Воспоминания об инженере Волсе.

Автор: Бравый и Трюфель Сегодня я беседовал с профессором Лондонской Медицинской Академии Джонатаном Булем, который в течении долгих лет дружил с инженером Волсом вплоть до его загадочного исчезновения. Я приводил профессору Булю и она ему не понравилась. Что касается нашего разговора, то профессор решил не рассказывать о Волсе все, что знает, однако согласился прокомментировать некоторые цитаты из записных книжек инженера.

Во мне сокрыт большой потенциал.
(Вчера с официантом танцевал.)

«Инженер Волс, — Говорил Волс сам про себя, — это не человек, а предчувствие скорой кончины. И не позволяйте никому говорить, что это не так!» Я уверен, что будь у него хоть чуточку больше мозгов, он непременно ушел бы в монастырь. И там повесился.

Люблю, когда мне «тыкают» на «вы».
(Что это значит не могу понять, увы.)

В кругах лондонской интеллигенции Волс слыл большим оригиналом, в том числе и за его манеру изъясняться загадками. Однажды он позвонил мне на работу и предложил срочно встретиться на набережной. Когда я приехал, то обнаружил Волса плавающим в Темзе в одном исподнем, с ведром на голове и нарисованными химическим карандашом усами. Я махнул ему рукой, но он в ответ лишь крикнул мне: «Джонатан, ты порядочный пидорас!». А затем скрылся под водой. Позже он никогда не комментировал этот случай.

Я не люблю смотреть на облака.
(Есть риск случайно выронить бокал.)

Что? Инженера сгубило пьянство? Ну что вы! Скорее всего это был героин. В силу профессии, я имею доступ к морфию, и именно это послужило залогом нашей крепкой дружбы с Волсом.

Стараюсь в людях зла не замечать.
(Есть риск случайно выронить бокал.)

И действительно, инженер был добрейшей души человек и сам при этом видел в людях исключительно лучшие стороны. Каждый раз, когда я приходил к нему в гости, он за ужином непременно упрекал меня: «Джонатан, ты слишком нетерпим к черножопым. Они такие же люди как и мы с тобой, а значит следует относиться к этим нехристям сообразно нашему благоразумию.»

Люблю, когда съезжается родня.
(Я пропадаю на четыре дня)

Хотя Волс и недолюбливал своих сестер, но тем не менее любезно принимал их, когда те приезжали в Лондон погостить. Обычно инженер просто отдавал им ключи от дома, а сам обходил его по периметру с канистрой.

В моей коллекции Веласкес и Ван Гог.
(За них я был отпущен под залог.)

Про этот случай можно было бы и не упоминать, если бы инженер вернул мне хотя бы часть залога, который я за него внес.

Приятность в каждой бляди нахожу.
(Они уж знают: вякнут — накажу.)

Это выдумки! Волс не мог «похвастать»случайными связями", не считая, конечно, той китаянки, которую он привез из деловой поездки в Шанхай. Она, однако, нужна была ему исключительно в роли цирковой обезьяны, которую он, хихикая, показывал каждому встречному и, пользуясь ее незнанием английского, вслух называл желтомордой змеей.

Мне нравятся вершки и корешки.
(В подвале где-то спрятаны мешки.)

Хм. Хотел бы я знать, где именно Волс спрятал те мешки.