Золото Туркестана. История времён безумной войны. Окончание.

Автор: Урусхан Глава 5. Клинок эмира.

Эмир Сейид Мир Мохаммед Алим-хан правил Бухарой с 1910 года. Как и все последние эмиры Алим-хан являлся вассалом Российской империи, но, несмотря на ограниченный суверенитет, это был весьма удобный статус. У России в Бухаре были, прежде всего, торговые и геополитические интересы, а во внутренние дела эмирата царская власть особо не вмешивалась. Всё стало стремительно меняться с 1917 после того, как у эмира появились новые соседи, Туркестанская Советская Республика. Первую попытку большевиков захватить Бухару в 1918 году эмир успешно отбил, но через два года, большевики окрепли и шансов выдержать ещё один удар, у него уже не было. Развязка приближалась. Последние дни своего царствования обречённый эмир проводил в своей летней резиденции Ситораи Мохи-хоса в 12 километрах от Бухары и готовился дать последний бой Красной Армии.

***
- Ты, что, Осипов, плачешь? Да, ты, кто мужчина или женщина? - Алим-хан тряхнул своего собеседника и продолжал:
-Подумаешь, голову отрубили? Ну и что? Бывает. Была голова, и нет головы, всё в руках Аллаха. Ах, ну, ты посмотри какая прелесть! Осипов посмотри! Какой красавец!– эмир цокнул языком, указывая на распустившего хвост павлина.
- Павлин говоришь? Была голова, и нет головы? Да, он мне как брат был, понимаешь? Он меня красным не выдал, а мог бы, - заговорил Осипов, вытирая слёзы.
- Это тебе он был как брат, а для нас он предатель. Все там будем, Осипов, но пока мы здесь, о живых надо думать, о мёртвых пусть Аллах беспокоится. Тебе Осипов о себе надо думать, а не о нём. Снова я получил на тебя ноту от комиссаров, требуют твою голову, друг. Что делать будем?
- Ты эмир, тебе решать.
- Ха-ха-ха! Не бойся, Осипов, не выдам я тебя, - Алим-хан хлопнул своего собеседника по плечу. Вот, хочу выдать, а не могу, почему не знаю. Привязался я к тебе, есть в тебе что-то, что людей притягивает, Осипов. Но как это по-русски, дружба дружбой, а служба службой? Слушай меня, Осипов, красным я тебя не выдам, но взамен, выполнишь ты одну мою просьбу. Тебе я доверяю, опыт у тебя в таких делах есть, да и везёт тебе всегда, Аллах тебе помогает. Слушай, - эмир оглянулся по сторонам, и что-то зашептал Осипову на ухо.
- Да, я, да, конечно, с радостью, - взволнованно заговорил Осипов вполголоса. А ты Алим-хан, ты как же? Неужели всё бросишь, этот дворец?
- Что дворец, Осипов, - махнул рукой Алим-хан, мы правили Бухарой 150 лет! А дворец? Музей здесь, наверное, сделают, мой портрет повесят: «Угнетатель трудового народа». Ладно, не будем об этом. Я дам тебе самых верных своих людей, на границе тебя встретят другие мои люди, а паролем будет вот это, - эмир вытащил из ножен саблю. Вот, она красота! Подарок царя! – восхищением произнёс эмир глядя на саблю. В твоих руках, это будет означать, что действуешь ты от моего имени. Ясно?
Осипов кивнул головой в ответ. Тогда собирайся, не теряй времени. Ну, а я…, - эмир ещё раз взглянул на саблю, я ещё повоюю.

***
Фрунзе ещё раз с удовлетворением оглядел бойцов Тюркской советской бригады и, наконец, начал свою речь:
Товарищи, красноармейцы, перед нами лежит последний бастион средневековья и мракобесия в Средней Азии, Бухарский эмират. Ещё немного, ещё чуть чуть, товарищи, и весь народ Средней Азии будет освобождён от многовекового рабства. Я призываю вас быть смелыми и самоотверженными, такими же каким был ваш друг и брат, достойный сын узбекского народа товарищ Мадамин-бек. Все мы хорошо знали товарища Мадамин-бека. Да, он ошибался. Но, не ошибается тот, кто ничего не делает. Главное, вовремя осознать свои ошибки. Лучше поздно, чем никогда. Товарищ Мадамин-бек вовремя встал на правильный путь и повёл многих из вас за собой. В последнее время товарищ Мадамин-бек искренне и всерьёз увлёкся марксизмом, выражал желание вступить в партию, но этому не суждено было сбыться. Наш друг и брат, товарищ Мадамин-бек пал смертью храбрых от руки подлого убийцы. Мы узнали его имя. Справедливая пролетарская пуля покарала его, но она ещё не дотянулась до того, кто отдал этот подлый приказ, - при этих словах Фрунзе указал на запад в сторону Бухары. Этот подлый приказ, товарищи отдал эмир бухарский Алим-хан, наймит мирового империализма. Так отомстим же за смерть нашего друга и брата. Вперёд, товарищи на Бухару! Ура!!!
- Ура! - нестройно ответила Тюркская бригада.

Глава 6. Эхо войны.

Осипов выполнил просьбу эмира и доставил золото эмирата в Афганистан в целости и сохранности. В августе-сентябре 1920 года в результате Бухарской операции Советских войск Туркестанского фронта под командованием Фрунзе эмират пал, а на его обломках вскоре была провозглашена Бухарская Народная Советская Республика. Эмир бежал в Кабул, где и встретился с Осиповым. Вдвоём они поддерживали и направляли основные силы басмачей в Средней Азии включая отряды Ибрагим-бека и Энвер-паши вплоть до 1926 года.

***
- Информация из надёжных источников? - спросил Осипов Алим-хана.
- Из надёжных, надёжнее некуда, - ответил тот, но мы не знаем, находятся ли они уже в Афганистане или ещё на пути. Так, что времени у тебя нет, Осипов. Ты знаешь, в какие страны я могу помочь тебе бежать. Или ты всё ещё хочешь вернуться за золотом?
Осипов молчал.
- Думай, думай быстрее, друг.

***
В 20-е годы органы ВЧК-ОГПУ развернули настоящую охоту за противниками большевистского режима ушедшими заграницу. Вполне возможно, что и Осипова успели похитить или ликвидировать. А может быть, ему вновь повезло, и он успел уйти. Но куда? В одну из стран, куда предложил Алим-хан или же в Советский Союз за золотом? Никто этого не знает. Известно, лишь, что в 1926 году Константин Осипов исчез. Ни живым, ни мёртвым его больше никто никогда не видел.
Алим-хан продолжал бороться с Советской властью вплоть до 1931 года. Успехов он не достиг. В 1941 году бывший эмир воспрянул было духом, надеясь на разгром СССР во Второй мировой войне, но и этим надеждам не суждено было сбыться. В 1944 году он умер, так и не дождавшись возвращения на Родину, но умер далеко не в нищете. По некоторым сведениям один из его сыновей каким-то образом попал в руки большевиков и, повзрослев, сделался сторонником Советской власти и даже поступил на работу в органы НКВД, где достиг определённого карьерного роста. В летней резиденции Ситораи Мохи-хоса, как и предсказывал Алим-хан, открыли музей. Здесь, как и во времена эмира ходят павлины.
Но и Советская власть оказалась не вечной и рухнула в 1991. Вечными в нашей истории остались лишь Чимганские горы. Сюда часто приезжают на отдых жители Ташкента, причём, большинство не останавливается в гостиничных комплексах, а устраивает пикники с шашлыками прямо на природе среди гор, утром приезжают, к вечеру возвращаются домой. Но никто из них не догадывается, что в этих горах, возможно, зарыто и лежит в неприкосновенности золото Туркестана. А может быть, и нет здесь никакого золота, и никогда не было. А может быть, и есть. Всё даже самое невозможное было возможно, в те безумные времена безумной войны.
Но всю правду о судьбе туркестанского золота знает лишь заснеженный пик Большой Чимган, Чёрный Водопад, да и наверное, мающийся где –то здесь неприкаянный дух бывшего «адъютанта его превосходительства», бывшего комиссара, бывшего советника курбаши Мадамин-бека и эмира бухарского, таинственного русского басмача Константина Павловича Осипова.
- Смотрите, пацаны, какой странный человек!
- Где?
- Да, вон, весь в лохмотьях!
- Да, где?
- Ой, что это со мной? Померещилось?
- Ха-ха-ха! Пить надо меньше, братан!
- Да не может быть, чтобы померещилось!
Э-э-э-э-э-э-й! Осипов!- Осипов, Осипов, Осипов, Осипов.
Здесь твоё золото? Здесь моё золото, Здесь моё золото, Здесь моё золото.
Здесь моё золото!