more

Автор: sran' Друзья, вполне может быть так, что вам будет интересно услышать то, что я собираюсь вам рассказать. Если вы допускаете такую возможность – вложите свои уши вот сюда, и я, так и быть возьму их с собой. Глаза ваши я брать не стану, так как ложь не требует подтверждения. Это ложь и не более того. Вашего воображения хватит на троих – этого вполне достаточно.
Когда-то каждый из нас слышал о море, о пляжах, пахлаве в клеенке, осах, вопящих детях и их тучных мамашах. Каждый слышал о шуме прибоя, пене у берега, ловле крабов в прибрежных камнях, о гальке под ногами и песке в трусах после шторма. Для многих людей море – нечто личное и только одному ему понятное. Например, один мой знакомый потерял девственность в Бердянске с какой-то блядью и всю жизнь думал об этом, как о забавной шутке. Но это к делу не относится. Для других людей, тех, кто с настоящим морем не знаком – оно другое. Оно может быть сухим, как Гоби или Сахара – кругом пески, дюны медленно и величественно движутся. Ночь, возле костров бедуины курят гашиш, их верблюды мерно спят, а рейнджроверы урчат. Оно может быть влажным, как тропические джунгли – лианы оплели деревья и раскрошившиеся головы древних статуй. По ним ползают юркие твари с головами драконов и змеиными языками. Кругом сырость и птицы.
К своему морю я приехал на автобусе, он отошел от здания Дома Учителей, что возле Оперного. Я ехал туда вечером, таксист слушал по радио футбол и матерился. Я держал в руках сумку и думал, что все не так плохо, как кажется. По дороге есть место, где открывается мой любимый вид на город, возле Демеевки – вид прекрасный, такое чувство, что во всех этих домах, все эти люди очень близко – можно прикоснуться и тихо им рассказать обо всем. Или спросить.
Возле автобуса шумно, кто-то пьет пиво, а в автобусе смотрят футбол. Рядом со мной трогательно прощалась молодая пара, он, на вид студент физмата, что-то тихо шептал ей. Строгая женщина отбирала у всех сумки и звала детей. Поехали. Я включил музыку и закрыл глаза.
Вокруг море подсолнухов, до самого горизонта. Когда дует ветер, по ним пробегает черная рябь. Восходит солнце. Посреди этого желтого моря стоит валун, на нем сидит согбенный старик. Солнце бьет старика в глаз и живот, но ему не больно – он слеп и стар. Рядом с ним мальчик, в его глазах грусть.
- слушай, сын, тишину. Тишину где немеют сердца, тишину, где не смеют поднять глаза.
Мальчик плачет, целует жилистую руку.
- ну ведь тебе ничего, не страшно? Да?
- слушай, сын, тишину.
Мы лежали на берегу, волна накатывалась и плавно уходила. И мы уплывали вместе с ней, песок под нами двигался. Мы искали что-то знакомое в небе, в звездах – она видела черепаху, а я собачонку и женщину, похабно раздвинувшую ноги. Вдруг она тихо заплакала.
- зачем ты здесь?
Хоть убей, но я не мог ей ответить. Но я знал, что я останусь здесь навсегда. Это море и счастливы те люди, у которых оно есть.