Яйки, курка, млеко (еще отрывокк)

Автор: игорь к. - Ну как? – спросил Вик. Он стоял на автобусной остановке и тихо улыбался. Вик был одет в форму немецкого солдата размером больше, чем нужно. Высокий, крупный, волосатый, он выглядел добродушным ефрейтором, которому нравится в русской деревне. Для полноты картины не хватало губной гармошки. Столб, торчащий по диагонали, рядом с «Галантереей», мерно тикал радиосигналом. Что очень шло мизансцене.
- Ну? – переспросил Вик, повесив лапы на воображаемый автомат. И троекратно гавкнул: - Яйко, курка, млеко!
Игорь смотрел по сторонам. Пьяный клоун вызвал меньше удивления: нелегко, но возможно представить, что кретин отстал от цирка или где-то рядом был уличный праздник. Но из какого механизма выпал этот шуруп? Где-то рядом прошла немецкая рота?
- Я в кино снимаюсь, - объяснил Вик.
- Ты пьян, что ли? – Теплый ветер донес до Игоря водочный дух в контексте грубой мясной пищи.
- Ты мне мама, что ли? – Обычно Вик был сдержан; пить не умел вовсе. Поэтому хамство ему категорически не шло.
- Хорэ пиздеть. Что случилось?
В техникуме, где учился Вик, отменили занятия. Студентов, крупных ростом и весом, посадили в автобус и отвезли в Стрельну, где Ленфильм снимал пустое кино про войну. В ожидании съемки студенты быстро напились. Далее Вик пошел отлить, упал, заблудился, вышел к трамвайной остановке, напугал водителя, весело доехал до района, был остановлен ментами, лихо бежал, звонил Игорю из будки, прятался во дворе, теперь стоит здесь и курит.
- Дебил? – Игорю нечего было сказать. Бросив диван и книжку, прискакав по зову дружбы, он чувствовал себя обманутым. Еще ему стало не по себе. Очевидная неловкость, возникавшая у него, обычно трезвого, в общении с пьяными друзьями, сейчас мешала сосредоточиться на предполагаемой опасности, отличной авантюре или просто поржать над хорошей шуткой.
- Да! – рискованно откинувшись назад, расставив ноги колесом, Вик надсадно гаркнул в небо. Квадратный циферблат над магазином показывал два десять. Вокруг было пусто. Пушистый кот, окраской напоминавший коллаж, пытался перебежать дорогу. Машин было мало, но каждая из них могла стать для него последней. Решив слиться с ландшафтом, животное двигалось трусливыми интервалами; хвост, похожий на баклажан, ненужно волочился по асфальту.
Сопереживая коту, Игорь вышел из положения; забыл о пьяном кретине и его бездарных приключениях. В исходную точку его вернул плотный толчок в бок. Игорь резко повернулся. Вик делал извиняющие пассы руками, бормоча куда-то вниз. Кураж вытекал из его тела словно воздух из проколотой шины.
- Чего ты от меня хочешь? Да, клево...что еще? Пошли домой.
Игорю было неприятно – стоять здесь с двойником своего хорошего друга; робким лицедеем, обнаружившим в себе могучий талант и растерявшим его по дороге на сцену. Правда заключалась в том, что Вик был молодец в ровных тонах, прочее ему не шло. Тем более безрассудство. Даже такой житейский элемент, как пьяная выходка, в его аранжировке обернулся пустой бессмыслицей, не способной радовать или забавлять. Сейчас Вик был похож на довлатовского героя, учтиво предложившего армянским гостям кофе по-турецки.
Пьяные острей чувствуют перемены. Неудивительно, что ощутив провал, Вик решительно стал раздеваться. Ковыряясь пальцами в гимнастерке, Вик выуживал оттуда пуговицы. Под гимнастеркой обнаружилась знакомая майка Radio Silence.
- Пошли во двор, - Игорь похлопал его по спине. Вик бодливо заворочал плечами.
- ...Н-не... ни хуя... – сняв сорочку, он кинул ее в траву. И сразу четко вписался в привычный фон. На остановке, качаясь, стоял Вирков Алексей, 1973 г.р. Обычный, в общем-то, парень. Разве что датый.
- Штаны можешь оставить.
Из чувства протеста Вик взялся за ширинку, но тут же утомленно бросил. Пауза ощутимо затянулась, Игорь снова стал раздражаться.
- Все. Я валю.
- Ладно... Испортил праздник...
Тяжело ступая, Вик плелся следом.
- Какой нафиг праздник, Леша?
- Да никакой.
- Вот и поговорили.
Ругаясь, они дошли до квартиры. Дома никого не было. Размашисто бросив ключи на пол, Вик молча полез в душ. Игорь включил магнитофон и с хрустом открыл окно. Вспомнился пушистый кот, переползавший дорогу. Что ему могло понадобиться на противоположной стороне улицы?