Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - У и Э

У и Э

Автор: Француский самагонщик
   [ принято к публикации 19:15  08-02-2007 | Психапатриев | Просмотров: 335]
Когда-то, в незапамятные времена, кривоногий, обильно-волосатый, прямоходящий Самец рыскал по ближним и дальним окрестностям своего жилища в поисках чего бы пожрать. Ибо жрать хотелось невыносимо.
Самец обитал в неплохих местах, которые мы сейчас называем Грузией. Сам он, правда, эти места никак не называл, грузином ни в каком смысле не был, да и имени-то никакого не носил. Обходился.
Жил Самец со своей Подругой на особицу от родичей, в просторном шалаше у подножья скалы, рядом с которой протекал ручей. Кругом холмы да долины, леса да перелески, в отдалении – горы. Добрые места, изобильные, всегда есть чего пожрать.
Сейчас, однако, хорошая жратва что-то никак не отыскивалась. Видать, вся она, хрюкающая, бебекающая, мемекающая, попискивающая, подалась куда-то – то ли вверх, то ли вниз, то ли на восход, то ли на закат. И рыба в речке, куда впадал Самцов ручей, почему-то перестала ловиться. Тоже, наверно, уплыла куда-нибудь.
А может, Самцу просто не везло. Причём давно: луна уже успела умереть и вновь родиться, а хорошей жратвы всё не попадалось.
Нет, с голоду они с Подругой пока не пухли, однако на корешках да на ягодах долго не протянешь. К тому же Подруга перестала давать Самцу. Это было понятно: ты сначала принеси хоть чего-нибудь вкусненького, жирненького, сытненького, а потом уж претендуй на что хочешь. А не принёс – гуляй, а будешь настаивать – получи ссаной опоссумовой шкуркой по роже. И опять же гуляй.
Понятно, но обидно.
Обидно, но понятно. И делать нечего: хватай суковатую дубину, не забудь пару мешков, сделанных из нессаных россомашьих шкур, – может, рыбка попадётся или птички какие-нибудь мелкие, – и в путь.
Однако ничего не попадалось.
Самец вышел из рощи на пологий склон холма и побрёл вверх. Солнце палило. Захотелось пить.
Самец вспомнил, что где-то здесь пол-луны тому назад ему подвернулись кусты с гроздьями тёмно-красных, с сизоватым отливом, ягод, кислых, но хорошо утоляющих жажду. Усталый и разгорячённый, он нарвал тогда большую кучу этих гроздьев и пристроился отдохнуть под кустом. Лежал себе, ягодки в пасть закидывал. Жажда сразу прошла, и даже чувство голода слегка притупилось. Потом эта кислятина ему надоела, но куча почти не уменьшилась – увлёкся, когда рвал. Самец счёл её, кучу, своей законной добычей и решил припрятать – мало ли, родичи сраные шляться тут вздумают или ещё кто. Позарятся, а рвал-то своими руками. Жалко. Он нашёл поблизости здоровенный валун с глубокой выемкой, засыпал в неё гроздья и привалил сверху камнями помельче – от чужого глаза.
Сейчас Самец в два счёта отыскал свою заначку. Он посбрасывал мелкие камни и обнаружил, что ягоды дали сок, немного пенящийся и заполнивший выемку чуть ли не наполовину. Ну вот, есть хоть что попить, подумал Самец. Он зачерпнул буроватую жидкость ладонями, поднёс ко рту и глотнул.
– Кхрмкхх! – вскрикнул Самец, что означало: «Ну и кислятина же, ипать ту Люсю!» Ну, или что-то в этом роде.
Однако почему-то захотелось ещё. Он опустил голову в углубление – в ноздри шарахнуло странным, но притягательным запахом, – вытянул губы и стал всасывать жидкость, словно олень на водопое.
Выпрямившись и утерев губы тыльной стороной ладони, Самец хрипло выдохнул:
– Угрммм! – что означало: «Хуясе!»
С его головой что-то происходило. Да и не только с головой.
Склон холма, горы, громоздившиеся вдали, рощица за спиной, небо, облака, солнце – всё это медленно поплыло вправо, потом влево, потом снова вправо, вернулось на место и стало извиваться длинными волнами. А ягоды-то волшебные, смекнул Самец. И каменюка, да и, наверное, весь этот холм.
Он запрокинул голову, широко раскрыл рот и обратился к небу чередой громких, хорошо модулированных, а может, даже и хорошо темперированных звуков. Тяжёлую дубину он крутил над головой, а ногами отбивал ритм. Он ощущал прилив сил и подъём духа, хотя, конечно, знать не знал таких слов. Но слов ему и не требовалось.
Закончив своё шоу для небес, Самец приступил к делу. Быстро и споро он наполнил россомашьи мешки волшебной жидкостью, надёжно затянул их кабаньими жилами и прочно связал между собой. Нарвал столько волшебных гроздьев, сколько умещалось в каменном углублении, навалил, придавил мелкими камнями. Порыскав, нашёл неподалёку ещё один похожий валун, повторил всё с ним. Повесил мешки на шею, поудобнее схватил дубину и ринулся в рощу. Он знал, что полоса невезения закончилась.
И не ошибся – удача повернулась к нему лицом.
…Несколько часов спустя, когда солнце уже было готово закатиться за скалу, Самец, потный и тяжело дышащий, подошёл к своему шалашу. Кроме мешков с волшебным напитком, он тащил свежеубитую косулю.
Рядом с шалашом, у потухшего очага, сложенного из корявых камней, сидела Подруга Самца, не уступавшая ему кривоногостью, а волосатостью – где уступавшая, а где и превосходившая. Она подняла голову и произнесла:
– У-ыммм? – что означало: «Неужели?»
Самец сбросил со спины косулю, аккуратно положил рядом дубину и, совсем бережно, снял с шеи перевязь с двумя глухо булькнувшими мешками.
– Э-брграрммм! – рявкнул он, что означало: «Быстро становись раком!»
Подруга заметила, что набедренная повязка Самца сильно оттопыривается. «Одно слово, самец», – подумала она, потянувшись за ссаной оппосумовой шкуркой.
– Ырргнннрыр! – воскликнула Подруга, что означало: «Сначала огонь добудь да тушу освежуй, потом пожрём, а потом уж – раком, кобелина ты ненасытная!»
Самец тихо зарычал, кинулся в шалаш и сразу же выскочил оттуда, держа в руке большой турий рог, доставшийся ему от папаши. Подскочив к мешкам, Самец развязал один из них и, стараясь не пролить ни капли, наполнил рог.
– Эбддзррв! – провозгласил Самец, что означало: «Будь здорова!», и медленно, торжественно выпил.
Глаза его заблестели. Он снова налил в рог волшебного напитка – на этот раз до половины – и протянул его Подруге.
Та, недоумённо посмотрев на Самца, понюхала жидкость, осторожно пригубила, пожевала губами, хихикнула и лихо выпила остальное. Глаза Подруги тоже заблестели, она уставилась на оттопыренную набедренную повязку Самца, потом опять хихикнула, повернулась к Самцу спиной и опустилась на четвереньки, задрав свою набедренную повязку на спину.
– Аххмм! Аххмм! Аххмм! – рычал Самец, что, вероятно, ничего не означало.
Вскоре к этим возгласам прибавились вскрики Подруги:
– Угхмм-эхх! Угхмм-эхх! Угхмм-эхх! – что означало: «Давай! Ещё! Глубже! Ещё!»
Через некоторое время Самец содрогнулся и нечленораздельно взревел, а Подруга неожиданно тонким голосом заверещала:
– Ааааааааааааааааааааа! – что означало понятно что.
Потом они немного отдохнули, но жрать всё-таки хотелось неимоверно, и Самец принялся добывать огонь и разделывать косулю, а Подруга таскала хворост для очага. Потом они зажарили косулю и, запивая волшебным напитком, сожрали добрую её половину, после чего Подруга снова оперлась на локти и колени, и Самец пристроился к ней – теперь уже надолго.
Солнце давно село. На небо выкатилась полная луна. В очаге потрескивал огонь. Подруга уснула в шалаше, а Самцу не спалось. Он переживал такой же подъём духа, как днём, когда впервые отведал бурой жидкости.
В голове роились бессвязные мысли, которые он не мог выразить словами. А выход требовался. Самец перебрал россыпь камушков на берегу ручья, выбрал один, белый и рыхлый, подошёл к скале и провёл на ней линию. За ней – другую, третью…
Ночь пролетела незаметно. К утру вся скала была изрисована. Самец изобразил и себя – конечно, менее кривоногим и менее волосатым, чем в действительности, – и Подругу, ставшую стройной, как лань, и косулю, и ещё много чего.
А когда взошло солнце, Самец снова запрокинул голову и исполнил песню для небес.
…С тех пор они так и жили. Самец добывал жратву – удача больше не покидала его, – часто наведывался с россомашьими мешками на тот склон и добывал там волшебный напиток. А выпив немного – то разрисовывал окрестные скалы, то пел во весь голос и приплясывал. Родичи считали его ебанутым на всю голову, но Самцу это было безразлично.
Зато сыновья и дочери, которых Подруга нарожала ему без счёта, души не чаяли в папаше. И наследовали его увлечения и его удачу.
Так возникло виноделие, продукт которого мощно стимулирует человека на разного рода художественное творчество.
Да, кстати: на первое же утро после своего открытия Самец решил, что ему не пристало ходить безымянным. И он назвался мужественным именем: У.
А Подругу нарёк нежно и трепетно: Э.
В конце концов Самца У и его Подругу Э, разумеется, сожрал медведь, но это уже совсем другая история.


Теги:





1


Комментарии

#0 16:33  09-02-2007Хренопотам    
Забавно)

"пиши еще" - ты и по умолчанию знаешь, повторять не буду.

крайне забавно. и слог хорош.

#1 16:33  09-02-2007Вечный Студент    
ФС, при всём уважении к тебе и к предыдущим креосам - чё-то херня походу вышла

еле асилил.

#2 16:51  09-02-2007swriter    
Замечательно, как всегда, но несколько тяжеловато.
#3 17:06  09-02-2007Кысь    
И рыба в речке, куда впадал Самцов ручей... с этого ржал как-то совсем неприлично)))

А рассказ такой милый, хоть и было понятно, что кончицца изобретением бормотухи. Ну должен же ты был когда-нибудь ник подпереть надёжным скальным креосом))) Мне очень этот киплинговский флёр по душе прилелся.

#4 17:07  09-02-2007Кысь    
пришелся, пардон))
#5 17:29  09-02-2007МешокНоктей    
Песдато,кстати.

Спасиба за идею следующева креотива.Я пра то как люди план начяли курить напишу(если какаянить гнида не опередит)

И вот ищо чо-песдато былобы апесать первобытный алкаголизм.гыгы

пешы исчо.

#6 17:45  09-02-2007Какащенко    
ФС

Один из моих любимых авторов, пишешь разнопланово, этот план- не мое.Не вкурил.

#7 18:33  09-02-2007Юля Лукьянова    
уважаю автора.

по тексту... согласна с swriterом.

#8 19:30  09-02-2007Голоdная kома    
Всё почти на "ура",

разве что слегка отвлекает и не в тему момента:

"ипать ту Люсю"-? )

А как появился "француский "home-made vodka"? ))

#9 23:16  09-02-2007Mighty Daemon    
Именно так все и было. У.
#10 00:30  10-02-2007uri    
каму была тяжеловато читать нужно было волшебнава напитка упатребить нах!

заецовый росскас!

#11 16:34  10-02-2007Лев Рыжков    
На истфак в самый раз. Похоже на развернутый тост.
#12 13:10  12-02-2007Чудо египецкае    
трогательно и смешно. на мой взгляд, лехко читаецца
#13 18:12  12-02-2007Француский самагонщик    
Спасибо за комменты. Вылетел из Инета в пятницу днем. влетел тока што, поэтому отвечаю с опозданием.

За вольности перевода - типа "ипать ту Люсю" - приношу извинения, ибо написано действительно под влиянием того самого напитка.

#14 23:00  14-02-2007junkie    
super!

ohuitelnaya interpretatsiya i so smislom!

respekt avtoru, I' your new admirer from now on

#15 20:52  27-12-2007Дымыч    
Замечательно.
#16 08:56  28-12-2007Барсук    
...
#17 12:12  28-12-2007Файк    
Етто, уууууууууууууууууу, ЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ!!!
#18 00:51  08-09-2008Илья Волгов    
А вот так вот, йопвашумать.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
18:44  27-11-2016
: [12] [Литература]
Многое повидал на своем веку Иван Ильич, - и хорошего повидал, и плохого. Больше, конечно, плохого, чем хорошего. Хотя это как поглядеть, всё зависит от точки зрения, смотря по тому, с какого боку зайти. Одни и те же события или периоды жизни представлялись ему то хорошими, то плохими....
14:26  17-11-2016
: [37] [Литература]
Под Спасом пречистым крестом осеню я чело,
Да мимо палат и лабазов пойду на позорище
(В “театр” по-заморски, да слово погано зело),
А там - православных бояр оку милое сборище.

Они в ферезеях, на брюхе распахнутых вширь,
Сафьян на сапожках украшен шитьем да каменьями....
21:39  25-10-2016
: [22] [Литература]
Сначала папа сказал, что места в машине больше нет, и он убьет любого, кто хотя бы ещё раз пошло позарится на его автомобиль представительского класса, как на банальный грузовик. Но мама ответила, что ей начхать с высокой каланчи – и на грузовик, и на автомобиль представительского класса вместе с папиными угрозами, да и на самого папу тоже....
11:16  25-10-2016
: [71] [Литература]
Вечером в начале лета, когда солнце еще стоит высоко, Аксинья Климова, совсем недавно покинувшая Промежутье, сидя в лодке молчаливого почтаря, направлялась к месту своей новой службы. Настроение у нее необычайно праздничное, как бывало в детстве, когда она в конце особенно счастливой субботы возвращалась домой из школы или с далекой прогулки, выполнив какое-либо поручение....
15:09  01-09-2016
: [27] [Литература]
Красноармеец Петр Михайлов заснул на посту. Ночью белые перебили его товарищей, а Михайлова не добудились. Майор Забродский сказал:
- Нет, господа, спящего рубить – распоследнее дело. Не по-христиански это.
Поручик Матиас такого юмора не понимал....