Пистолет. III-я часть

Автор: Шалопай Шарапов Пистолет. II-я часть

Нашел время разговаривать. И ладно если бы говорил что-то. Мне надо с Вами поговорить, и замолчал.
- Вы бы представились. – посоветовал я. – Может, и поговорим.
- Меня зовут Сергей Николаевич. – сказал дядька. – Можно просто Сергей. Я частный детектив.
Ебануццо, подумал я. Больше в голову ничего не приходило.
- Нам бы лучше где-нибудь присесть. – сказал детектив. – Разговор у меня серьезный. Дело, как говорится, жизни и смерти.
- А до вечера это не потерпит? – спросил я. Хотелось упасть в мягкое одеяло и хотя бы просто полежать. А может, и поспать, если повезет.
- Вам решать. – сказал детектив. – Речь идет о *вашей* жизни и смерти.
Да что знаешь о моей жизни и смерти, седина? Я если не прилягу сейчас, отъеду стопудово, это факт. Так что:
- Значит, может потерпеть. – быстро сказал я. – А вечером, часиков в восемь, можем увидеться. Например, в «Вижне» на Арбате. Только столик забронируйте там, будьте любезны, сегодня пятница, негде яблоку упасть. А теперь прошу меня извинить.
От произнесенного «яблока» стало кисло во рту, так что напоследок я скривил жуткую, надо полагать, рожу, и убежал – в прямом смысле этого слова – в подъезд.
В лифте я начал задумываться об этой встрече. События доходили до затуманенной головы с опозданием в пару минут. Жизнь и смерть? Частный детектив? «Вижн»?
Какого черта надо от меня *частному* детективу? Никаких серьезных разногласий с законом у меня нет и не было. Значит, это из-за ствола. Ствол-то стреляный. Я вспомнил Ваню Иванько.
***
-А крестов на нем нет?
- Чиго?
- Я говорю, убивали из него кого-нибудь?
- Та ты шо? Кохо?
***
Я включил в воду в ванной, налил в стакан на три пальца виски и лег на дно.
Ну ладно. Предположим, ствол нечистый. Кого-то, предположим, шлепнули из этого ствола. Потом я его купил. А потом вдруг в моей жизни появляются два очень туманных персонажа. Это – частный детектив Сергей и моя смерть. Начинаются, между прочим, на одну букву. Так, это уже вообще здесь ни при чем…
Я вынырнул и сделал глоток виски. Получилось до дна, и я налил еще столько же. Детектив, блять, подумал я, снова погружаясь под воду. Это как-то умиротворяло. Да и думалось так легче. Шерлок, сука, Холмс.
*
Чтобы отучить Холмса курить трубку Ватсон, перед тем как подать, засовывал ее себе в задницу. Холмс бросил курить, но Ватсон… Ватсон без трубки уже не мог.
*
На этот раз я чуть не утонул. Боян, конечно, но так неожиданно вспомнилось, что я заржал конем, не успев вынырнуть. Отплевавшись, сел на попу, и решил больше не нырять.
Я допил вискарь и… проснулся в холодной воде, почти в ледяной. Принял горячий душ, принял еще немного на грудь, надел любимый халат в китайских драконах и теплые австралийские тапки.
В спальне я покурил через специально припасенную трубочку совсем чуть-чуть специально припасенного гашиша, окончательно забыл про детектива, обложился подушками, скинул тапки и мягко провалился в сон.
Я большой ценитель приключений на задницу, но еще больший – настоящего домашнего уюта.
Хочу пояснить на всякий случай, что на самом-то деле я ничего не нюхаю и курю только сигареты. Просто некоторые мои запои кончаются именно так. Да я и сигареты-то курю только когда бухаю крепкий алкоголь. Вот сигары – в любой момент, сигару иногда закуриваю просто чтобы не сорваться на выпивку. Бывают, знаете, такие моменты, когда по-любому нужна ясная голова на пару дней, причем собственная.
Мне снилась неописуемая в двух словах хуйня, которая обыкновенно снится в таких случаях. Такую хуйню лучше сразу на хуй забывать.
Разбудил меня одиннадцатый, как потом выяснилось, звонок Шурика. Шурик был одинок. Он снова вспомнил, что от него ушла Лена и снова страдал, теперь уже, естественно, стократно.
- Бля, меня так трясогузит, это пиздец в натуре. – сообщил он мне.
Я представил себе человека, которого «трясогузит», и зашелся в приступе. Тогда Шурик сообщил мне, что его еще и «паркинсонит», и настроение мое пришло в норму от того, что кому-то хуже, чем мне.
Было шесть пополудни.
Я попросил Трясогуза подождать полчаса, принял бодрящий душ, выпил четыре кружки чаю и сел за руль.

&

У Шурика я выпил еще четыре кружки чаю, попутно огорчив его историей своего знакомства с детективом. Огорчило его то, что теперь он по всем понятиям не мог садиться мне на уши ни с какими своими проблемами, потому что все они, конечно, хуйня и ничего страшного по сравнению с моими непонятками с жизнью-смертью.
- Интересно, чего хочет этот Сергей Николаевич… - задумчиво спросил Шурик.
- Интересно, Саша, это не то слово. – заверил его я.
- А где ствол? – спросил Шурик.
- В машине.
- Нет у тебя непреодолимого желания как можно скорее выкинуть его как можно дальше?
- Ну уж нет. Теперь он как раз нужен мне как никогда. Я с ним как-то увереннее себя ощущаю.
- А ведь я знал, что как только ты купишь ствол, ты сразу наступишь в какое-нибудь говно. – тут Шурик широко и глупо улыбнулся, довольный своей проницательностью. – Но я тебя не брошу. Я поеду с тобой.
В «Вижн» он вошел первый и сел у барной стойки, потому что мест, как я и предполагал, не было. Сергей Николаевич расположился у окна, в углу, с изящным бокалом минеральной воды. Мы не здороваемся. Я откровенно враждебно смотрю на минводу и заказываю коктейль, «что-нибудь кисленькое, на ваш выбор».
Пистолет я оставил в машине и почему-то пожалел об этом, встретившись с детективом. Опять это чувство.
- Так я Вас слушаю. – говорю я.
При звуке моего голоса я совершенно отчетливо вижу, как равнодушно-интеллигентная маска на его лице сдерживает какую-то, как будто рвущуюся наружу, эмоцию. Потом он берет себя в руки и неожиданно спрашивает такую вот фигню:
- Вы знакомы с Мариной Грошевой?
Вопрос неожиданный, но из него следует как минимум одно: вся эта история никак не связана со стволом. Потому что сначала я познакомился с Мариной, а потом уже купил пистолет.
- Фамилия мне ни о чем не говорит. – говорю я, осторожничая.
- Впрочем, зачем я Вас об этом спрашиваю. – говорит детектив. – Я знаю, что знакомы.
Он достает из картонного конверта несколько фотографий и передает их мне. На них запечатлена та самая кровать, на которой мы с Мариной играли в «камасутру». На фотографиях этих отчетливо видно, что я – это я, а Марина – это Марина.
Я киваю.
- Ну и на хуя вы показываете это мне? – спрашиваю я.
- Не знаю. – он пожимает плечами, как будто довольный чем-то. – Можете взять их себе на память. Если у Вас, конечно, еще выпадет случай спокойно полистать их, вспоминая особо приятные моменты.
Официант принес коктейль, голубовато-зеленый, чуть сладковато-кислый. Пока он был рядом, мы с детективом молча смотрели друг на друга. Официант поставил предо мной коктейль и исчез.
- Меня нанял ее муж. – сказал детектив. – Две недели назад. За это время она встретилась втайне от него с тремя молодыми людьми, считая Вас. По мере того, как она встречалась с ними, я сообщал ему об этом. Соответственно, о Вас я сказал ему вчера вечером, и передал эти же фотографии.
- Скверная у Вас профессия. – сказал я. – И что?
- А то, что вчера, после встречи со своим клиентом, я получил последние сводки. И выяснилась одна крайне неприятная для нас с Вами деталь. Оба ваших предшественника мертвы.
Мне настолько понравилось определение «предшественники», что я даже не сразу сообразил о чем речь.
- Один утонул в Москве-реке через два дня после моего отчета, а второй повесился у себя дома на третьи сутки после моего отчета опять же. В Текстильщиках. – добавил детектив неизвестно зачем.
Вот чего я не ожидал, так это такой откровенной чернухи. Еще и Текстильщики. Вот это да. Можно было обойтись и без них.
- В милицию идти смысла нет. – продолжал добивать меня детектив. – Во-первых, я работаю нелегально.
- Вот уж на что мне насрать.
- Срите. – согласился детектив. – Но есть и во-вторых, и в-третьих и даже больше. Будете слушать?
- А хули мне делать?
- Во-вторых срок моего контракта истек, и информацию я клиенту передал. В-третьих, связи у меня с ним нет. В-четвертых, за все время слежки и прослушки объект ни разу не вышла на связь со своим мужем. Это опять же насторожило меня только после вчерашней сводки и выяснилось: в-пятых – у нее нет мужа. То есть мы не знаем, кто он. Зато он знает, кто Вы и кто я. И знает, где нас искать. То есть Вас. А я сильно рискую, как мне кажется, просто с Вами встречаясь.
Бывает же такое говно. Я выпил нетронутый коктейль в три глотка.
- Сергей. – сказал ему я проникновенно. – Вы хотите сказать, что слили информацию… - я споткнулся об это слово. – Информацию… просто какому-то безымянному маньяку?
- Похоже на то. – тоскливо сказал детектив.
Больше всего мне хотелось в эту минуту незамедлительно убить его голыми руками, при свидетелях. Тогда меня посадили бы в тюрьму, где никакие маньяки меня не нашли бы. Но я этого почему-то не сделал.