Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - Пой, революция

Пой, революция

Автор: Симон Молофья и Мясные зайки
   [ принято к публикации 11:26  16-12-2003 | | Просмотров: 666]
Я шел в банк за деньгами. Шел по улице Широкой. На Широкой было необычайно много людей. Все они были в синих робах, в спецовках, замасленные, землисто-черного цвета лица, бесцветные глаза, пустые, угрюмые, усталые взгляды. Оказалось, с Брянского вокзала шли на митинг рабочие.
Навстречу мне двигалась особо плотная толпа. Мимо меня пробежали малолетки, на ходу крикнув мне: «Смена! Дяденька, съебуйся – затопчут!» Затоптать не затоптали, но я оказался вдруг плотно зажатым среди спецовок. Смена понесла меня к Брянской площади. Начиналось что-то нехорошее. Над площадью висела удушливая и стремная тишина. Только тяжелое дыхание рабочих, только шорох шагов. И больше – ни звука. Площадь была оцеплена казачьей полусотней. Казаки неподвижно и прямо сидели в седлах. Пригнанные из казарм солдатики Симферопольского полка нервно клацали затворами. Из всех окон домов торчали головы любопытных. Там тоже молчали.
Над толпой подняли знамя: «Свобода, равенство и братство». Давя людей, к знамени пробрался конный казак и срубил его шашкой. Кумач медленно и тяжело упал в толпу.
Подняли другое, на этот раз черное. На нем красовались скрещенные топор и якорь. Что-то нехорошее и тревожное проскочило в голове, оставив в душе смутный и безымянный страх. На знамени было написано: «Праздник русской жел.-дор. революции».
Что-то мне мешало. Я обернулся и поймал на себе тяжелый казачий взгляд. Казак покачивал на коленях свою короткоствольную винтовку и в упор смотрел на меня. Даже не на меня, а на мою железнодорожную шинель. Его гнедая с лентами в гриве переступила ногами и всхрапнула. Казак, не отрываясь, медленно потянул затвор винтовки. Я отвернулся и стал выбираться из толпы.
Вдруг толпа вздрогнула и подалась вперед. Заржали лошади. Клацанье затворов стало истеричным.
–Назад! Все назад! – заорал сотник, – Данною мне власть буду стрелять!
Толпа жутко и молча перла вперед. Кто-то схватил храпящего казачьего коня за уздцы.
Грянул выстрел, и эхо трижды весело хлопнуло в подворотнях.
–Пли! – падая, сказал удивленный сотник. Он зажимал ладонью грудь. Там, где на портупее пряжка. Кровь сочилась сквозь его белые пальцы, и расплывалась пятном на гимнастерке.
Залп. Дробный перестук затворов. Снова залп.
Толпа конвульсивно дернулась. Молча. Рабочие валились как манекены из лавки Бачевского – беззвучно. Так они лежали в пыли – умирали молча безответные манекены, одетые в синее.
Казаки, свирепо крутя шашками с леденящим душу визгом, врубались в толпу, кромсая ее, резали ломти, прорубая в живых людях кровоточащие просеки.
Я стоял, открыв рот. Всё было слишком нереально. Словно под водой. Словно под димедролом.
У моих ног лежала рабочая в алом платке. Там, где платок был завязан, под подбородком, он был белым. Невесело оскалившись, рабочая одним глазом мутно смотрела в небо. У казаков были очень острые шашки.
Из подворотни выскочила маленькая собачонка. Давясь и измазывая лохматую мордочку, она жадно лакала из кровавой лужи.

Очнулся я на Проспекте, на ходу. Я шел мимо памятника Человеку На Горшке. Я разжал кулак. В ладони был золотой шеврон с казачьего рукава. По краям с него свисали белые нитки.
Солнце, висевшее на востоке, когда я был на площади, теперь свешивалось к западу. Подкатил громыхающий трамвай №1 Бельгийского акционерного общества. Автоматически и бездумно я поднялся на подножку. Трамвай тронулся, заиграла музыка
–Оплачиваем проезд! – налетела на меня злая, как сатана, кондуктор, – Проездные, удостоверения предъявляем! Ну, оплачиваем, оплачиваем, быстро!
Я протянул ей полтинник. Она отмотала мне десять билетов, сдачи не дала. Руки у нее тряслись. Ни слова не говоря, она ушла в кабину. Я смотрел в окна. Мир был хорош, покоен, радостен. В небе плыли глупые и беспечные облака. Ветер трепал веселые треугольные флажки под крышей трамвая, играла музыка. НО… что-то было не так. Что-то неуловимое, призрачно ускользающее, что-то, что почти нельзя ощутить.
Билеты? Нет. Обычный розовый билетик с круглой фиолетовой печатью. «Екатеринославский трамвай 5к. Просят предъявлять по требованию»
И вдруг до меня дошло.
ТИШИНА.
Играла музыка. И больше – ни звука. Мы въезжали на гору. Вот проехали городскую Думу (теперь училище культуры – Прим. пер.)
Я оглянулся. Вагон был полон. Пассажиры сидели на скамейках, покачивая в такт тряске и громыханию головами. Молчаливые манекены. В синих спецовках. Синих, не смотря на засаленность, машинное масло и впитавшуюся грязь. Синих, несмотря на буро-красные пятна. Только лица их, прежде землистые, теперь были отмыты и стали изжелта-бледными.
Пассажиры спали тяжелым, беспробудным сном.
Во веки веков.
Я соскочил на ходу с мертвого трамвая и пошел вверх, на гору.
Я представлял как казаки стаскивают мертвых в кучу, а живых добивают тяжелыми прикладами и тоже тащат. Как Его Превосходительство граф Келлер отдает приказ облить трупы керосином и сжечь, но, убоявшись, все-таки отменяет приказ и презирает себя за малодушие.
Как доблестная екатеринославская пожарная команда обмывает покойников из шлангов.
Как вызывают грузовую платформу, но приходит обычный вагон.
Как рассаживают мертвых по скамейкам: казаки матугаютя, у солдатиков трясутся руки, и в ушах у них все стоит лязганье затворов, пожарные – молча и не глядя друг на друга.
Как вызванное из Симферопольского полка свежее оцепление все с большим и большим трудом сдерживает толпу вокруг площади.
Как на Брянке тем временем уже колотят в рельс, и работяги в таких же точно синих робах, бросают включенными станки, а от барака к бараку летит, разливается бабий вой.
Как в мертвом трамвае, в кабине вагоновожатого, вздрагивая плечами, беззвучно плачет кондуктор, и тушь чертит черные дорожки на ее щеках…


Теги:





0


Комментарии

#0 11:38  16-12-2003Спиди-гонщик    
Ахуенно. А-ху-енн-но.

Молодца.

#1 11:47  16-12-2003Sundown    
дождался пиздатой вещи.
#2 11:48  16-12-2003Alex    
Хорошо.
#3 11:52  16-12-2003O_I_O    
да бля талантище в говне не зароешь. заибиссь.
#4 11:55  16-12-2003Fedott    
Очень сильная вещь. Хорошо!!

Только слово "стремная" (...висела удушливая и стремная тишина) - убери.

#5 11:57  16-12-2003fan-тэст    
Драматично.
Fedott

Именно стремная, коллега. и-мен-но. От которой жмет очко, сворачиваются яйца и гулко сглатываешь кадык. СТРЕМ-НА-Я. ДА.

#7 12:53  16-12-2003Сэмо    
ахуеть. очень хорошо. репортаж с места событий. мля. кртуо
#8 13:21  16-12-2003тык    
о как.. пиздато однако

а вот окончание как то не очень..

#9 13:32  16-12-2003Пыскин Злыдень    
Так их сцук ,так !

ибо нехуй

крааасиво

#10 13:53  16-12-2003Херба    
Очень здОрово.

Афтор, в каком городе это происходит по замыслу?

ЭКРАНИЗИРОВАТЬ НАХУЙ !!!!

Херба

" Невероятные приключения пассажира Ивана Штыкова в революционном городе Екатеринославе Втором, рассказанные правдиво им самим"

полная версия повести на http://www.taspol.info/article.phtml?id=4412&author_id=83

#12 14:46  16-12-2003krоt    
Хоросо
#13 19:45  16-12-2003Kopetan    
Возродим казачество!
#14 10:16  17-12-2003Вилка    
Прочитала вчера вечером. До сих пор под впечатлением.

Молодца, очень понравилось.


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
13:57  19-08-2018
: [34] [Литература]
Был разбужен ни храпом, ни ветром -
Алексей Алексеич Машков
И не дружным прерывистым пердом,
Разрывающим тайну оков

Он разбужен был полной луною
Что светила из грязных окон
Та что глаз свой, прекрасный, воловий,
Разместила на влажный балкон

Вся бригада накушавшись браги,
Как один нахлебавшись ея,
Не проснулась от лунной той тяги
Сей чудесный момент проебя

Лишь Машков, бригадир, был разбужен -
Сладкой мукой, волшебной луной
3начит правда од...
09:42  14-08-2018
: [8] [Литература]
Первым к точке сбора пожаловал Василий Плазмов. Вскоре подтянулся и Сережка Моржиков. А вот Лёлю ребятам пришлось подождать.
Сутулый Василий посасывал кончик галстука. Сережка курил папиросу и исподлобья поглядывал на эфемерных прохожих. В его голове как будто что-то никак не укладывалось....
23:59  10-08-2018
: [10] [Литература]
Коты обнюхивают клей на щелях, в коридоре, в помещениях, куда ведут своих приятелей дешёвые мамзели, стоящие рядами на панели, с припаркованной Газелью, в которой Алексея попросили поменять руль, тормоза, педали и сцепление, да и всё остальное тоже бы не помешало вытрясти из этой нахлобухи, под тянущие звуки как в порнухе из системника с винтом размером в гигабайт, куда ядрёный телетайп шлёт пошлые команды ватага за ватагой, бомжи под эстакадой в ржавой банке доваривают свою манагу, мохнатыми ушами шевеля, ...
09:01  09-08-2018
: [17] [Литература]
Куда девались стайки алкашей,
стеклянных войск былинные герои?
Неужто жизнь их выгнала взашей,
в неровные ряды метлой построив?
Я не воспринимаю город мой
без этих добрых, милых сердцу граждан -
носителей духовности простой,
готовых поделится ею с каждым....
12:43  08-08-2018
: [17] [Литература]

Скоро Осень, снова пожелтеют листья,
Рухнут листопадом, с ветром полетят,
А у нашей Тани поседеет пися,
Тане в эту пору стукнет шестьдесят

Все лицо в морщинках, как у обезьяны,
Груди, словно гроздья, свисли до земли,
Осень как ты любишь времени изъяны,
Как ты обнажаешь грусть былой любви

О любви к Татьяне я жалеть не буду,
Слезы расставания высохли давно,
Таня оформляет в «Альфа-Банке» ссуду,
Повернуть пытаясь дней веретено....