Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Графомания:: - Трезвость-четыре

Трезвость-четыре

Автор: Психапатриев
   [ принято к публикации 09:55  07-08-2007 | Психапатриев | Просмотров: 500]
Продолжение. Начало тута
и здеся, и вот здеся еще

До Косова я добрался часов за десять. В деревню, где, по всей видимости, в мире и любви спокойно уживались и сербы, и албанцы, ночью я заходить не решился, и, не доходя до населенного пункта метров двести, заныкался в придорожные кусты. Адски хотелось жрать, но ничего кроме зеленой костяники в прикосовском лесу не было. От нее у меня только сильнее закрутило живот, и всю холодную ночь я просыпался, делая небольшие, но весьма болезненные перерывы на исторжение царапавших все нутро косточек. Только перед самым рассветом я вырубился до такой степени, что перестал замечать даже комаров, пчелиным роем осевших на всех оголенных частях тела моего. Разбудил меня странный двухметрового роста старик, в грязном фартуке кузнеца на голое тело, резиновых перчатках с бурыми пятнами, натянутых по самые локти, рыбацких сапогах и драных, выцветших галифе.
- Тудой. Вилочку берозову ищу. Кобельну. С хуйком кривеньким. Для супостатика – прошамкал старик беззубым ртом – Ставай, чушка. Говнища то… Огогой… Крынкина, кста, батраков берет. На харч. По осьмушке коровинки. Рублёный амбар за погостом – старик махнул рукой в сторону деревни и исчез в лесу.

Гордая деревня Косово оказалась вымершей, наверное, еще в семидесятые Пятихаткой. Прогулявшись по заросшей бурьяном улице, среди развалин я насчитал только три жилых, но давно уже дышащих на ладан избушки. В указанном стариком амбаре, в конце поселка, было темно и пусто. Где-то в глубине бурчал на советской газовой плите черный от копоти котелок. Пахло вареными нечистотами, из которых резко выделялся отвратительный запах рыбы.
- Хозяева? Бля!? – поинтересовался я охрипшим голосом – хозяева! Вылезайте, денег заплачу.
- Чо надо? – из-за амбара показалась благообразная старушка в брезентовых верхонках, с мешком наполовину набитым крапивой – цыпляткам собираю – пояснила она про мешок – так, чо надо?
- Мне б покушать. Я заплачу – полез я в карман за лопатником.
- Андретту вареную, да молочко. Будешь? 50 рублев.
- Буду. Помыться, да постираться еще.
- Мойся, только воды натаскай.

Картошка с постным маслом пошла более чем хорошо. Отожравшись и постиравшись, я в одних трусах залез на струганные полати в амбаре и решил поговорить с бабкой на предмет журналистского расследования.
- Бабуль, от вас, Длинная, далеко?
- Ой, далеко. Не ходи ты туда. Лучше у меня посиди. Дурная там деревня. Дурная и проклятая. Кто пойдет – не возвращается. Полигон там какой-то был.
- Да, фигня все это. Какой полигон? Вот говорят там, псих какой-то, кучу народа, дачников всяких, кочергой поубивал. Слыхала, ты, чего про этот случай?
- Окстись, милой, туда уж лет 12 никто и не ездил! Не было там дачников, отродясь. Все колючкой на пять километров перемотано. Наши, вон, кампричикосовские, туда никогда носа не совали.
- Какие, ваши?! – я подавился слюной.
- Кампричикосовские. Деревня то наша полслова, полназвания своего, потеряла. С 17 века Компричикосово называлась, а при советской власти обрезали.
- Странное, какое-то название.
- Обычное название. Ее баски, капричикосы основали, которые от британского Эдуарда в тыща шесьсот пятьдесят втором году на бискайской барке по морю уплыли. Пришли к царю, как говорят, Лексей Михалычу, а тот их сюда с глаз подальше, в Сибирь и упек. Здесь и обосновались. На всю Русь промыслами наше Кампричикосово славилось, как Гжель, Тула или Вологда своими кружевами. Детишек холопьих скупали и… того… Мастера были – загляденье. Кондрат, самоварщик, тот из любого трехлетки мог и самовар, и подковку и молоточек за пару годков сделать. А смешные они у него какие были. Соберешься деревней на танцы – обхохочешься…
- Пиздец, какой-то… - пиздишь, старая.
Старуха сняла со стены даггеротипную фотографию на которой в ряд стояли деревенские жители и фантастического уродства дети. «Фоторгафiя Рубинштейна. Кампричикосово. 1912» значилось по даггеротипом. Я сглотнул:
- После семнадцатого, то, хоть, всех на хер разогнали?
- Куда ж там. Сначала кустарями. Потом кой-кого раскулачили. А в двадцать девятом, я еще девчонкой несмышленой была, тут совхоз собрали. «Красный кампричикос». Во как. Для членов Наркомату. Самому Риббентропу мальчонок и девчонок отсель отсылали. А в семидесятые совхоз милионником стал - для братских африканских республик пионеров-уродов делали. Вон, Михалыча видел? Длииинный такой. Он в 76 году такую девочонку-балалайку для Менгусты Хейли Марима сделал! Огого! Ее даже на ВДНХ потом показывали. Папе Дюку, в Родезию заказ большой ребят-боченков сработал. Он, старый хрен до сих пор для новых русских штучные изделья из негритят и китайчат делает. Но денег не берет. Все ради искусства. Ученик ему нужен. Мастерство передать. Старый совсем он 97-й год минул. Пойдешь?
- Нет, спасибо… Хм… - так я охуевал в последний раз во втором классе, когда увидел совокупление собственных родителей – и… что? Что с деревней то стало?
- Да в 1992 году ОАО пытались устроить. Ацкии всякие. Кто в райцентр уехал, кто помер. Вот три калеки нас и осталось. Еще картошечки будешь?
- Да, спасибо, пойду я. Одежда высохла. И ухо после ваших травок не болит. Спасибо. Вот еще 50 рублей. Мне про Длинное репортаж надо делать. Задание редакционное. Про убийцу эстонского.
- Ох, внучок, не ходил бы ты в Длинное, ох, не ходил бы…

***

Сон «Алкочокс» номер добавочный.

- Пожалюста ни убивайти миня! – кричу я писклявым голосом – я еще пригожусь!
Две огромных железных вилки вцепились в мою голову и пытаются сорвать, вывернуть меня с теплого привычного места. Я цепляюсь пальцами с содранными ногтями за пуповину, вгрызаюсь в нее зубами, но злое железо беспощадно тянет меня наружу, расплющивает мне голову, обжигает бесконечным холодом.
- Ньееееет! Я нииихачу! Мне тут хорошооооо!!! – зубы крошатся от того, как я их сжимаю, пуповина трещит, как натянутый канат. Железные вилки делают последний рывок и вытаскивают меня на свет. Я вижу чей-то огромный глаз и слышу громогласный голос:
- Опять, падла, котенка родила. В суп его. А лучше – Михалычу. Пусть в трехлитровой банке до 18-ти выращивает…

PS. Этот кусок текста не стоит расценивать, как выступление против абортов. Абортам – ДА!

***

Над колючей проволокой висит потускневший деревянный транспарант: «Новохрущевцы! Добро пожаловать в Длинное!!»

Психапатриев ©

Продолжение скоро.


Теги:





0


Комментарии

#0 10:15  07-08-2007Мустанг    
АААААА!! (с) мойкстате.


Давай дальше! Триллер ёптыть прямо..

#1 10:56  07-08-2007Вечный Студент    
даальше! даальше!
#2 10:59  07-08-2007Арчибальд Мохнаткин    
Ой как заебись!!!Все четыре!!!
#3 11:07  07-08-2007Шырвинтъ    
Все скачал. углубился в чтение.
#4 12:18  07-08-2007Лев Рыжков    
А ведь охуительно. За дедову реплику - особое браво.
#5 14:24  07-08-20077han    
зачет
#6 09:41  08-08-2007Барсук    
в начале политично потом таки пиздато.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
14:08  20-01-2018
: [6] [Графомания]
Едва сказать успеешь «амен»,
Уловлен будешь ты в сети
Греха.
И душу, словно камень,
Ты будешь на гору нести.

Путь до вершины долог, длинен,
И не имеешь права спать.
Но миг – и ты на дне долины,
Чтоб камень вверх катить опять....
02:39  20-01-2018
: [4] [Графомания]
Я вспарывал землю лбом,

На ты был со стужей,

Столько швов на мне , пломб,

Душа моя, промерзшая лужа,



Столько кожа не стерпит,

Лопнет словно бумага,

Листа осеннего трепет,

Солнца зимнего брага,



Ничего не забыть,

Ничего не отнять,

Тишиною завыть,

Да где ж ее взять,



Да где же убогому,

Найти свой приют,

Столько шума вокруг, гомона,

Облака

скалятся, корчатся ,...
00:36  18-01-2018
: [11] [Графомания]
Валентину весело у Машки
Каждый вечер трескать пироги.
Молоко налито в белой чашке
И попробуй котик убеги.

Сам то он наверное не белый
И пушистый как сибирский кот,
Но рукой всё гладит загорелой
Лишь его стряпуха целый год.

Спросит,-Ты наверное устала,
Прежде чем ласкаться до утра....
Качает лодочка озябшими бортами,
Ведут нас морем, словно лошадь под уздцы.
Смеются чайки беззастенчиво над нами,
Да на погонах вертят дырки погранцы.

Их старший, с кортиком, как пёс цепной неистов,
Такому крикнуть бы: Послушай, капитан!...
09:06  15-01-2018
: [13] [Графомания]
В старом буфете за пачками с чаем,
В древнем кувшине, покрытым золой,
Ты обнаружишь, явно случайно,
Спрятанный кем-то один золотой.

В руки возьмёшь и на нём прочитаешь:
"Тот золотой ты отдай бедняку".
Надпись прочтёшь и потом зарыдаешь:
"Нет, ни за что я отдать не смогу!...