали пять лет на тюрьма, но и там никто не вдул, колечко охраняло. откинувшись с зоны она опять преца домой, и снова нож к горлу и снова он и опять все по новой, но... на этот раз он ее трахнул, она целкой оказалась, а он сказал, что он смерть. потом решили ее сделать богиней, но сие есть зло смердящее, короче звиняйте, но с меня хватило. там потом, как водится, вроде все умерли.
#21 16:38  01-02-2007Француский самагонщик    
Гудвин

это до 14-й главы? или до конца?

вообще-то в адаптированной версии мне понравилось

#22 16:44  01-02-2007Дрюня    
Прочитал 13 глав, чуть не охуел больше не могу, ну нахуй эту гелу
#23 16:45  01-02-2007Гудвин    
ФС

угу, дальше чистая психоделика и необходимо отрешиться от всего мирского, чтобы понять все сутьпричинные метаморфозы оголенной фантасмагоричности автора в его порывах провести неустойчивый вектор от своего виртульнообразного восприятия мира к реальности через призматические отклонения идеалистически собраных им образов, на основе простейшей механики раскрутки сюжета в вялотекущих, только ему понятных, диалогах.

#24 16:52  01-02-2007Француский самагонщик    
Роман "Моя богиня". Автор Hazel. Перевод Гудвина.

Очень зоебись.

#25 16:59  01-02-2007Кысь    
ФС

Не слушай Гудвина, а то он те наговорит) "сутьпричинные метаморфозы оголенной фантасмагоричности автора в его порывах провести неустойчивый вектор от своего виртульнообразного восприятия мира к реальности через призматические отклонения идеалистически собраных им образов")))

Дальше было вот што: косирша, отсидевшая в обезьяннике, КПЗ и на зоне (о чём афтырьша не то что сама понятия не имеет, но и не удосужилась даже у донцовой почетать для придания какованить правдоподобия), начинает ацкую йоблю со смертью (типо), но вскоре сей экстрим с экпериментаме ей прискучил. и пошла она в народ, где опять искала поибацца извращённо - то ись, в моск. даже, блять такая, детей не щадила. но нарот показал, что иво так просто не заибёш. о она косола под доброту и всеобсчее щастье, чисто демократический кондедат на предвыборной. однако народ слушал, злобно отбрёхивалсо (даже дети!), моск для йобли не предоставлял по первому требованию. ей стало скушно - и фсе умерли на костре, но втюхали толпе (и даже одноглазому стореку), што ушли по леснице в небо, но ищщо, блять, вернуцца - и будет фсем фпириди вечность. в общем, писано со страшнова недойопа, в надежде на вечностоящий хуй. я фсё прочетал.

#26 17:00  01-02-2007Какащенко    
Дорогой дяденька Гудвин!Вы не могли бы перевести для меня "Моя борьба" дедушки Гитлера?В восторге от Вашего предыдущего перевода.

Я.

#27 17:09  01-02-2007Француский самагонщик    
Кысь

Так мне исчо большэ нравиццо! Спасибо! Вообще это не редкость: выдаюсчееся произведение переводит сначяла один мастер транслэйта, а потом, када первый заебёцца, - второй. Ма-лац-цы!!!

Хотелось бы еще увидеть подробный анализ этого романа, исполненный Белинским нашых дней - Райдером.

#28 17:10  01-02-2007Француский самагонщик    
Кстате, чота вспомнелось бессмертное произведение Луковки в искрометном изложении ДВА. Читая, едва Богу душу не отдал...
#29 20:22  01-02-2007Голоdная kома    
Гудвину, 15:57

-Гудвин, пригнись!

*подражая Саре Коннор из "Терминатора", яростно передёргивает затвор*:

-Hazel, душа моя, выйди к народу..

*

ФС 16:52

"Ридерз дайджест" ты мой)

*

Кысь 16:59

Я тебя поцелую!

Потом.. (с)

#30 01:12  02-02-2007КОШКИ 2шт    
Кстати понравилось.


ЗЫ кто тут Кыся целует. Совсем распустились...

#31 01:30  02-02-2007Чугункин    
Прочетал адну тредь...схажу за пивом дочетаю дальше

пака имею сказадь-


В ристаране Израэль должын быдь паизобретательнее

заказал ба Дорадо аль Карточчьо..слиганца на гриле давидённае в фальге аль форно... начинёнае маладыме кальмараме с лемонам и веткой эстрагона...и вено падабрал ба ни какое небудь.... ты толка ево цвет угадала

И ездит он...мне кажыцца на "компрессоре"... старамодна но двежок улётный...бэха плачед...

Типерь пра смердь роццвиникоф...

Ат нажа таг быстра не умераюд... зделай картингу паярче...ипабольшы крове...нард эта любед...

В ментуре проста жопа... извени ...всё панядна...ты там проста не была...

Па падазрюхе на макруху... ТОЛЬКО!!изоляцыя...аденочга...

пака пракурор чёньдь не предумаид... (шлюшку на быстряг могуд падставедь...макрушнецу-нед!) Схаде на икскурсею в матрозскую тешену...

пака всо пашол за пивам...

#32 06:22  02-02-2007Чугункин    
Э*****ка! ...ты штоле?...

Кстате...патом скажу

#33 06:02  04-02-2007Чугункин    
Прапала дифчонга...

Пулни малявку 357920

Есе эта ты... паймёж...

""фсе нармальна""

#34 06:05  04-02-2007АЛУ ЗЕФ    
***Ник: sceptic

Имя: artem

Домашний адрес: Россия Tomsk

Пол: Муж.

Возраст: 17

Дата рождения: 07/06/1989***

Да ушшшш, комментарии как говориццо излишни...

Спать иди малчонка, ато мамка заругаед.

#35 06:38  04-02-2007Чугункин    
АЛУ ЗЕФ

Ходь ты и сапог..

Но памог..

нед худа биз дабра.. удевляюс..

#36 11:59  04-02-2007uri    
добрый такой рассказег, длинный тока дюж

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
09:27  10-12-2016
: [0] [Пустите даму!]
— Мама, хватит материться, — говорит мне сын.
— Больше не буду, — пообещала я.
А я повторяла всего два слова. Два слова, указывающие направление. Когда мне плохо, я никому не звоню. Что я могу отдать хорошего? Может, зря… Но я научилась гармонизировать сама себя....
22:05  09-12-2016
: [21] [Пустите даму!]
Рука коснулась белых клавиш,
Рука коснулась теплых плеч.
Соврешь, обманешь и слукавишь,
Что ты не ждал всех этих встреч.

Твой взгляд так пуст и безразличен,
Твой голос так приятно тих...
Не любишь? Это же отлично,
Любовь - ничто для молодых....
12:03  08-12-2016
: [11] [Пустите даму!]
##Я не буду железной дверью
Я не стану тяжёлым засовом
Я жизнь
Я любовь
Я чудесный огонь
Я поляна цветов и над ней мотыльки
Я живая вода
Я костёр у реки
Я убогая правда с разбитым лицом
Я роман ты и я со счастливым концом
Я прощаю обиду
Я не дам в ответ сдачи
Я вдруг стала как дети
Я не тётя
Я плачу

Rain & Rainbow....
09:15  06-12-2016
: [39] [Пустите даму!]
Караваны облаков ломились с лева на права,
В сторону светлого будущего,
Там где подстригут их и смоют лишнее,
О чем не хотелось бы и вспоминать….
Пискаревское море… расстелившись ковром,
Лишь завидовало… Ведь ему отсюда не убежать…
Как и многому, вросшему в эту землю длинными корнями…
И в этой мясорубке многого затерялся и я…....
09:45  02-12-2016
: [14] [Пустите даму!]
—Сонька, спасибо!!! — кричу в трубку, — ты первая!!!
У меня днюха. Я валяюсь в постели и радуюсь, что мне никуда не надо идти. На работе взяла выходной, решив, что ничего не будет плохого, если эту днюху я встречу трезвой.
День рождения… Это как Новый год… Его важно встретить в тишине, чистоте и гармонии....