Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Литература:: - А вы как хотели?

А вы как хотели?

Автор: черный конь
   [ принято к публикации 16:55  31-03-2010 | я бля | Просмотров: 581]
  — Владимир Георгиевич, красные в городе!
Мэр города Васюринска Ашот Мирзоевич Гаспарян возник перед губернатором N-ского края неожиданно, чуть не напугав того до смерти.  Ашот Мирзоевич был бледен, ни кровинки не прослеживалось на его лице, обычно отмеченном несмываемой печатью власти и достатка.


— Старикашки-пердуны из КПРФ отвлеклись от клизм и грелок? Где? Сейчас разгоним. Митинг?


— Какой нахуй митинг, Владимир Георгиевич. Говорю же, настоящие красные, на конях и с шашками! Кавалерия!


— Ашот, ты в своём уме? А ну дыхни… А блять, траву курил.


— Владимир Георгич, я траву на ходу курил, пока сюда бежал. Как не закурить, когда такая нездоровая хуйня творится.


В подтверждение нездоровой хуйни на улице бахнул выстрел и застрочил пулемет. Где-то совсем рядом зазвенели стекла и завыла милицейская сирена.


Владимир Георгиевич Боз, губернатор N-ского края, был человеком не из пугливых. Но ситуация  показалась ему настолько необычной, что у него непроизвольно сжалось очко. Медленно, чтобы не расплескать забурлившие в голове мысли, он подошел к окну и выглянул на улицу Красную, главную улицу города Васюринска, столицы N-ского края. Улица представляла собой скорбное и весьма необычное зрелище. На перекрестке у памятника Единой России лежал перевернутый на бок рэйнджровер, вокруг которого толпились люди в папахах и буденновках, с шашками наголо и винтовками. Ржали кони. Чуть поодаль, на тротуаре, в нелепых позах лежали зарубленные сотрудники ГИБДД. Жители города в ужасе разбегались, бросая автомобили, хватая детей на руки и истошно вопя. В конце улицы из торгового центра валил черный дым.


Рядом с ровером, заложив руки за затылок, стоял на коленях толстый господин в костюме и со страхом смотрел на человека в сапогах, фуражке и кожанке. Тот махал перед носом несчастного наганом и что-то ему говорил. Затем прицелился толстяку в лоб (в открытое окно Владимиру Георгиевичу даже послышалось, что он прокричал: «Именем революции!»), и выстрелил. Толстяк дернулся и откинулся назад, ударившись простреленной головой о колесо своего рейндж-ровера. Усатый матрос заглянул в разбитое окно машины, и со словами: «Ути-пути, а хто это тут у нас еще? Атас, ребяты, от винта блять», — закинул в машину гранату. Женский визг, взрыв.


Потрясенный, Владимир Георгиевич отошел от окна, упал в свое кресло и уставился на портрет президента. Ашот Мирзоевич в свою очередь подошел к окну и замер у него, открыв рот. Шум усиливался, опять началась стрельба. Где-то столкнулись автомобили, бахнули один за другим взрывы.


Губернатор был человеком решительным. Но в данный момент растерялся. Кони, шашки, наган и портрет президента на стене. В голове не укладывалось. А когда в голове не укладывается, думать трудно.


В кабинет, бахнув дверью, ворвался охранник.


— Владимир Георгиевич, красная кавалерия в городе!- охранник держался рукой за простреленный бок, из которого хлестала кровь. В другой руке он зачем-то сжимал резиновую дубинку. Пистолета в кобуре не было, только шнурок от него болтался на уровне колен.


— Владимир Георгиевич, они идут сюда!,- прохрипел охранник, прижался спиной к стене и медленно сполз по ней, оставляя кроваво-красный след на светлых обоях. Затих.


Губернатор вышел из оцепенения и схватил телефон.


— Петрович, ебать твою фуражку, что блядь творится!?


Петрович, лепший кореш губернатора, а по совместительству генерал МВД и главный милиционер края, что-то прокричал в ответ, но его голос заглушался шумом.


— Я тебя не слышу! Что творится? Что за война на улице, что за хуйня блять? Где милиция?


— Управление штурмуют! Мы заняли круговую оборону. Личный состав мобилизуем, курсантов с занятий сняли, не могу говорить больше. Держись, Вован! В трубке что-то бахнуло и связь оборвалась.


В голове у Владимира Георгиевича тоже словно что-то оборвалось. На пороге стоял красный комиссар, тот, что застрелил на улице толстяка из рейнджровера, и улыбался. Появились еще красноармейцы. Один достал из коричневого кожаного портфеля с надписью «революционный трибунал 2010» папку с бумагами и протянул комиссару.


— Так, кто тут у нас,- протянул комиссар, перелистывая бумаги. – Ага, Владимир Георгиевич Боз, губернатор N-ского края. Владелец предприятий «Иркутский бетон», пароходства «Волга-Енисей» и «Московской фабрики презервативов». Классический буржуй одним словом. Именем революционного трибунала вы приговариваетесь к расстрелу.


— Стойте!!! Не надо!!! Владимир Георгиевич упал на колени. — Что происходит!? Кто вы!?


— А тебе не похуй, гнида? — произнес старик со шрамом на лице и передернул затвор винтовки.


— Постой, Матвей,- комиссар утер рукавом лоб и прошелся по комнате. – Пусть буржуй знает, кто его карает. За что – и так понятно.


По кабинету прокатился красноармейский гогот.


— Мы – представители революционного трибунала – 2010. Да, Владимир Георгиевич, мы знаем какой сейчас год, и о вас все знаем. Наша сводная кавалерийская дивизия в настоящее время занимает город. В Новороссийске, Ростове, Риге, Владивостоке, Иркутске, Киеве, Минске, Питере и Москве тоже происходят десантные операции по восстановлению коммунистической справедливости.


— Ккакие операции???


— Десантные. Десант из прошлого. Слава богу, в 23-м веке тоже есть нормальные люди, прилетели из будущего к нам в прошлое в 1924-й год, рассказали о том, как буржуи отобрали у трудового народа власть  в конце 20-го века (тут комиссар сверкнул глазами), и научили как сделать машину времени.


Владимир Георгиевич недоверчиво смотрел на комиссара.


— Не верите? Ну да похуй. Кончайте его.


Матвей, старик со шрамом, вскинул винтовку и прицелился губернатору в переносицу.


— Погодите! — губернатор побледнел и потух, — Ну так и десантировались бы себе в 23-й век, почему к нам? Из глаз Владимира Георгиевича брызнули слёзы. Перед глазами пронеслись черная икра, дорогие проститутки, почему-то жена, и шикарный порш, на котором теперь будут ездить комиссары.


— Потому что дальше наша машина времени пока не долетает. Технологии не позволяют.


Матвей выстрелил, и тело губернатора осело на пол.


За шторой кто-то вскрикнул и жалобно заскулил.


— А кто это тут у нас еще? – комиссар отдернул штору и увидел мэра города Васюринска.


Полистал папку, достал нужный лист. – Так значит, Ашот Мирзоевич Гаспарян…


 


31.03.10

 



Теги:





2


Комментарии

#0 09:49  01-04-2010ГССРИМ (кремирован)    
совсем не плохо.
побольше бы революционного насилия и вообще было бы заебись.
#1 10:06  01-04-2010Чёрный Куб.    
хз, чего-то не хватает. но нормально, тема весёлая канешна.
#2 14:52  01-04-2010Шева    
Да, интересно.
#3 23:16  01-04-2010Пyля    
Весьма-весьма.
#4 23:33  01-04-2010Сука я    
белые начинают и выигрывают. белые.
нихуя не красные.
абычный раасскас на едва ечетыре.
нихуя не литература.
а можеж жеж.
#5 02:28  02-04-2010Ted    
обрисовал чаяния многих, имхо. ггг
#6 18:04  05-04-2010Камышовый кот    
Клева!!! Тока жалко что мало. А задумка оччень актуальная. И ржачно.
#7 18:11  05-04-2010Марычев    
Больше довай!
#8 20:57  07-04-2010Gleb Pavianov    
Скорее всего «Санькя», З.Прилепина, книга, которую наконец то прочитал этот черный педальный конь, побудила его к написанию этой… Ну вы поняли!
#9 10:55  08-04-2010черный конь    
Павианыч, скорее всего засунь свои догадки в жопу, ибо они высосаны из пальца (страшно предположить какого именно пальца). меня побудил написать это «чапаев» фурманова, ок?
#10 12:11  16-07-2010Джон Сильвер    
на хуя им рэйнджровер взрывать? тачанку б сделали, долбоёбы нерациональные! а так… всё разъебут и проебут опять. но читается с интересом, ток маловато.
#11 15:36  30-07-2010blynoff    
12:11 16-07-2010 +1

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
Когда от нас останутся стихи,
Ненужные, как пасмурное лето,
Мы выйдем в мир — спокойны и тихи, —
Из пыльных кулуаров Интернета.

Мы станем кормом для слепых червей,
Нас будут пить осины и берёзы,
Мы упадём в объятия морей,
Как синих туч стеснительные слёзы....
23:38  08-01-2017
: [25] [Литература]
Призер конкурса "АПОКАЛИПСИС"

Нельзя сказать что Шаня был олигофреном. До настоящего сумасшедшего он тоже не дотягивал. Хотя лёгкая ебанутость угадывалась с первого взгляда. Просто было у него некое недопонимание этого мира. И как следствие – обоюдное отторжение. Отсюда бытовая неустроенность....
Призер конкурса "АПОКАЛИПСИС"



Деревня Агашкино. Двойная Петля (конкурс, если не поздно).

Щас до деревни Агашкино из Москвы можно долететь на самолёте. Расстояние - восемьдесят километров, минимальная стоимость билета - 123 евро, время полёта 10 минут.
А тогда, в 1986 году, мне приходилось добираться туда сначала на переполненной электричке Москва - Голутвин до ст....
Призер конкурса "АПОКАЛИПСИС"

Отрезая напрочь путь к свободе,
лязгнула решётка в "смотровой".
Злобный санитар сидит на входе.
Я лежу под драной простынёй.

"Вязки" словно змеи впились в кожу,
горло давит как петля "сушняк".
Мне тревожно от тоски до дрожи,
спину давит будто гроб лежак....
20:08  28-12-2016
: [29] [Литература]
она мне сказала бог
сказала богу богово а ты кесарь
так словно бы я грибок
и меня можно просто срезать

вот лежу на боку трясусь
и надеюсь на меня смотрит Иисус
потому что я был безбожник
а теперь во имя её ползу животом по гравию

скажите почему ей вообще так можно
ввалиться в любовь миновав таможню
взлететь на вершину не изгрызя подножья
это же нечестно, неправильно

а!...