|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Было дело:: - ЦДХ
ЦДХАвтор: М.Ж. Это было на выставкев Центральном Доме Художника, много лет назад. тогда, разные художественные галереи стали выставлять произведения наших авангардистов: живопись, скульптуру; была там одна инсталляция: на маленьком белом постаменте стоял старый замызганный таз из оцинкованной жести, - в таких тазах, рачительные домохозяйки обычно замачивали белье перед большой стиркой. Таз был на половину заполнен грязной почерневшей водой. такая вода весной стекает по улицам нашего города, собираясь в лужи на перекосоёбленных тротуарах… В тазу, в этой черной, грязной воде плавало три предмета: морковка (покрытая двухнедельной плесенью), ведро (пластмассовое, с такими дети ковыряются в песочницах), и метла (вернее, грубые березовые прутья, увязанные в пучок). Зрелище, прямо скажем – так себе… Было непонятно – зачем все это показывать Зажравшейся художественной и около художественной московской публике. Я тогда мучительно переживал вторую, самую большую, влюбленность в моей жизни. Разрыв уже состоялся. Она, сжалившись надо мной, и поддавшись на мои многочисленные уговоры, решила сходить со мной в последний раз на эту выставку… В последний раз. На эту выставку… Со мной. Я почти не замечал картин, не видел столпившихся там и тут посетителей; я держал ее за руку ( Это мне – напоследок! - было дозволено), и несказанно радовался этому обстоятельству, как ребенок. Я! – циничный хуеплёт, Переебавший полсотни баб, самого разного пошиба! Зрелище оцинкованного таза, с плавающими в нем морковкой, ведром и метлой. Зацепилось за край моего сознания и, как бы, застыло там ничего не значащим пятном, не вызывая во мне никаких видимых рефлексий. До того момента, пока не раздался ее смех; явственный, довольно громкий ( для выставочного зала), несколько грубоватый смех: - Знаешь, как эта фигня называется? - Нет… - Прочитай, там, на боку написано. На медной, чересчур солидной, для такой инсталляции табличке было размашисто начертано: «ПАМЯТИ СНЕГОВИКА» Больше этим вечером она так не смеялась. На этой выставке. Со мной… В последний раз. А вот имя и фамилию автора я позабыл, не запомнилось как-то… Извиняйте, люди добрые. Теги: ![]() 1
Комментарии
#0 19:39 15-03-2007Лев Рыжков
Довольно глубокомысленно. хорошо одиозная глубокоуёбищная хуйня с потугами к нонконформизму, примитивной оригинальности, да ещё и имитирующая белый или какой то там стих. ПАЕБЕНЬ!!!!!????)))))))))))))))) АФТАР, кончай хуеплетничать Ты НОРМАЛЬНО то писеть умешь? Изыком владешь? Хороший рассказ, кстати. Зачотный. Бля ну охуенно же!!! Понравилось хорошо пишэт, стирветс! хорошо. со снеговиком прикольно. а в стихах непонимаю. ни в белых ни вчерных. Хороший креос. Стилистика авторская бесподобна. И нахуя это - в столбик? В строчку смотрелось (и воспринималось) бы гораздо комфортнее. Можете хуярить меня рваныме тапочкаме, но это не былый стих. Стихи в прозе - соглашусь. Но даже Иван Сергеич, царапая гусячьим пером послания к родимому дубу, на столбики не покушалсо. Не потому, что бумагу экономил, а потому, что кой-чево в литературе понимал. И в пунктуации смыслил, в отличие от автора, нахуярившего 10 лишних запятых. пожалуй, соглашусь с Кысем. Улыбнуло. Ну, какая тебе разница, Кысь, проза это или стих? Бумагу жалко? Убей бобра - спасешь дерево. P.S. пунктуация, кстати, авторская... но вообще согласен: могу хуйни налепить всякой. Есть такое дело. Не спорю. М.Ж. Большая мне разница! Форма - она предопределяет содержание и настроение. Настраиваешься на стих - и получаешь жистокаю найопку. Абидна, блять. Зашол почетать, называицца.. Бобёрчега не тронь! Бобёрчег меня не наёбывал, как четателя, а ты уже второй рас наёбываеш, гат. По содержанию - читать-то не западло, слог у тебя хороший, я его ни разу не хаял, заметь. А вот форма подачи поэтической прозы - в столбик - напрягает. Меня лично напрягает. Нравицца тебе - пиши, пох на моё мнение. Понравилось,даже знакомо. Очень-очень трогательно. И написано замечательно. голем 10:35 "М.Ж. - энди уорхол от литературы" - паццтулом ааААааа!!) отличие снеговика от нас в том, что он вернется по зиме, у нас же все перспективы возврата чего-то всегда сомнительны. хорошо. Еше свежачок Глава 10. Таксист-исповедник
Яков за рулем своего старенького седана цвета мокрого асфальта был не водилой, а камерой наблюдения на колесах. Ночной город проплывал за стеклами, размытый в желтых пятнах фонарей и красных следах стоп-сигналов, а его салон превращался в исповедальню на скорости шестьдесят километров в час.... Глава 9. Садовник каменных джунглей
Гоша появлялся в баре не вечером, а рано утром, за час до открытия. Он стучал в боковую дверь, та, что вела в подсобку, три коротких и один длинный стук. Хелен впускала его, и он, смущенно отряхивая с ботинок невидимую уличную пыль, занимал место у конца стойки, там, где его не было видно из зала.... Глава 8. Код для двоих
Они появлялись по отдельности, но их одиночество было настолько синхронизированным, что казалось сговором. Сначала приходила Дарина, садилась за столик у дальней стены, доставала ноутбук. Ровно через десять минут появлялся Алекс, делал вид, что случайно ее замечает, и с вопросительным поднятием брови занимал противоположный стул.... Глава 7. Шахматист против ветра
Томас входил с церемониальной медленностью, словно каждый шаг был продуманным ходом в партии против невидимого противника. Его трость с набалдашником в виде короля отстукивала по полу неровный ритм. Он не садился у стойки, а занимал свой столик - второй от камина, с хорошим освещением....
Шаурма с шампанским, водка и эклеры,
Длинноногий демон в огненных чулках Распускает руки и топорщит нервы На седых уставших сливочных усах. Стразы на рейтузах с красною полоской, Ненависть и бегство чванных критикесс. Занавес задушит шум разноголосый Зрителей спектакля под названьем «Здесь!... |

