Важное
Разделы
Поиск в креативах


Прочее

Литература:: - Пой, революция

Пой, революция

Автор: Симон Молофья и Мясные зайки
   [ принято к публикации 11:26  16-12-2003 | | Просмотров: 927]
Я шел в банк за деньгами. Шел по улице Широкой. На Широкой было необычайно много людей. Все они были в синих робах, в спецовках, замасленные, землисто-черного цвета лица, бесцветные глаза, пустые, угрюмые, усталые взгляды. Оказалось, с Брянского вокзала шли на митинг рабочие.
Навстречу мне двигалась особо плотная толпа. Мимо меня пробежали малолетки, на ходу крикнув мне: «Смена! Дяденька, съебуйся – затопчут!» Затоптать не затоптали, но я оказался вдруг плотно зажатым среди спецовок. Смена понесла меня к Брянской площади. Начиналось что-то нехорошее. Над площадью висела удушливая и стремная тишина. Только тяжелое дыхание рабочих, только шорох шагов. И больше – ни звука. Площадь была оцеплена казачьей полусотней. Казаки неподвижно и прямо сидели в седлах. Пригнанные из казарм солдатики Симферопольского полка нервно клацали затворами. Из всех окон домов торчали головы любопытных. Там тоже молчали.
Над толпой подняли знамя: «Свобода, равенство и братство». Давя людей, к знамени пробрался конный казак и срубил его шашкой. Кумач медленно и тяжело упал в толпу.
Подняли другое, на этот раз черное. На нем красовались скрещенные топор и якорь. Что-то нехорошее и тревожное проскочило в голове, оставив в душе смутный и безымянный страх. На знамени было написано: «Праздник русской жел.-дор. революции».
Что-то мне мешало. Я обернулся и поймал на себе тяжелый казачий взгляд. Казак покачивал на коленях свою короткоствольную винтовку и в упор смотрел на меня. Даже не на меня, а на мою железнодорожную шинель. Его гнедая с лентами в гриве переступила ногами и всхрапнула. Казак, не отрываясь, медленно потянул затвор винтовки. Я отвернулся и стал выбираться из толпы.
Вдруг толпа вздрогнула и подалась вперед. Заржали лошади. Клацанье затворов стало истеричным.
–Назад! Все назад! – заорал сотник, – Данною мне власть буду стрелять!
Толпа жутко и молча перла вперед. Кто-то схватил храпящего казачьего коня за уздцы.
Грянул выстрел, и эхо трижды весело хлопнуло в подворотнях.
–Пли! – падая, сказал удивленный сотник. Он зажимал ладонью грудь. Там, где на портупее пряжка. Кровь сочилась сквозь его белые пальцы, и расплывалась пятном на гимнастерке.
Залп. Дробный перестук затворов. Снова залп.
Толпа конвульсивно дернулась. Молча. Рабочие валились как манекены из лавки Бачевского – беззвучно. Так они лежали в пыли – умирали молча безответные манекены, одетые в синее.
Казаки, свирепо крутя шашками с леденящим душу визгом, врубались в толпу, кромсая ее, резали ломти, прорубая в живых людях кровоточащие просеки.
Я стоял, открыв рот. Всё было слишком нереально. Словно под водой. Словно под димедролом.
У моих ног лежала рабочая в алом платке. Там, где платок был завязан, под подбородком, он был белым. Невесело оскалившись, рабочая одним глазом мутно смотрела в небо. У казаков были очень острые шашки.
Из подворотни выскочила маленькая собачонка. Давясь и измазывая лохматую мордочку, она жадно лакала из кровавой лужи.

Очнулся я на Проспекте, на ходу. Я шел мимо памятника Человеку На Горшке. Я разжал кулак. В ладони был золотой шеврон с казачьего рукава. По краям с него свисали белые нитки.
Солнце, висевшее на востоке, когда я был на площади, теперь свешивалось к западу. Подкатил громыхающий трамвай №1 Бельгийского акционерного общества. Автоматически и бездумно я поднялся на подножку. Трамвай тронулся, заиграла музыка
–Оплачиваем проезд! – налетела на меня злая, как сатана, кондуктор, – Проездные, удостоверения предъявляем! Ну, оплачиваем, оплачиваем, быстро!
Я протянул ей полтинник. Она отмотала мне десять билетов, сдачи не дала. Руки у нее тряслись. Ни слова не говоря, она ушла в кабину. Я смотрел в окна. Мир был хорош, покоен, радостен. В небе плыли глупые и беспечные облака. Ветер трепал веселые треугольные флажки под крышей трамвая, играла музыка. НО… что-то было не так. Что-то неуловимое, призрачно ускользающее, что-то, что почти нельзя ощутить.
Билеты? Нет. Обычный розовый билетик с круглой фиолетовой печатью. «Екатеринославский трамвай 5к. Просят предъявлять по требованию»
И вдруг до меня дошло.
ТИШИНА.
Играла музыка. И больше – ни звука. Мы въезжали на гору. Вот проехали городскую Думу (теперь училище культуры – Прим. пер.)
Я оглянулся. Вагон был полон. Пассажиры сидели на скамейках, покачивая в такт тряске и громыханию головами. Молчаливые манекены. В синих спецовках. Синих, не смотря на засаленность, машинное масло и впитавшуюся грязь. Синих, несмотря на буро-красные пятна. Только лица их, прежде землистые, теперь были отмыты и стали изжелта-бледными.
Пассажиры спали тяжелым, беспробудным сном.
Во веки веков.
Я соскочил на ходу с мертвого трамвая и пошел вверх, на гору.
Я представлял как казаки стаскивают мертвых в кучу, а живых добивают тяжелыми прикладами и тоже тащат. Как Его Превосходительство граф Келлер отдает приказ облить трупы керосином и сжечь, но, убоявшись, все-таки отменяет приказ и презирает себя за малодушие.
Как доблестная екатеринославская пожарная команда обмывает покойников из шлангов.
Как вызывают грузовую платформу, но приходит обычный вагон.
Как рассаживают мертвых по скамейкам: казаки матугаютя, у солдатиков трясутся руки, и в ушах у них все стоит лязганье затворов, пожарные – молча и не глядя друг на друга.
Как вызванное из Симферопольского полка свежее оцепление все с большим и большим трудом сдерживает толпу вокруг площади.
Как на Брянке тем временем уже колотят в рельс, и работяги в таких же точно синих робах, бросают включенными станки, а от барака к бараку летит, разливается бабий вой.
Как в мертвом трамвае, в кабине вагоновожатого, вздрагивая плечами, беззвучно плачет кондуктор, и тушь чертит черные дорожки на ее щеках…


Теги:





0


Комментарии

#0 11:38  16-12-2003Спиди-гонщик    
Ахуенно. А-ху-енн-но.

Молодца.

#1 11:47  16-12-2003Sundown    
дождался пиздатой вещи.
#2 11:48  16-12-2003Alex    
Хорошо.
#3 11:52  16-12-2003O_I_O    
да бля талантище в говне не зароешь. заибиссь.
#4 11:55  16-12-2003Fedott    
Очень сильная вещь. Хорошо!!

Только слово "стремная" (...висела удушливая и стремная тишина) - убери.

#5 11:57  16-12-2003fan-тэст    
Драматично.
Fedott

Именно стремная, коллега. и-мен-но. От которой жмет очко, сворачиваются яйца и гулко сглатываешь кадык. СТРЕМ-НА-Я. ДА.

#7 12:53  16-12-2003Сэмо    
ахуеть. очень хорошо. репортаж с места событий. мля. кртуо
#8 13:21  16-12-2003тык    
о как.. пиздато однако

а вот окончание как то не очень..

#9 13:32  16-12-2003Пыскин Злыдень    
Так их сцук ,так !

ибо нехуй

крааасиво

#10 13:53  16-12-2003Херба    
Очень здОрово.

Афтор, в каком городе это происходит по замыслу?

ЭКРАНИЗИРОВАТЬ НАХУЙ !!!!

Херба

" Невероятные приключения пассажира Ивана Штыкова в революционном городе Екатеринославе Втором, рассказанные правдиво им самим"

полная версия повести на http://www.taspol.info/article.phtml?id=4412&author_id=83

#12 14:46  16-12-2003krоt    
Хоросо
#13 19:45  16-12-2003Kopetan    
Возродим казачество!
#14 10:16  17-12-2003Вилка    
Прочитала вчера вечером. До сих пор под впечатлением.

Молодца, очень понравилось.


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
13:29  24-01-2021
: [19] [Литература]
Идут к неизвестной цели,
Косых не смыкая глаз,
И ногти их потемнели
От примесей низших рас,

Толпа безнадежных трусов,
Но вместе – стальной таран:
Безжалостность – от индусов,
Винтовки – от англичан.

Невидимы – вот что плохо…
Внезапны – для всех, всегда:
Во времени, по эпохам
Мигрирует их орда,

Дорогу столетий месят,
Шагают назад, вперед,
Их шаг для них – это месяц
А дюжина – это год....
11:00  14-01-2021
: [9] [Литература]

Скакал зайчонок по лесу, скакал и думает- а чего я скачу целый день, спрячусь-ка я за кустики и подрочу.

Доскакал до разлапистых кустиков, от которых немного попахивало волчьей мочой. Но смелого зайчонка это не пугало. Спрятался он за кустиками и стал себя всячески подбадривать....
15:47  11-01-2021
: [31] [Литература]
Пьеса,
о попытках осознания действительности, и своего места в миропорядке

В кабинет к напыщенному человеку входит юноша с пунцовым лицом.
Он принёс поэму о себе.
Человек за столом незаметно морщась пытается сосредоточиться.
Юноша поправляя ослабевшие руки, начинает читать:

часть первая
Дирижабль

Становится так грустно мне всегда
Когда летит по небу дирижабль
Он чёрен как прошедшие года
Но мне его ни капельки не жаль

В нём смрадное дыхание всех лет
Что...
09:46  11-01-2021
: [26] [Литература]
Газировку с апельсиновым салютом
Допиваю до последнего глотка.
Нас прохладой встретит завтрашнее утро,
Лёгким ветром встретит нас Москва-река.

Светят звёзды цвета сладкого кагора
Над неловко нарисованным Кремлём.
Одеялом ночь спускается на город,
Где с тобою никогда мы не умрём....
01:37  11-01-2021
: [153] [Литература]

Первое мое отчётливое восприятие Анжелики Лошадкиной произошло в ясельной группе, куда отдавали каждого Советского гражданина чуть только оторванного от сиськи, чтобы их родительницы напротив, могли не отрываться от производства и давать стране норму и даже две нормы, а некоторые особо неугомонные, которые лишь чихнув, запросто рожали тройню стоя в это самое время у доменной печи, давали по три нормы, соответственно количеству новорожденных товарищей....