ИСПОВЕДЬ РОЛЛС-РОЙСА

Автор: Александр Вулых Родился я и изобрёлся
В Манчестер-сити по весне.
Мой папа был Стюартом Роллсом,
А Генри Ройс был мамой мне.

Меня вручную собирали:
Колеса, кузов и кардан,
И слоем дорогой эмали
Мне покрывали мой седан.

На полированной торпеде
Раскинули приборный блок
И статуэткой Сильвер Леди
Украсили мой передок.

За неземной дизайн модели
В своем величии крутом,
И за примочки на панели
Мне дали прозвище «Фантом».

Да и вообще, как говорится,
Я был рожден в семье своей
Для лордов, герцогов и принцев,
Для королев и королей!

Я был красив, как Дух Экстаза,
А то и краше был подчас…
Моим хозяином стал сразу
Его Высочество принц Чарльз.

Я помню, как-то летом жарким,
Пылающим, как Жанна д Арк,
К любовнице Камилле Паркер
Возил я Чарльза в Риджент-парк.

Я помню аромат «Шанели»,
Когда в салоне, как змею,
Валтузил жопой по панели
Принц Чарльз любовницу свою,

А после, как бывало часто,
Храня достоинство в груди,
Я вез обратно принца Чарльза
Домой, к законной леди Ди.

Ах, эти милые забавы!
Скажу по правде, что в душе
Я был растроган ими, право,
Как шалостями малышей.

Клянусь любимым старшим братом,
Который Ленина возил,
Я был тогда аристократом
В полтыщи лошадиных сил!

И моему крутому бренду
Завидовали лорд и сэр…
А вскоре взял меня в аренду
Премьер-министр Тони Блэр.

Он был вполне достойным сэром,
Он в жизни многое видал,
Но в алкогольных дринках меру
Порой не сильно соблюдал.

И как-то, будучи в угаре
От дегустаций разных вин,
Играл он дома на гитаре
Репертуар ансамбля «Queen»,

И, находясь во власти танца,
Он не заметил, как в тиши
Меня украли два албанца:
Мехмет и брат его Хашим.

На мне неделю колесили,
Мне перебили номера…
И оказался я в России,
Когда открыл глаза с утра.

И в миг, когда в меня угрюмо
Влез мой владелец, наконец,
Народный депутат Госдумы…
Я понял: мне пришел пиздец!

Хотя он слушал Мумий Тролля
С неадекватнейшим лицом,
Он был главой Наркоконтроля,
Непримиримым, блядь, борцом!

Он через нос и внутривенно
Во мне борясь с врагом своим,
Уничтожал попеременно
Один наркотик за другим,

А после этого устало
Моей конструкцией руля,
Он гнал меня со спецсигналом
В стрипклуб с названьем «О-ля-ля!»

И там я ждал его, о Боже,
Не как Роллс-Ройс, а как холуй,
Пока на мне один прохожий
Не нацарапал слово «хуй»!

И мой владелец, лоб наморщив,
И замотавши головой,
Сказал знакомой стриптизерше:
- Возьми его! Теперь он твой!

Бери! Бери его, Анфиса!
До основанья самого!
Паскуда! Девочка! Актриса!
Ты заработала его!

- Вот это да! Вот это здрасьте!
Вот это нахуй конь в плаще!
Я щас уписаюсь от счастья!
Сергей Сергеич! Ну ваще-е!

Ой, я на нем поеду в «Дягу»!
А после – в «Оперу» и в «Рай»!...
- Езжай! Катись! Ебись во благо!
Ну, и меня не забывай!...

И стриптизерша с криком «вау!»
Мгновенно прыгнула за руль…
И я помчал её, шалаву,
В ночной расплавленный июль!

Два месяца я слушал визги
Лулу, Анфисы и Мари,
Когда под песни Жанны Фриске
Их драли у меня внутри!

Их похотливейшие рожи
Мой организм вгоняли в страх,
Они царапали мне кожу
Своими шпильками в туфлях!

Обертки из-под шоколадок,
Огромных членов муляжи,
Трусы, коробки от прокладок
Мне сильно отравляли жизнь!

И больше не хватало силы,
Чтоб этот пережить Содом,
Где игры Чарльза и Камиллы
Казались сладким детским сном!

Однажды это прекратилось,
Когда в ночном сиянье фар
Ко мне спустилась Божья милость
С кавказским именем Джохар.

Меня подрезали два джипа,
И строго глядя мне в глаза,
Оттуда вылезли три типа:
Джохар, Умар и Бекмурза.

Джохар достал кинжал военный
И даже не спросив, как звать,
Сказал Анфисе откровенно:
- Короче, вылезай, билять!

И не услышавши отказа,
Умчал в рассветную Москву…

Теперь вот я в горах Кавказа
В селеньи Старый Юрт живу.

Я перекрашен в цвет зеленый,
Мне в крышу ввинчен пулемет,
Во мне сидит объединенный
Чеченский боевой расчет.

Владелец у меня серьёзный,
Я стал ему теперь, как брат.
Я с ним готовлюсь в город Грозный
Поехать скоро на парад.

Нередко при команде «стройся!»
Мне мой хозяин говорит:
- Вот кем ты был? Простым Роллс-Ройсом…
Теперь ты воин и джигит!

И нет тебя на свете краше!
Ты кровью смыл былой позор!
Теперь, мой брат, тебе не страшен
Ни танк, ни бронетранспортер!

И я, не возражая брату,
В полночной горной тишине
Свой охлаждаю радиатор
И засыпаю при луне.

Но только в этом тихом месте,
Где спит фантом моих геройств,
Мне снится старенький Манчестер,
И папа Роллс, и мама Ройс.