Ограбление

Автор: Оксана Зoтoва Часть 1. В поисках Эльдорадо.

Однажды мы с моей подругой (между прочим, голубоглазой блондинкой) решили развеяться и посетить обитель греха, порока и китайских гасторбайтеров — дискотеку с романтичным именем Эльдорадо. Долго не думали, выпили в ближайшей пиццерии по два пива и пошли. На любимый город спустилась ночь, ласковые сумерки окутывали застывшую набережную… Мы шли и неторопливо разговаривали о вязании, государственных экзаменах и анальной пенетрации.

Когда беседа достигла апогея, а наши нижние конечности (красивые Ленкины и мои так себе) практически достигли места дислокации дешевого алкоголя и вожделеющих мачей, на нашем пути возникло препятствие. Два препятствия. Одно препятствие ткнуло в меня «предметом, похожим на пистолет», а второе цыкнуло зубом и сказало: «золото, доллары, предметы старины». Мы ахнули и принялись озираться в поисках красавца человека паука, или на крайний случай Брюса Уиллеса, который должен был нас всенепременно спасти. В округе меж тем не было ни единого человека паука, поэтому мы решительно запаниковали и приступили к анкетированию препятствий (мы социологи по образованию, у нас профдеформация). «А вам не страшно жить… вот так?» — с надрывом спросила Ленка, сверля своими голубыми глазами зубастое препятствие, пока опасное орудие в руках его напарника старательно сверлило дырку в моем животе. «А что делать, жизнь такая», — ответили ребята хором, и я пожалела, что не взяла с собой все отложенные на гандоны и туалетную воду Живанши пятьсот рублей.

А взяла я, кстати, только-только — 50 рублей на вход и 150 на амброзию страны Девичьих грез Эльдорадо, коктейль отвертка, 3 шт. безо льда пожалуйста. А домой я по проездному ездила. Я сирота с детства, так что меня бесплатно возили на метро до 22 лет. Зато Ленка, на правах общепризнанной красавицы, не могла ограничиться малым багажом. В ее сумочке лежали паспорт, водительские права, сотовый телефон, косметичка с тремя видами туши, ключи от квартиры и что- то еще, что наверняка поддержит наших отчаянных головорезов в суровой уральской жизни, хотя бы первое время. Подруга моя светлой души человек, огромного доброго сердца, поэтому она, конечно, не раздумывая, вручила ребятам материальные и другие ценности. Говорит, — вы мне паспорт только верните, потому что в любое время могут замуж позвать, и выйдет как то неловко. Грабители (а мы уже стали догадываться, что это они) клятвенно заверили, что если мы через 10 минут подойдем к вон той скамейке, то там обязательно нас будут ждать паспорт, ключи и билеты в эльдорадо — как бонус приз. Затем они забрали ленкину сумочку и, погрузившись в неопознанную нами повозку, скрылись из глаз, забыв отобрать мои кровные накопления, запрятанные во внутренний карман колготок. А мы замерли, как будто пораженные молнией.



Продолжению этой истории вы всецело обязаны моей красивой и настойчивой подруге, которая не согласилась мириться с разгулом преступности в отдельно взятом городе и решила покарать зарвавшихся гопстоперов. Я вообще-то хотела пойти все ж потанцевать, тем более, что 200 рублей для двух девчушек в стрессовом состоянии — это как бутылка водки на выпускном средней школы. Максимум эффекта — минимум затрат. Но Елена, прекрасная в своем гневе, предварительно проверив не оставили ли вооруженные негодяи косметички на другом конце аллеи, решила справедливо наказать похитителей. И мы пошли звонить в милицию — 02. Милиция приехала через две минуты, и отчаянные борцы со злом (хоть и не похожие на человека паука) погрузили нас в свой автомобиль и повезли в неизвестном направлении, одновременно с этим заставляя нас снова и снова переживать ужасные моменты ограбления.

Так как мы девушки а) с фантазией, б) не любим вспоминать о плохом, наши показания вдруг приобрели некоторую путаницу в деталях. Мы наперебой рассказали защитникам о том, что нападавшие были «один маленький во всем черном, а другой длинный» но на этом согласие закончилось. Мы принялись отчаянно спорить и сомневаться: длинный был в красной куртке с белыми рукавами, нет, он был в белой с красными. Они сели в восьмерку, в девятку, в девяносто девятую красного, да ты что, не красного, а зеленого цвета!!! Нет, я права, нет, я! Да ты вообще дура, а зато у меня троек нет в зачетке, а зато я с Лехой тайком целовалась! «Дальтонички ебаные» — раздалось из радиоприемника и мы немного успокоились.



Так, немного успокоенные, мы и доехали до ближайшего отделения милиции, где меня посадили за решетку с операми, а Ленку, как главную потерпевшую увели на допрос.


Часть 2. В клетке тигров.

За решеткой я успела потрогать еще один «предмет похожий на пистолет», стать свидетельницей ужасающих страданий одного корейца — наркобарыги, отказаться от предложения руки и сердца и только собралась согласиться на отдых в сочи с прекрасным незнакомцем в кожаной куртке и неизвестным мне званием, как меня вызвали на дознание. Заглянув в кабинет, я увидела пятерых рассерженных мужчин и ни одной красавицы Ленки.


Тут надо сделать некоторое отступление и рассказать о том, с какой стати вообще в час ночи субботы в одном кабинете собрались пятеро здоровенных молодцов и отчего они гневались. Незадолго до нашего фееричного появления, дружный коллектив РУВД решил отметить наступление выходных распитием спиртных напитков на рабочем месте и закусыванием жареной, извините за невольный ахтунг, колбасой. Казалось бы. Почему в такой приятной обстановке они не радуются появлению баб — это ведь еще один всенепременный нюанс и, не побоюсь этого слова, оттенок праздничного вечера. Уж не педорасы ли они? — зададите вы мне риторический вопрос. Причин сему странному факту я, с точки зрения социологического образования, вижу две: во-первых, нашему появлению прошествовал визит руководства, явившегося на запах жареного и, во-вторых, Ленка. Многие из вас, мои дорогие друзья, знакомы с этим типом красоток, регулярно ищущих причину для истерики. В этот вечер причин было более чем предостаточно и шаловливое отношение дознавателей к ночной гостье стало последней каплей. Все отведенные для допроса полчаса бедняги выслушивали несвязные упреки, всхлипы и обвинения в бездействии, что не лучшим способом сказалось на настроении потенциальных оборотней в погонах. В общем, когда я зашла в клетку к тиграм, на меня смотрели 5 пар трезвых, голодных глаз плюс один глаз начальника, притаившегося у сковородки с явствами.



«Здрасте»,- дружелюбно улыбнулась я самой идиотской из имеющихся улыбок и шлепнулась на подвинутый стул. Ну, здравствуй, сказал кто-то в дальнем углу, а самый ближний ко мне тигр (симпатичный, с обручальным кольцом) принялся что-то записывать. «На танцы сходить, с мальчиками хотела познакомиться?» в голосе послышались явные нотки угрозы, и я приготовилась к третьему явлению предмета, похожего на пистолет. «С мальчиками, с девочками… я вообще люблю знакомиться с людьми, — положила я ногу на ногу, а руки на стол. — Я общительная очень, а где Лена?» «Лена — где надо. Ну, что у тебя сперли?» У меня, как я уже рассказывала, не сперли ровным счетом ничего, о чем я незамедлительно заявила корреспондентам. «Так, так, так,- подозрительно посмотрел окольцованный юноша и нервно повертел в длинных пальцах авторучку. — А не ты ли инициировала, так сказать, акт экспроприации ценностей? Не засланный ли казачок?» «Обижаете, гражданин начальник, — для отведения несправедливых подозрений я вынула рваный студенческий с расплывшейся печатью и пенсионное удостоверение, по которому ездила в метро (я сирота с детства, ну я говорила). Парни с удивлением посмотрели на изрядно поношенные документы. А почему у вас фамилии разные? А это я замужем была и развелась. А пенсионное зачем? А я развелась — значит, кормильца потеряла — мне пенсию назначили. Вот. В метро езжу. — я скромно опустила глаза, с ужасом чувствуя, как язык выходит из под контроля и несет совершеннейшую чушь. Дознаватели, озадаченно помолчав, продолжили задавать вопросы, с особой нежностью заглядывая в мое довольное щекастое лицо.


Не знаю, как называется эта система допроса в современной юриспруденции. Но явно не плохой/хороший полицейский. Думаю, что это была более изощренная методика: мертвая царевна и семь богатырей, белоснежка и гномы, разгоряченная учительница и пятеро жеребцов… В общем, я чувствовала себя в центре внимания, купалась в комплиментах, лестных сравнениях и вдохновенно продолжала собирать всевозможный бред про замужество, паспорта, систему мотивации и тяжелую студенческую жизнь на Уралмаше. Заслышав слово Уралмаш, один из дальних слушателей встрепенулся и, прищурившись, сказал: а ведь я вас знаю! Остальные потерли руки и я увидела в их глазах многозначительное: агаааа… Ага? — ответила я, пытаясь вспомнить, не вытворяла ли я чего-нибудь противозаконного в последнее время. В этот момент моей голове, как по мановению волшебной палочки, возникло прекрасное видение: я, юная, счастливая, с распущенными волосами, в юбке с зелеными цветами, перехваченной в талии тонким пояском, кружусь в объятиях задумчивого парня с синяком под глазом и ароматом дешевой водки в квартире своей одноклассницы. «А я тоже вас знаю. Мы танцевали пять лет назад, а потом я от вас убежала» — запоздало подавила я смешок. «Да, да» — глаза старого знакомого подернулись пеленой воспоминаний, но в этот момент начальник с ехидной улыбкой нашел плохо спрятанную бутылку водки и демонстративно поставил ее на стол. Момент воссоединения с несостоявшейся любовью был испорчен и мы со вздохом продолжили интервью.


По-быстрому ответив на все полагающиеся вопросы и написав «с вышеизложенным согласна, записано с моих слов верно», я снова отправилась навстречу неизведанному. Ну то есть к следователям, предварительно получив записку с номером телефона особо симпатичного дознавателя. Чувствовали ли вы себя когда-нибудь мальчишом-плохишом? Знакомо ли вам это чувство удовлетворения и странной благодарности к собственной судьбе, когда, заходя в пыточную, вы наблюдаете за мучениями старого товарища, видите кровь на его истерзанной спине, вдыхаете запах панического ужаса, слышите стон, срывающийся с его губ? Наблюдаете и в следующий момент с наслаждением откусываете свежайшее печенье, запивая малиновым вареньем прямо из банки? Увидев заплаканное лицо Ленки, освещенное желтой лампой следователя, я почувствовала себя этим хрестоматийным негодяем. «Они издевались надо мной, они смеялись надо мной, а ты, ты, как ты себя чувствуешь?» — лицо подруги выражало крайнюю степень тревоги. «Нннормально..» — проблеяла я, подавив в себе желание сожрать записку с выданным мне номером телефона.


К счастью, следователи оказались на редкость трудолюбивыми, дисциплинированными и спокойными ребятами. Под их чутким руководством Ленка довольно быстро пришла в себя, съездила на осмотр места преступления, а я сумела-таки подавить в себе радость новых впечатлений и классическое злорадство лучшей подруги по поводу собственного превосходства. «Хотите развеяться?» — спросили отечественные пинкертоны, когда все формальности были улажены и вымараны последние ошибки в протоколах допроса. Взгляды их синхронно упали на, очевидно непременный атрибут данной конторы, бутылку водки в шкафу. Мы подумали, что где-то это уже слышали сегодня, и спешно ретировались, пока у нас еще что-нибудь не отобрали.