Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Было дело:: - Кое-что о физиологии (из рассказов интеллигентного санитара)

Кое-что о физиологии (из рассказов интеллигентного санитара)

Автор: Прол Джэв
   [ принято к публикации 17:19  27-03-2010 | я бля | Просмотров: 445]
 Человек – существо сложное, конечно… 
Я, правда, считаю, что чаще это он сам так о себе думает.


А вообще-то не сложнее он кольчатого червя. Что там, что
здесь в основе всего – самая примивная физиология. Бывало, слушаешь, на
какой-нибудь тусовке, как иной «интеллектуал» токует (что твой тетерев) о своём
сложном внутреннем мире – и что-де занимают-то его исключительно высшие
материи, что-де он есть существо высокодуховное, и что с домашними-то он
исключительно стихами, на худой конец, только по-французски, разговаривает – а,
глядишь, он уже подругу твою под локоток да за полужопицу в ванную тащит (не
иначе как по-французски поговорить), и понимаешь: духовность духовностью, а
гениальные догадки старого сатира Фрейда никто не отменял… Физиология!


Мне в жизни повезло: она – жизнь то бишь – дала мне
возможность в считанные годы набраться драгоценного опыта, чтоб в человеках
правильно разбираться. Начал я с основ – санитаром морга то есть. Когда наш
патологоанатом Андрей Кузьмич, или просто Кузьмич, как он сам велел себя
называть после выпитых с ним на пару в первый же мой рабочий день трёхсот миллилитров
медицинского спирта…так вот, когда Кузьмич вскрыл при мне десятка два-три
трупов, открылось мне, что и мужчины, и женщины, и молодые, и старые, и по
естественным причинам умершие, и насильно умерщвлённые – все устроены под одну
природную копирку. Всё у всех одинаковое: лёгких – два, сердце – одно и
кишечник – длинный-длинный. Разве что женские и мужские причандалы несколько
отличаются – так тут и спорить не о чем.


В юности мне частенько разные умники лапшу на уши вешали –
тем более, что уши у меня подходящие – лопухами («лопухообразные», как называла
в детстве их моя интеллигентная мама, утешая своё страдающее от насмешек сверстников
дитя). Я был довольно любознательным мальчиком, и поначалу меня завораживали
беседы с людьми, умевшими вставлять в разговор разные мудрёные слова и
непонятные термины. Но позже мой специфический, прямо скажем, опыт показал мне,
что за высокопарными словами и псевдонаучной терминологией, которыми
человекообразные обычно объясняют свои поступки, почти всегда скрываются мотивы
чисто физиологические.


Ну, взять хотя бы мужчину и женщину… Не, не буду сегодня
разбирать эту безграничную тему… Ну разве что пару слов себе позволю… Я уже
упоминал старого Зигги. Гениальный,  надо
сказать, был человек. В ту кошмарную эпоху кромешного пуританства позволить
себе разглядеть один-единственный мотив всех человеческих выгибонов – и какой!
– это надо было постараться…


А сегодня я расскажу, как мне достаточно одного взгляда на
случайного прохожего, чтобы понять, что им движет – в ту или другую сторону.


Я в этом смысле, являюсь продолжателем методической линии
самого Фрейда. Но если он открыл только одну первопричину, то я к данному
моменту – целых три! Не надо смеяться, я вполне серьёзно. Я называю их Большой
Тройкой. Но об этом – дальше.


Я вижу, вы всё смеётесь и не очень-то верите…


Ну вот, смотрите – идёт от автостоянки мужчинка. Пальто
хорошее, дорогое, шляпа на нём, кашне – ну, все дела! Лицо такое строгое,
благообразное. Брови насупленные, губы сжатые. Идёт чётким шагом – ни быстро,
ни медленно. Ноги в почти новых ботинках широко расставляет. На вид –
ответработник министерства какого или менеджер явно не очень среднего звена.


Задайтесь простым вопросиком – а чего он такой строгий,
такой насупленный? Ымидж у него такой министерский? Типа – «ноблесс оближ»?
Может, он о нелёгких судьбах своей многострадальной Родины на ходу размышляет?
Хрен вам!


Размышляет этот невесёлый мужчинка о… своём хроническом
запоре, а не о Родине. Он уже дня четыре собственного говна в унитазе не видал!
Запор у него. Я это за километр вижу. И ноги он не над лужами расставляет, а
из-за специфических ощущений в известном месте. И мысли у него о том – «сходит»
он сегодня или «не сходит»… Тьфу, то есть посрёт или не посрёт, если попроще…
Ой, тут дамы присутствуют? Пардон – тогда, конечно, «сходит или не сходит…
по-большому». Многие – те, которые к «запёртым» страдальцам никогда не
относились – и не подозревают, какие окаменелости этот контингент в своём
кишечнике порою носит!


Вы-то привыкли ежедневно облегчаться? А эти…


Вот представьте себе: вы каждый день нажираетесь, что
называется, «от пуза», а «стула», как у нас, у медиков, принято говорить нет и
нет. День, второй, третий… Напряжение – как в промежности, так и в голове уже
– постепенно нарастает… Поначалу неопытному борцу с хроническим запором не то
что бы и очень хочется «сходить», но он же с детства помнит, что ходить
«по-большому» надо вроде бы каждый день, а тут третий день – и такая задержка!
Начинаются всякие неясные томления…Вы пробуете в туалет заходить
профилактически, в трепетной надежде, что вот сегодня всё и случится… Ан нет!
Сидите вы на унитазе, вздыхаете, фантазируете (как иной подросток на половые
темы  фантазирует), что вот что-то там в
жопе… ой, пардон повторно! – в заднице нечто вроде позывов ощущается. А там и
позывов  никаких… Я, кстати, рекомендую в
таких случаях зеркало перед унитазом повесить. У меня дома висит такое. Посмотришь
иной раз на своё удивлённое сложившейся ситуацией лицо, да и расхохочешься –
вроде как и ситуацию начинаешь легче переносить.


И, ведь что обидно – все эти «патентованные» или народные
средства, о которых «запёртые» так любят поговорить,  ни черта на самом деле не помогают.


Так вот. Проходит день, другой. Третий. Четвёртый… Пятый!
Уже выпиты и разжёваны все имевшиеся у вас и соседей слабительные, уже баба
Катя, известная на район целительница, истратила на вас все свои травки и
заговоры, уже в ближайшем овощном закончились имевшиеся запасы кураги и
чернослива – а толку всё нет…


Остаётся последнее средство – клизма. Но с клизмой тоже не
всё так просто. Во-первых, далеко не каждый знает, как она ставится;
во-вторых,  немаловажно, кто кому
собирается эту клизму ставить? Не смейтесь, промежность – область интимная, в
нашем менталитете – своего рода табу, запрет. Я знавал супругов, проживших
вместе лет двадцать, не желавших с этой целью лезть в очко законному партнёру.
С другой какой целью – всегда пожалуйста, а с клизмой – ни-ни. Но часто и
клизмы не помогают.


И вот поведение ваше начинает меняться. Вместо возвышенных
мыслей о любви, там, о сострадании, о смысле человеческой жизни, о том, «что же
будет с Родиной и с нами», вы тупо и приземлённно мусолите в голове один
вопрос: «Посру – не посру» – тьфу-ты, чёрт! – «схожу – не схожу…по-большому».


Ну, а уж самый цимес для «запёртого» – апофегей, так сказать
– это каловый камень. Каловый камень, скажу я вам – это что-то… Иной раз до
хирургического вмешательства дойти может. Но чаще его пытаются сами страдальцы
выковыривать. Чем-чем… Пальцем, твою мать!


У меня самого моя самостоятельная практика, можно сказать, с
такого случая началась.


Санитар? Ну и что, что всего лишь санитар! Вы думаете,
санитар мало чего стоит? Да у меня практического опыта поболее, чем у иного
сопливого зав.отделением!


Ну, так вот. На третий месяц моей работы в нелёгкой
должности санитара нашего больничного морга, я в качестве подработки стал брать
дежурства в другом отделении, в гастроэнтерологическом. С «кишечниками», как
называл Кузьмич больных этого отделения работать было не очень приятно, но…
интересно. Живые люди, всё-таки, не трупы.


Мама моя не преминула сообщить об этом всем родственникам и
соседям. Я вообще-то в такой рекламе и не нуждался – не затухли ещё переживания
по поводу моего исключения из мединститута, и я тогда своего санитарского
статуса, можно сказать, стеснялся… Ну, об этом как-нибудь в другой раз…


Узнал как-то о моей новой работе и мой дядька – Константин
Григорьевич. Ну, то есть не совсем дядька… Это был второй муж маминой младшей
сестры – тёти Вали. Брак этот вся родня наша считала очень удачным, так как
Константин Григорьевич занимал уже тогда серьёзный пост в одной нефтегазовой
компании. Нового родственника все побаивались: он и впрямь всегда держался с
большим достоинством и серьёзностью, да и сам, похоже, не очень-то стремился к
тесному общению с новой роднёй. Поэтому, когда он мне сам позвонил, я очень
удивился…


«У меня, – говорит, – к тебе деликатное дело, Анатолий.
Заходи сегодня к нам вечером».


 Я голову за день
сломал, что за дело может быть ко мне у моего новоявленного родственничка.
Прихожу. Он меня встречает в халате, физиономия очень кислая. Тёти Вали дома
нет. Он меня спрашивает: «Ты же вроде в гастрологическом отделении работаешь?»
Санитаром, смущённо уточняю я. «Ну, мне, – говорит, – всё равно, мне с моей
деликатной просьбой больше обратиться не к кому. Понимаешь, Анатолий… Ты
знаешь, кстати, что такое каловый камень?» Слыхал, говорю. Он продолжает:  «Я давно страдаю…м-м-м…запорами. И, похоже, у
меня образовался этот самый…каловый камень. Поможешь?» Я опешил. «Каким
образом, – спрашиваю. – Не проще ли к врачу обратиться?» Он морщится, отвечает:
«Мне завтра срочно в министерство надо вылетать. Некогда мне по поликлиникам
сейчас шляться. Помоги, прошу. Я и Валентину ради такого случая из дома
отослал».


Делать нечего, соглашаюсь. С одной стороны, в душе очкую,
конечно. С другой, лестно мне стало, что меня, студента-недоучку, санитара морга,
такой солидный дяденька просит медпомощь оказать. «А что делать-то нужно?» –
спрашиваю. Он краснеет так слегка и говорит: «В-общем, надо как-то этот камень
из… заднего прохода удалить. Я уже и перчатку резиновую приготовил». У меня
наверно, рожа вытянулась на эти его слова, потому что он сразу затараторил:
«Там сложного ничего нет. У меня это как-то уже случалось. Но тогда мне…
самому… удалось как-то справиться. А в этот раз – ну никак».


Пошли мы с ним в ванную. Вручает он мне перчатку. Я тут
мысленно заорал, как любил кричать наш патологанатом Кузьмич: «Ебать мой лысый
череп!» от неожиданности (К слову, шевелюра у Кузьмича была отменная).
Перчатку-то дядя мне дал толстенную, хозяйственную – тётя Валя в таких, видимо,
сантехнику чистила. «Ты извини, – говорит, – медицинских в доме нет, а в аптеку
сбегать времени не было. Вот одну у Валентины отыскал».


Ладно, надел я перчатку (она к тому же не на ту руку
оказалась). Задрал он халат повыше, а сам, оказывается, уже и трусы снял. Я
свои бровки, поползшие было вверх, постарался нахмурить и очень серьёзно, как
Кузьмич у нас перед вскрытием любил говаривать, произнёс: «Ну-с, приступим…Что
тут у нас?». Наклонившийся Константин Григорьевич аж подпрыгнул на месте.
Разворачивается ко мне: «Слушай, Анатолий, давай без этих ваших врачебных
прибауток. Я и так тут от стыда сквозь землю готов провалиться».


Нет, вы подумайте, стыдится он тут! А я? Я что – каждый день
в мужских жопах пальцем ковыряю?!


Мужская задница, скажу я вам, да ещё расщеперенная перед
самым вашим носом – зрелище, на мой взгляд, не для слабонервных. Я вообще
«голубую» тему никогда не просекал – не понимал, то есть. А тут ещё пальцем в
неё надо лезть! А задница у Константингригорьича была ну совсем уж не
спортивного, мягко говоря, вида…Мясистая, синевато-белая какая-то, поросшая
рыжими волосами…Б-р-р… Чувствую, у меня уже и пот по лицу струится. И рвотный
рефлекс разыгрался так, что я уже не столько о деле думал, сколько, как
сдержаться и на дядину попу не обделаться.


Начал я указательным пальцем потихоньку входить в анальное кольцо…
Тут Константин Григорьич к-а-а-к пёрнет! Солидно так, с брызгами! Оно и понятно
с медицинской точки зрения: я же отверстие пальцем расширил, в образовавшуюся
щёлочку спёртые газы и пощли.  Паршиво
только, что на лице маски у меня не было, как положено в таких случаях. Так что
все его нефтегазовые брызги приняла на себя моя потная и красная физиономия. В
этот же момент рвота накатила так, что весь свой домашний ужин я ему на его
сине-бледную задницу и вывалил.


Самое ужасное, что именно в то же мгновение за моей спиной
раздался вопль вернувшейся, видимо, тёти Вали: «Костя, чем вы тут
занимаетесь!!!»


Картина я впрямь была, как говорил Кузьмич, «достойная пера
Айвазовского» (он эту фразу вставлял и к месту, и не к месту… Айвазовский-то
был маринистом…), а именно: Константин Григорьевич с рвотными массами на своей
жопе, и мой палец в ней же (себя самого предпочитаю в этой сцене даже не
представлять!)… Я, кстати, до сих пор горжусь, что даже в такой экстремальной
ситуации повёл себя, как истинный профессионал: палец-то я из дядиного зада,
несмотря ни на что, не вытащил!  Это
знаете, как известный рефлекс хирурга: операционный стол валится, а хирург
поднимает руки вверх. Я, правда, делал как раз наоборот, но и случай-то был
специфический! Сложись жизнь по-другому – быть бы мне хирургом…


Опущу для краткости те напряжённые полтора часа с
объяснениями, истерикой двух участников событий (лично я был спокоен, как
скала), которые последовали за этой неприятной сценой…


Короче говоря, после того, как тётю Валю мы отпоили
валерьянкой, я созвонился с дежурным врачом нашего отделения, и Константин
Григорьевич с его помощью благополучно тем каловым камнем разрешился…


Физиология и… физиология – вот что движет людьми. Самая
примитивная физиология. Голова здесь – орган второстепенный…


Что, не очень верится? Поживёте с моё, и не такое узнаете…


Я «запёртых» в любой толпе в момент отличаю. Хмурые они все,
недовольные. В метро место никому не уступят – жо… – дамы не ушли?  – задницы свои греют. И вы знаете, по моим
наблюдениям, в последнее время как-то больше их стало. Многие, многие запором
маются.


Как и тот мужчина в дорогом пальто, который со стоянки шёл…
Почему я так уверен? Так это дядя мой был – Константин Григорьевич. Но я и без
него свою теорию обосновать могу!


…Истинно говорю, запор – это первый элемент той  моей Большой Тройки, помните? Но об остальных
двух – потом. Пора нам и работой заняться…

 



Теги:





0


Комментарии

#0 09:26  28-03-2010Прол Джэв    
Ну, ёпть, очепятка во втором же абзаце! Следует читать — «примитивная». Сорри, если чо.
#1 13:04  28-03-2010Рыбий Глаз    
Про гавно местами многовато.
Но тема беспезды филосовская

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
В диадеме эмблемою лира.
Взгляд скользит, задержавшись на мне.
Ты ж была прошмандовкою, Ира.
Ты сосала хуи при луне.

За сараем в том дворике старом,
Где росла вековая ветла,
Как любая рублевая шмара,
Ты с проглотом по яйца брала....
11:48  13-08-2017
: [19] [Было дело]
Николай с сыном ходили по поселку в поисках работы. Не брезговали ни чем. Кому яму под туалет выроют да кирпичом обложат, кому огород вскопают, не суть важно. Главное, что пили всегда на свои. Когда пьют работяги, лодыри должны стоять в сторонке и ни пиздеть....
16:02  10-08-2017
: [8] [Было дело]
При ходьбе бубенчики позвякивали. Это было очень неприятно, но ничего с ними поделать не получалось. Прохожие возмущённо оборачивались, бросали недобрые взгляды, а некоторые даже норовили припугнуть, или прогнать. Хотя что он им сделал плохого? Ровным счётом ничего, кроме одного: он был....
17:22  08-08-2017
: [6] [Было дело]
Сеня с глупым видом. На берегу. В окружении берёз. В руках та часть удочки, на которую точно ничего не поймаешь. Просто толстая бамбуковая палка. Всё остальное в воду улетело. Кануло. Качается на волнах. В солнечных бликах.

И дядя Миша тут как тут....
15:55  03-08-2017
: [20] [Было дело]
Как-то утром я попал в засаду:
Шёл домой с пакетом молока,
Вдруг соседка навалилась с заду,
С нежностью дорожного катка.

Всей своей насущностью прижала
К дерматину запертых дверей,
И на ухо горячо шептала,
Что она лучшее Саши Грей....