Мои пять копеек

Автор: Шева Хоть убейте меня, но я думаю, что никогда нам их не понять.
Впрочем, также, как им, — нас. Недавнее Евровидение очередной раз это подтвердило. Обломали жестоко наш взгляд с поволокой.
Разные мы просто.
По менталитету, по приоритетам жизненных ценностей, по образу жизни.
И то, что они превозносят до небес, зачастую, в лучшем случае, вызывает интерес, в худшем, — недоумение, смешанное с разочарованием.
- Что ты все за других, за себя скажи, — сама-то что умеешь? — говорил незабвенный киногерой прошлого столетия.
Ну что же, ближе к телу!
Зачел я на днях роман о шестистах страницах.
Афтар — турок. Нет, не в том смысле. Натуральный турок.
И действие происходит в Турции. Семидесятые годы минувшего века, Стамбул.
Главный герой — тридцатилетний мажор с крепким бизнесом от папы. Манечка — фетишист. Готовится к помолвке с невестой-красавицей из своего круга. У той за плечами, — Париж, Сорбонна и прочее.
Все и все «в шоколаде».
Случайно знакомится с продавщицей, оказавшейся его дальней родственницей.
Девочка — модельного плана, восемнадцать лет.
Вопросы есть? Что будет дальше, куда изощренная фантазия заведет афтара?
Боюсь, даже не с третьего, а с первого раза любой втыкатель предугадает, что неуемная фантазия афтара приведет его именно туда.
Куда вы подумали. Иначе тема будет не раскрыта.
Причем девчонка сама приходит к ГГ на квартиру, сама снимает трусики, хотя и не совсем понятно — почему и за что? Всего лишь второе свидание! И приносит ему «на блюдечке» свою невинность. Отдадим должное, — сцены сдачи-отдачи выписаны любовно и с любовью.
Не так, что «Пост сдал! – Пост принял!». Чувствуется, что афтар предметом владеет.
Например, вот этот фрагмент, — «Если не считать главного мужского инструмента удовольствия, Фюсун в основном интересовало не мое тело и не мужское тело как таковое. Ее переживания были направлены на себя саму, на ее собственные ощущения».
Знакомо.
Мужчина — лишь инструмент. Как там ребята пели, — …и даже не средство.
Но вернемся к тексту.
В эйфории от свалившегося на него кайфа в облике юной любовницы, ГГ совершает охеренно «умный», но, я бы сказал, — классический мужской поступок.
Он приглашает эту девчонку, Фюсун, с ее родителями, — хоть дальняя, но родня, на помолвку.
Где: а) нажирается как свин б) на глазах невесты цепляется к любовнице в) охеренно ревнует ее ко всем другим мужикам.
Кто-то скажет — во, бля, завязка!
Признаюсь, ничтоже сумняшеся, и я так думал.
Но слушайте, что было дальше! После помолвки девчоночка ГГ избегает и скрывается от него.
Тот впадает в глубокую депрессию, которая выражается в том, что ГГ перестает трахаться вообще и с невестой в частности. Что, вполне логично, через полгода приводит к размолвке и разрыву отношений с невестой.
А ГГ – он тоскует!
И тоскует, перец эдакий, на ста страницах!
Каково? «А вы бы соло сыграть смогли бы…?»
И вот, когда читатель охуевает вконец от заебавшего своими соплями и слюной этого турецкого мачо, ГГ наконец-то! – тоже, какой «неожиданный» поворот сюжета! находит свою Дульсинею. В смысле, — Фюсун.
Дальше догадаться, конечно, охеренно сложно. Но при наличии пары извилин можно.
ГГ покупает невъебенный букет роз, берет семейные драгоценности-реликвии и приезжает к ней. Вернее, — к ним. В ее семью, короче.
И тут происходит сцена, — Накося, выкуси!
- Братец Кемаль, позвольте вам представить моего мужа. Мы поженились пять месяцев назад!
У братца Кемаля, ГГ, усы и все остальное опускается, и он, как настоящий мачо совершает единственный верный в данной ситуации поступок.
Ву компрэнэ?
Правильно, — нажирается!
И что вы думаете, он начинает делать, когда протрезвел?
Каждый Божий день начинает таскаться в их дом на ужин!
И так, — attention, ahtung, увага, внимание! – на протяжении семи лет и десяти месяцев!
За эти четыреста девять недель он отужинал у них, — камрады, это он посчиал, не я, — тысяча пятьсот девяносто три раза!
От момента его прихода к ней и до ее развода, — достал таки! двести сорок страниц соплей и мозгоебства!
И все это под слоганом «Счастье — это быть рядом с человеком, которого ты любишь!».
Ну, а теперь, — кульминация.
Апофеоз любви, так сказать. Хотя, как по мне, получился апофигей.
Она — уже разведена, он — у ее ног. Публика замерла, — ну, ну…
И тут она говорит ему, — да, я как бы согласна.
Но выдвигает ему райдер предъяв на полторы страницы текста.
Назову только главное: хочу подружиться со всеми твоими друзьями и везде чтобы ты ходил только со мной, твоя мать должна прийти ко мне и официально попросить моей руки, мы поедем с тобой в Европу, а точнее — в Париж на машине, причем моя мама поедет с нами, у нас будет большая свадьба в «Хилтоне»!
И в конце, главный страз, — до свадьбы у нас не будет физических отношений!
Ясное дело, любому незаангажированному втыкателю становится понятно, что главная героиня съехала с катушек.
И афтару ничего больше не остается, — это лежит на поверхности, как замочить ее.
Что афтар незамедлительно делает посредством неуклюжей автокатастрофы. Собака не там перебегала дорогу, а мы в пьяном виде хотели ее объехать.

- Ну, тоже…нашел, чем ежа удивить! – скажет иной читатель, — Не хрен такую графоманию читать!
И вот тут, братец, ты будешь неправ. Ибо все вышеперечисленное под названием «Музей невинности» написал лауреат Нобелевской премии по литературе Орхан Памук.
Андэстэнд?