Враг народа. История времён безумной войны. Продолжение.

Автор: Урусхан Глава 3. Обстановка.

- Ну, что Иван Панфилович, рассказывай, как тут у вас дела в Туркестане? Я теперь как ты знаешь, не только командующий фронтом, но и член Туркестанской комиссии, призванной помочь вам в разрешении всех ваших трудностей. Какова обстановка, Иван Панфилович?
- Военно-политическая обстановка в Туркестане очень сложная, товарищ Фрунзе, - начал Белов. Успешнее всего у нас идут дела в Закаспийской области. Оставшись без помощи англичан, Туркестанская армия Закаспийского правительства отступает и фактически разгромлена. Полный разгром зависит от того, насколько быстро мы покончим с мятежом уральских казаков атамана Фильчева и каракалпаков Хана Максума в Чимбае. Фильчева и Максума поддерживает Джунаид-хан и не просто поддерживает. С января 1918 с момента захвата Хивы Джунаид регулярно совершает кровавые рейды на советскую территорию…
- А насколько прочна власть самого Джунаида в Хиве, товарищ Белов? – нетерпеливо спросил Фрунзе.
- Не очень прочна. Джунаид - туркмен и это очень не нравится узбекам, всегда правившим Хивой. Недовольство узбеков не только спонтанно, но и организовано политически. Я имею ввиду, прежде всего партию младохивинцев, состоящую в основном, из узбеков. С младохивинцами у нас установлены хорошие отношения и в случае наступления Красной Армии на Хиву, я уверен в их безоговорочной поддержке. К тому же, и среди самих туркмен сильны межплеменные разногласия. Джунаид - йомуд и такие авторитетные сердары из других племён, как Кошмамед-хан и Гулям-али его власти не признают. С ними мы также ведём работу по привлечению на нашу сторону.
- А вот это хорошо, товарищ Белов! – воскликнул Фрунзе. Работа среди местного населения, среди всех этих сердаров и курбаши, чрезвычайно важна. Нельзя делать ставку только на военную силу.
- Совершенно верно, товарищ Фрунзе.
- Ну, извини, что перебил, продолжай, Иван Панфилович.
- Думаю, что установление Советской власти в Закаспийской области и в Хиве вопрос самого ближайшего времени. Эмир бухарский соблюдает нейтралитет и нам, на мой взгляд, также необходимо придерживаться нейтралитета, хотя наши друзья младобухарцы нас торопят. Серьёзную опасность представляет ваше родное Семиречье, Михаил Васильевич. Там против нас действуют силы атамана Ионова и атамана Анненкова. Ионов наказной атаман, Анненков возглавляет так называемую Партизанскую дивизию. Формально он подчиняется Ионову, на самом деле не подчиняется никому. Отношения двух атаманов хуже некуда, известен даже случай ареста Анненковым Ионова. И их разногласия как Вы понимаете, нам на руку.
- Наиболее опасен Анненков?
- Совершенно верно, товарищ Фрунзе. Ионов слаб и мягкотел, нам известно, что Колчак уже рассматривает вопрос о его замене на кого-то другого. Анненков силён, крайне жесток, и личность, безусловно, неординарная. Он пользуется авторитетом не только среди казаков, но и у части киргизов и русских крестьян-поселенцев. Это, безусловно, достойный противник. Однако, его огромный минус в том, что атаман ведёт себя так, будто хочет единолично править Семиречьем, а что происходит за пределами Семиречья, его особо не беспокоит. Такое поведение находит отклик у казаков, которые, хоть и настроены против Советской власти, но не охотно поддерживают белое дело и дальше своих станиц идти не хотят.
- Ясно, Иван Панфилович, ну, теперь расскажи про Фергану, ты ведь, только, что оттуда.
- Да, Михаил Васильевич, бои были тяжёлые, удержать Андижан было нелегко и, обстановка в долине крайне опасная. Долина наводнена бандами басмачей, это и Эргаш и Хал-Ходжа, но самый опасный Мадамин-бек. Что выделяет его среди других, товарищ Фрунзе, так это то, что басмач этот пользуется поддержкой у широких слоёв населения, причём не только у мусульман. Его опора это бывшие царские офицеры и еврейская буржуазия. А совсем недавно, курбаши объединился и с кулацкой Крестьянской армией. И теперь это не просто басмаческие банды, это целая объединённая кулацко-басмаческая армия, товарищ Фрунзе. С другой стороны, о Мадамин-беке отзываются как о человеке трезвомыслящем и далёком от каких-то идейных предрассудков. Судя по всему, курбаши осознает, что борьба против Советской власти обречена на провал. У нас уже имеется опыт переманивания лидеров басмачей на нашу сторону, между собой мы с товарищами в шутку называем их красными басмачами, - усмехнулся Белов.
- Ну, что ж Иван Панфилович, обстановку ты обрисовал довольно ясно. Думаю, что сначала нам надо разбить всю эту бандитскую мелюзгу, а потом приступать к самым сильным главарям. А, Мадамин-бека продолжайте прощупывать, если он колеблется, это хорошо, надо поколебать его ещё больше, обещайте всё, что угодно, лишь бы переманить его на нашу сторону, на худой конец внести среди бандитов раскол, а там время покажет.

Глава 4. Красные басмачи.

- Ну, вот, как видите, господин Мадамин-бек, Вы находитесь в полной безопасности, как я и обещал, - весело начал Фрунзе. Ни один волос с Вашей головы не упал.
- Да, я вижу, что Вам можно верить господин Фрунзе, - согласился Мадамин-бек.
- Ну, давайте, закончим предисловия и поговорим о деле, - предложил Фрунзе. Вы ознакомились с нашими требованиями, теперь мы готовы выслушать Вас.
- Вам, наверное, не понравится то, что я скажу, но мне очень трудно поверить в ваши обещания и гарантии, господин Фрунзе, Советская власть вела себя в Ферганской долине так, что…
- А как ещё вести себя с бандитами? – не сдержался Белов.
- Погоди, погоди, Иван Панфилович, не горячись - остановил Белова Фрунзе. Я тоже не первый день нахожусь в Туркестане, обстановку знаю и должен сказать, что господин Мадамин-бек частично, прав.
Белов недоумённо посмотрел на Фрунзе.
- Да, да, Иван Панфилович, прав. Следует признать, временами Советская власть выступала не защитником населения, а его притеснителем, но я Вас уверяю, господин Мадамин-бек, все эти факты тщательно расследуются, и виновные понесут наказание. Но согласитесь, это дело прошлого, а нам надо думать о будущем, надо думать о том, как остановить эту ненужную войну. Скажите, честно, что Вы на самом деле думаете о нашем предложении, о включении ваших отрядов в ряды Тюркской советской бригады?
- Я согласен, но при условии, что за пределами Ферганы мои джигиты воевать не будут.
- Ну, это уж слишком, - опять не сдержался Белов. Красной Армией руководит Реввоенсовет, а не командиры на местах, мы не для того, повсеместно боремся с партизанщиной, чтобы вводить её здесь.
- Опять, ты рубишь с плеча, Иван Панфилович, - снова возразил Фрунзе. Ситуация везде разная. Я не решаю эти вопросы самолично, господин Мадамин-бек, но всячески поддержу Ваше требование, я с ним согласен, пусть люди защищают свою землю.
- Другое требование, господин Фрунзе, таково. Если мои отряды перейдут на сторону Красной Армии, я хочу, чтобы Советская власть дала мне, возможность встретиться с некоторыми курбаши, чтобы убедить их прекратить войну. А пока я буду добиваться встреч с ними, Красная Армия не будет вести против них боевых действий.
- Ну, господин Мадамин-бек, я думаю, против такого предложения ни у кого в Туркестанской комиссии возражений не будет.
- Ну, что ж, тогда последнее и самое главное требование. Оно касается порядка после войны. На территории Ферганской области должно быть введено шариатское право, суд казиев, который будет судить мусульман, и назначать им наказания по шариату, конечно, исключая те наказания, за которые по шариату полагается смерть или побои. При несогласии с решениями шариатских судов правоверные могут подавать жалобы в органы Советской власти. При таком порядке наш народ быстрее примет новую власть.
- Ну, это неслыханно, - развёл руками Белов. Это то, что было при царском режиме, ты, что, хочешь подменить Советскую власть?
- Товарищ Белов, успокойтесь, я Вас умоляю, не так уж это и невозможно, и здесь я согласен с господином Мадамин-беком, необходимо предоставить местному населению некую традиционную форму управления. Не вижу в этом ничего плохого.
- Товарищ Фрунзе, это не лезет ни в какие ворота.
- Поговорим о том, что куда лезет и не лезет на заседании Туркестанской комиссии, товарищ Белов, - холодно отрезал Фрунзе.

***
В марте 1920 года самый известный басмач Ферганской долины курбаши Мадамин-бек признал Советскую власть, и его отряды влились в ряды Тюркской советской бригады. Однако, в должности красного командира ему суждено было пробыть всего два месяца. В мае 1920 года Мадамин-бек отправился на мирные переговоры с другими курбаши и попал в засаду к басмачам своего кровного врага курбаши Хал-Ходжы. По приказу Хал-Ходжы Мадамин-бека казнили. Как удалось узнать Хал-Ходже маршрут, по которому передвигался Мадамин-бек и почему Мадамин-беку была выделена охрана, состоявшая всего из четырёх человек доподлинно неизвестно. Однако, по странному стечению обстоятельств в тот же день, в который был казнён Мадамин-бек, отряд Хал Ходжы был внезапно атакован частями Красной Армии и полностью уничтожен. Так или иначе, но после всех этих событий партизанская война против Красной Армии в Ферганской долине пошла на спад.

Окончание следует.