|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Литература:: - Ответ Лёве Задову
Ответ Лёве ЗадовуАвтор: Симон Молофья и Мясные зайки
[ принято к публикации 16:21 24-03-2004 | Спиди-гонщик | Просмотров: 1217]Видела вся планета В клочьях огня и дыма Воля твоя бессмертна Сила непобедима Мы на огне горели Мы на сугробах спали Многие поседели Многие в поле пали Только не в силах время Вынуть из песни слова Наши патроны как семя Всходят снова и снова В новых полках и ротах В черных знаменах наших В новых твоих походах В новых победных маршах Вижу иные лица Штык и строку устава Старая слава длится Новая зреет слава Теги:  -3 
Комментарии
#0 23:38 24-03-2004death_catt
Иш ты! Симон, тибя чёто последнее время сильно штормит... Симону Молофья с Мясными зайками Благодарю за ответ. чё то не вперло с утра. Симону респет за боевой марш. давай, бро, заканчивай пить и штурмуй со своими мясными Зайками какой-нибудь ураинский город. организовывай само-провозглашенную республику Блять да за один ник рекамендед бгыгыггыгы Еше свежачок Бабушка Марфа Петровна пироги пекла не по рецепту - всё на глаз. Муки четыре жмени, чтоб тесто липло к пальцам, но не слишком; сахара - чуть с горкой, чтоб душа радовалась; дрожжей - ровно столько, чтоб к обеду тесто трижды подошло и каждый раз она его сердито осаживала деревянной лопаткой - типа не зазнавайся!...
ГЛАВА 26
НОВАЯ ИГРА Апрель 1936 года, Московский вычислительный центр Первые лучи утреннего солнца заливали зал, где машина пробуждалась после долгой перезагрузки. Но теперь ее гул звучал иначе - мягче, с какими-то новыми, почти музыкальными обертонами.... ГЛАВА 21
ОПТИМАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО Апрель 1932 года, Московский институт генетики Профессор Вавилов сидел за своим массивным дубовым столом, пальцы сжимали края документа. Бумага была плотной, с аккуратно проставленными штампами НКВД. - «Программа оптимизации генофонда населения СССР», - он поднял глаза на молодого сотрудника в форме....
Ночь в селе Карденахи была черна той первозданной чернотой, что предшествует самому́ сотворению мира, — чернотой, в которой ещё не было ни слова, ни света, ни имени вещей. Стояла та доисторическая, влажная темнота, какую помнит лишь красная глина Колхиды да виноградная лоза, чьи корни уходят в такую глубину, где нет уже ни грузина, ни грека, ни перса, а есть лишь сама земля, дышащая своим медленным, тысячелетним дыханием.... |
