Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Было дело:: - Отец Сергий

Отец Сергий

Автор: Штурм
   [ принято к публикации 18:44  07-01-2010 | бырь | Просмотров: 407]
Ты кукуй кукушка в синей тишине
Сколько мне ещё осталось на земле,
Не жалей, а просто ты кукуй кукушка мне
И когда я буду где-то, где-то там
Я тебе за каждый день втройне отдам
Песнями, что дождь слезой оставит в октябре.
© Жека «Кукушка»

- Стой, стрелять буду! – Сашка, задыхаясь, бежал за мужчиной, чья спина в чёрной кожаной куртке мелькала шагах в пятидесяти. В ответ преследуемый только прибавил ходу и завернул в лабиринт разнокалиберных гаражей. Сашка тоже нырнул туда и стал протискиваться между металлических коробок. Едва он свернул за одну из них, сталь кастета больно ударила его в лоб, в голове как будто что-то взорвалось и он почувствовал, как по лицу течёт что-то вязкое и тёплое. Через кровавую пелену он с трудом разглядел нечёткий силуэт противника, который занёс руку для очередного удара. Инстинктивно, уже ничего не соображая, Сашка схватил задерживаемого за горло и сжимал захват, несмотря на сыплющиеся на голову удары, которые с сопением и хриплыми матюгами наносил ему Ватоха, бандит, грабитель и мокрушник, на которого мы охотились уже два месяца. Последним, что сохранило уходящее сознание, был до боли знакомый голос напарника, Юрки: «Руки вверх, сволочь!», и он провалился в темное и душное ничто…
* * *
Сознание возвращалось медленно.
Сперва он ощутил саднящую боль в области лба и затылка, потом, как в кинотеатре, пришёл свет, сперва бледный, потом ослепительно яркий. Сашка открыл глаза, а потом зажмурился от яркого луча, бившего ему в глаза. Он снова поднял веки, сперва смутно, как в тумане, а потом, проявляясь постепенно, словно фото на проявке, появилась Светка.
- Сашенька, ну как же так! – Светка, его Светка, вытирала слёзы с опухших глаз промокшим мятым платочком. - Бросил бы ты эту ментуру, ради Бога! Если что, на кого ты нас с Юленькой оставишь?
- Хорошо, хорошо, родная… Только не плачь! – рассеянно. - Уйду, уйду! Честное слово, уйду!
Юлька… Это очаровательное созданье трёх лет, с огромными карими по-детски наивными, но уже и по-женски лукавыми карими глазёнками была для него всем… Доча, доченька…
- Да вот, посмотри, во что тебя превратили! – порывшись в сумочке, как кинжал, выхватила она пудреницу, открыла её и поднесла зеркальце к Сашкиному лицу.
Сашка глянул на своё отражение. На него смотрел звероподобный мужик с синюшными мешками под глазами, намазанной зелёнкой рваной вертикальной раной на лбу, стянутой грубым швом и головой в бинтах, из-под которых торчали клочья спутанных волос. Видок, прямо скажем, не гламурный…
- Уйду! – повторил он.
* * *
Сашка не ушёл. После выписки из больницы, на память о которой остался багровый шрам, пересекающий лоб, да куча рецептов, выписанных врачами, он опять влился в коллектив. Снова завертелась бешеным волчком непростая оперская житуха, Снова бесконечные дежурства – писанина – засады – совещания – беготня по адресам.
Мы сидели с Сашкой в кабинете. Внезапно раздался звонок внутреннего телефона. От таких звонков, как правило, ничего хорошего, не ожидаешь.
- Басов! – сказала трубка голосом начальника, замечательного мужика, бывшего сыщика, которого вся контора за глаза любовно звала «папой» - Зайдите ко мне в кабинет!
Что-то такое было в его голосе, от чего Сашке стало не по себе.
Когда он зашёл в кабинет шефа, тот стоял лицом к окну и читал какую-то бумагу. Заметив, что Сашка вошёл, он поднял глаза от текста и как-то странно посмотрел на подчинённого, после чего стал принципиально прятать взгляд.
- Вот что, Басов… - глаза начальника опять убежали куда-то в сторону. – Даже не знаю, как сказать… В общем… - начальник замолчал надолго, какими-то судорожными, порывистыми движениями бесцельно перемещая по столу ручки и карандаши. – В общем… - опять пауза. – Держись, парень! Твоих жену и дочь.. – опять томительное ожидание… - Короче, нет их больше!
Сашка не понял. Как это нет? Он в недоумении молча уставился на шефа.
- Словом… Сегодня, в восемь ноль пять возле дома сорок шесть по …скому проезду их сбил пьяный водитель на «Опель-Фронтера»… Насмерть… Вот сводка…
Сашка не понимал. Его мозг просто отказывался уяснить, что двоих самых дорогих для него существ уже нет.. Сегодня, отправляясь на работу, он видел Свету и Юлечку живыми, жена с улыбкой повязывала дочери два роскошных розовых банта на девчачьи «хвостики» перед детским садиком, Юляшка что-то щебетала, обнимая отцовскую шею пухлыми ручонками.
Ступор. Эта особенность человеческой психики, когда разум просто не в состоянии сразу принять и осознать непреложный факт, что бесконечно дорогие люди превратились в нечто, кровавым месивом лежащее на выщербленном асфальте.
- Иди, Саша.. Поплачь, что ли.. – мягко сказал «папа».
На ватных ногах Сашка вернулся в кабинет.
- Ну, что, выговор вдули? – сочувственно спросил я.
- Нет… Светки и Юляшки… Их нет больше… - бесцветным голосом выдавил из себя он и рухнул лицом вниз на старенький продавленный диван, который мы для общих нужд притащили с какой-то помойки.
Некоторое время он лежал, не подавая признаков жизни. Потом, угловатыми, как у робота, движениями, он поднялся, фиксируя взглядом одну точку.
- Саш, может, того.. – я бестолково засуетился, дрожащими руками нашарив на столе ключи от сейфа, открыл его, еле попав в замок, и достал оттуда «НЗ» - бутылку водки, хранящуюся «на всякий случай». Сорвал пробку, оцарапав руку острым краем крышки, расплёскивая, налил в чашку сто пятьдесят.
Сашка одним глотком опрокинул в себя налитое, поставил кружку на стол.
- Ещё…
Он пил машинально, не запивая и не пьянея, пока я не вызвал служебную машину, которая отвезла его домой.
* * *
Накануне похорон Сашка позвонил и попросил привезти ему два патрона. Для тех, кто не в теме – так бойцы спецподразделений (и не только их, кажется) хоронят своих боевых товарищей, зажав, ох, как сильно зажав два патрона в кулаке.
Сами похороны… Не любое подобное мероприятие – сама по себя неприятная вещь, но тут… Сашка, осунувшийся, с ввалившимися глазами и щеками на пепельного цвета лице. Двигался как робот, зажимая в руке те два заветных патрона. Погода была в явном диссонансе с общим настроением – жарко пекло солнце, на ослепительно синем небе не было и облачка, вокруг – роскошная зелень тополей и лип, нахальные воробьи, возмущённо чирикая, дрались из-за хлебной корки. А мы… А мы тащили по аллеям кладбища два гроба, один обычный, а второй маленький… Нет, не могу больше…
…Сашка появился в конторе только спустя дней десять после похорон. От прежнего, весёлого и коммуникабельного Сани уже ничего не осталось. Лицо ещё более приняло оттенок свинца, выражение глаз было пустое и отсутствующее. Едва поздоровавшись с нами, он прошёл в кабинет начальника.
Там, присев к столу, молча написал рапорт об увольнении по собственному желанию. Сухо попрощался со всеми и ушёл.
* * *
Тяжка доля оперская… Где тонко – там и рвётся, и кидают оперов на разные мероприятия. Вот и очередное указание – обеспечить охрану общественного порядка на церковном мероприятии, именуемом рождественская служба. Когда обычные люди, вне зависимости, религиозные они или атеисты, отмечают данное событие, менты в любую погоду торчат возле храма, абы чего… «Абы чего» - это поддатая молодёжь, которую так и тянет посмотреть на религиозное действо. Вот и стоим холодной зимней ночью возле храма Николая – Угодника, покуривая и наблюдая за собравшейся общественностью. Общественность молода и слегка накачана спиртным, но ведёт себя мирно. Несмотря на то, что одеты мы достаточно тепло, сырость и ветер проникают под одежду. Продрог, однако! Снимаю шапку и захожу в храм, где идёт служба. В храме от обилия прихожан и огоньков многочисленных свечей тепло. Мощный голос батюшки резонирует под сводами храма. Голос, как ни странно, кажется мне знакомым. Я приглядываюсь к его лицу. Черная с обильной проседью борода скрадывает черты лица, но шрам на лбу… Тот самый, Сашкин шрам! Ошибки быть не может! Это Сашка! Да, с бородой, постаревший, но это он! Внезапно наши глаза встретились. Похоже, несмотря на то, что прошло уже столько лет, Сашка (или уже не Сашка?) тоже узнал меня.
Через некоторое время по канону священнику необходимо отойти в ризницу.
Вместо него появляется какой-то служка (ну, не силён я в православии, что говорить!), подходит ко мне и передаёт записку. Разворачиваю и вижу текст, написанный знакомой рукой: «После службы зайди ко мне».
Отстаиваю до конца службы, уже 5 утра. Подхожу к добротному дому батюшки, стучусь. Дверь открывает сам священник.
- Нашёл, значит…
- Ну, нашёл… Хотя и не искал! Да и не ожидал тебя встретить!
- Проходи!
Я захожу в довольно просторную чистую комнату, пахнущую сосной и ладаном. В «красном углу» висят многочисленные иконы.
- Здравствуй, Саша!
- Я оставил мир и имя мирское… Нынче меня зови отцом Сергием.
- Но Са.. отец Сергий, как ты… вы… тут оказались?
- Долгая история… Садись!
Мы сели за стол, накрытый чистой белой скатертью. Батюшка достал бутылку кагора и два стакана, плеснул в них.
- Ну, давай!
Мы выпили.
- Знаешь, когда случилось… ну, ты понял… Так вот, жить мне не хотелось. Сперва пил. Ничего не ел, только пил. Страшно пил, по-чёрному! Ночью на кухню выходил, брал нож да всё примеривался, как бы половчее себя жизни лишить… - Сашка, то бишь отец Сергий перекрестился на киот с иконами. – Прости меня, Господи!
Помолчал.
- Ходил на могилку Светы и Юленьки, плакал всё… Поверь, жить не хотел! Казалось, что ни к чему она, жизнь моя, без них…- он утёр слезу. - А потом, пришёл как-то в храм, а там хор поёт. Да так проникновенно! Чистые и печальные голоса мальчишек-хористов были так торжественны пронзительно трогательны, что веришь, нет – я зарыдал. Подошёл батюшка. И вывалил я свою историю. Облегчил душу. Уж не помню сейчас, какие слова он говорил тогда... Какие бы испытания Бог не слал человеку – он его любит! И самый тяжкий грех – себя жизни лишать! Тяжко? Всегда кому-то тяжело, но надо не думать о своём горе, а помогать тем, кому тяжелее тебя… Я же вот некрещёный был, да и атеист – он опять перекрестился – А всё-таки уверовал, крестили меня, потом – послушничество, семинария. Был в сан рукоположен, иеромонахом стал, служу вот здесь Господу нашему… И знаешь, - отец Сергий поднял на меня глаза – Ведь профессии опера и священника чем-то похожи! Сыщики врачуют хирургическим путём, вырезая из общества всякую гниль и гнусь, а церковь – пользует души заблудших силой веры и справедливости…
Мы ещё немного посидели, поговорили. Я ушёл.
* * *
С тех пор я иногда наведывался в храм, где служит отец Сергий. По всему, прихожане его любят, поскольку восторженно внимают его проповедям. Как-то раз я во внеурочный час зашёл в храм поставить свечку за здоровье тяжело больной мамы. Отец Сергий причащал прихожан. Я встал неподалёку, в сторонке, чтобы не мешать. Люди всё шли и шли, и, казалось, конца потоку не будет. И тут в дверях появилось чем-то знакомое лицо. Мужчина средних лет, на голове без головного убора короткие волосы, как у человека после отбывания наказания. Где же я его видел? Человек между тем просто впился глазами в лицо батюшки. Бровь его задёргалась от нервного тика, челюсть отвисла а глаза округлились. Ба, да это же Ватоха, которого мы брали тогда! Видать, уже отмотал срок!
Наконец Ватоха обрёл дар речи и с криком: «ААААААААА, И ЗДЕСЬ МЕНТЫ!!!» пулей вылетел из храма.


Теги:





-1


Комментарии

#0 00:23  08-01-2010Евгений Морызев    
мне понравилось, я взял на себя смелость поправить марку машины ибо форд фронтер не строит
#1 00:35  08-01-2010Мистер Блэк    
с почином Штурм.

хор.

#2 00:39  08-01-2010белорусский жидофашист    
гут, а разве Штурм не писал?
#3 00:41  08-01-2010Мистер Блэк    
фошист ну кликни на все тексты.
#4 00:43  08-01-2010белорусский жидофашист    
а ну да, прикольно написал
#5 00:48  08-01-2010Амаранта    
воспринимается как синопсис, к сожалению, неоригинальный: сюжет, можно сказать, классический. Сложно оценить как малую литературную форму,потому что очень много косяков,автор пытается передать суть,но забывает о том,что главной задачей при написании является соблюдение двух простых правил: оценивать, насколько эта историю будт интересна читателю в любой момент сюжетных событий и 2) насколько эта история остается интересной самому автору в процессе написания.
#6 00:58  08-01-2010bubastik    
Прочитал. История хороша. Печально. Но блять. Где месть, а как же расхуярить лицо пьяному водиле? закопать его? помучатся и т.д.

чо просто в храм шмыгнул и фсе?


чета как-то. х.з.

ставим 2/5

#7 06:17  08-01-2010ананичев    
Впечатлило!.Но, согласен с bubastik, хочется дугой концовки.Например, чтобы за Ватохой следом и тот водила пришел и...
#8 13:43  09-01-2010Штурм    
бырь, дружище, спасибо за правку, а то с названием тачки действительно косяк был!

По сабжу - пытался вот трагичное с комичным объединить, насколько получилось - судить читателям.

Да, если что - это не первый мой рассказ, просто собственное старьё копипастить - не комильфо!


Комментировать

login
password*

Еше свежачок
21:58  10-12-2016
: [0] [Было дело]
...
19:10  10-12-2016
: [6] [Было дело]

В Средиземном море,
у брегов Тосканы
лайнер белоснежный
совершал круиз.
И руке покорный,
твёрдой капитана
плыл он безмятежно,
ласковый дул бриз.

Той январской ночью
отдыхали люди,
пассажиры спали,
наслаждаясь сном....
18:03  08-12-2016
: [10] [Было дело]
Пашка Кукарцев уже давно зазывал меня в гости. Но я оброс жирком, обленился. Да и ехать в Сибирь мне было лень. Как представишь себе, что трое суток придется находиться в замкнутом пространстве с вахтовиками, орущими детьми и запахом свежезаваренных бич пакетов....
11:51  08-12-2016
: [7] [Было дело]
- А сейчас мы раздадим вам опросные листы с таблицей, где в пустых графах надо будет записать придуманные вами соответствующие вопросы, - сказал очкарик, - Это будет мини-тест, как вы усвоили материал. Времени на это даётся десять минут.
Тенгиз напрягся....
08:07  05-12-2016
: [107] [Было дело]
Где-то над нами всеми
Ржут прекрасные лошади.
В гривы вплетая сено,
Клевер взметая порошей.

Там, где на каждой ветке
В оптике лунной росы
Видно, как в строгой размете
Тикают наши часы.

Там, где озера краше
Там, где нет края небес....