За жизнь:: - Крепкие объятия

Крепкие объятия

   [ принято к публикации 14:57  22-02-2010 | Сантехник Фаллопий | Просмотров: 1581]

Рита узнала  Ди с большим трудом, а он, конечно же, вообще ее не узнал.

Ну, еще бы, ведь ей на дату их первой встречистукнуло всего лет восемь, а ему что-то примерно двадцать пять.

Он работал учителем бальных танцев, а она эти танцы в гробу видала, но все-таки ходила на них, потому что так хотела мама, а Рита была послушной девочкой.

По-настоящему учителя звали Дмитрием Сергеевичем, но про себя Рита его почти сразу обозначила как Ди. Образ Ди, который к реальному Дмитрию Сергеевичу отношение имел  весьма отдаленное, успешно жил в ее воображении относительно долгий срок. Если коротко, Ди был физически сильный и хитроумный злодей, всех стоящих на своем пути он ломал как спички, а если и чувствовал в ком-то необходимость, то пользовал при этом его/ее как хотел.

Все, что сделал для укрепления ее странной и явно виктимной фантазии Дмитрий Сергеевич – однажды чуть сильнее обычного сжал руку Риты, когда показывал  какой-то там танцевальный элемент. Ди внутри Риты ухмыльнулся и расцвел.

Тот ее детско-отроческий период почти целиком прошел под знаменем влюбленности в Ди. Ему, разумеется, досталась почетная главная роль и в ее первых эротических фантазиях.

Неожиданным провокатором в этом вопросе оказалась Ритина бабушка. Она работала воспитателем в детском доме, и видимо в свете данного обстоятельства, наглядевшись на тамошних обитателей, несколько переоценила сексуальное развитие Риты.

Когда Рита некоторое время жила у нее в зимние каникулы, бабушка почему-то настойчиво говорила ей – спать нужно таким образом, чтобы руки были не под одеялом, а сверху. Рите это требование абсолютно не нравилось, но просто потому, что у бабушки в квартире по температуре воздуха зимой был совсем не Ташкент. Аргументацией бабушка себя особенно не утруждала – она просто говорила – так спят хорошие дети, а вот так плохие. Уже тогда Рита поняла для себя, что быть плохой, в целом, намного уютнее. Истинную же причину подобных репрессий в отношении рук ей объяснили дворовые приятели. И Рита решила, что уж если страдать, то не зазря. Тут и пригодился загодя любовно созданный ею образ коварного соблазнителя Ди с внешностью учителя танцев.

Через какое-то время Ди ей несколько приелся, танцы она забросила, да и нашлись иные объекты для вожделений.

Честно говоря, Рита не думала, что вообще когда-либо еще Дмитрия Сергеевича увидит.

Про себя она отметила, что время обошлось с Ди довольно бережно – за двенадцать прошедших лет он почти не изменился, только появилась легкая проседь и тонкие морщинки на переносице и возле губ.

Дмитрий Сергеевич на Риту посмотрел один раз, да и то как-то рассеянно. Сидел себе отрешенно, держал кольцо между большим и указательным, и легонько постукивал по поверхности столика. Перед ним стоял небольшой графин с чем-то коричневатым на дне (Рита решила, что это коньяк) и пустой стакан.

Риту разобрало любопытство. Она купила себе еще один мохито, и подошла к столику Ди.

— Здесь не занято?

Дмитрий Сергеевич нетрезвым голосом сказал, что свободно.

Рита отпила немного коктейля.

Ди продолжил постукивать кольцом, а потом произнес:

— Какая забавная штука. В детстве я принимал за сокровище любой мусор, а теперь вот мусором кажется вполне реальная, так сказать драгоценность. Еще немного, и я его, наверное, просто выкину.

— Красиво говоришь, прямо философ. А знаешь, откуда я тебя знаю?....

Перефразируя знаменитый рекламный слоган: мохито стоит 300 рублей, маленькое черное платье – 3000 рублей, увидеть лицо бывшего учителя танцев, который только что узнал о том, что именно одна из учениц проделывала с ним в своих подростковых эротических фантазиях – бесценно.

Рита и Ди смеялись так громко, что бармен несколько раз неодобрительно косился в их сторону, и даже сделал играющий джаз чуть громче.

Рита выпила свой мохито и его коньяк и спросила наконец, о главном.

— Ну а я-то что же, совсем никогда тебе не нравилась?

Ди сделал вид, что действительно пытается вспомнить.

— В восемь лет точно нет. Ты мне нравилась, ну, может быть, двенадцатилетней.

— Ну, и кто здесь извращенец?

Так, подкалывая друг друга, Рита и Ди досидели до самого закрытия бара.   

Ди довольно быстро поймал такси, Рита даже не успела замерзнуть.               

А на прощание они просто обнялись. Достаточно крепко, чтобы Рита еще довольно долго об этой встрече вспоминала, когда случайно проходила мимо так удачно оказавшегося для них точкой пересечения бара, и не только.