Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

ИстФак:: - Текинская повесть. Часть 4.

Текинская повесть. Часть 4.

Автор: Урусхан
   [ принято к публикации 11:45  10-09-2010 | я бля | Просмотров: 725]
Текинская повесть.

Часть 4. Закаспийский фронт

Измотанные в походе на Дон, потерявшие Ак Сердара, вырвавшиеся из множества большевистских засад, оставшиеся в живых текинцы возвращались домой. Уже был виден хребет Копетдага, ещё немного и Ашхабад. Всадники сошли с коней, Ораз-хан воткнул в горячий каракумский песок жёлтое с алым косым крестом знамя полка и постелил коврик в сторону Мекки. Наступало время молитвы:
Приближаюсь к Аллаху и удаляюсь от побиваемого камнями сатаны. Во имя Аллаха милостивого, милосердного! Хвала Аллаху, Господу миров милостивому, милосердному, царю в день суда! Тебе мы поклоняемся и Тебя просим помочь! Веди нас по дороге прямой, по дороге тех, которых Ты облагодетельствовал, не тех, которые находятся под гневом, и не заблудших…

***
В июне 1918 года в Закаспийской области, где большевистская власть была установлена практически бескровно, была объявлена всеобщая мобилизация в Красную Армию. Значительную часть населения крупных городов области составляли русские, так или иначе связанные с обслуживанием Закаспийской железной дороги. В массе своей это были вполне успешные и зажиточные люди, и в отличие от Ташкента, среди закаспийских железнодорожников эсеры и меньшевики пользовались большей популярностью, чем большевики. Воевать за новую власть железнодорожники решительно не желали, их не призывали в армию даже на мировую войну. И вскоре произошло неслыханное: закаспийский пролетариат поднял восстание против диктатуры пролетариата. Неожиданно и достаточно быстро большевистская власть в Ашхабаде была свергнута рабочими дружинами. Части Красной Армии были разоружены, ревком ликвидирован, Совдеп распущен и переизбран новый. Восстание охватило и другие крупные населённые пункты города Красноводск и Кизыл-Арват.

***
Жарким летним вечером Ташкент, столица Туркестанской Автономной Советской Социалистической Республики, был погружён в кромешную тьму. Свет мерцал лишь в окне кабинета бывшей резиденции туркестанских генерал-губернаторов на Черняевской улице. Когда-то в этом кабинете Константин Петрович Кауфман угощал чаем и давал последние напутствия генералу Скобелеву перед Ахалтекинской экспедицией. С тех пор утекло много воды и много крови. Теперь это здание Совнаркома Туркестанской Республики, а в кабинете Кауфмана работает товарищ Колесов Фёдор Иванович. Лет Фёдору Ивановичу всего 27, совсем недавно Фёдор Иванович был просто Федей Колесовым, простым конторщиком Среднеазиатской железной дороги, а ныне он грозный Председатель Совнаркома. Его собеседник 26-летний товарищ Фролов Андрей Игнатьевич, ещё недавно разыскиваемый жандармами дезертир, а ныне председатель областного Самаркандского Совнаркома. В кабинете накурено и жарко.
- Вот, такие дела Андрюша и куда только смотрели местные органы ЧК не понятно, — развёл руками Колесов и затушил очередную папиросу.
- Ясно, Фёдор Иванович, — ответил Фролов. — Что ж, думаю, давить надо саботажников и делу конец.
- Вот, для этого Совнарком республики и назначает тебя временным чрезвычайным комиссаром области, езжай туда, задави очаг контрреволюции, вырви антисоветскую гидру с корнем!
- Я? Чрезвычайный комиссар? – вытаращил глаза Фролов.
- Ты! А то кто? Боишься? – хитро прищурился Колесов.
- Как вы такое могли подумать, Фёдор Иванович? — обиделся Фролов. — Да, я просто не ожидал, что партия…
- Партия тебе доверяет, Андрюша, в этом даже не сомневайся, — улыбнулся Колесов.
- Какие силы даёте?
- Даём тебе артиллерию, бронепоезд, ну, и бери своих любимых воинов-интернационалистов.
- Мадьяры и австрияки в последнее время очень ненадёжны, Фёдор Иванович, — покачал головой Фролов.
- Что так? – удивился Колесов. — Всегда были надёжны.
- Требуют платить николаевскими деньгами.
- Вот, стервецы! – покачал головой Председатель. — Разговаривать пробовал? Надавить так, сказать, на их революционную сознательность? Там же много социал-демократов.
- Что? – рассмеялся Фролов. — Социал-демократов? С чего вы это взяли, Фёдор Иванович?
- Военком республики докладывал, — неуверенно ответил Колесов.
- Думаю, военком малость преувеличил, ну, да, есть один два, не спорю, но большинство.… Сами подумаете Фёдор Иванович, откуда в Туркестане столько социал-демократов из Австро-Венгрии? И на революционную сознательность, плевать они хотели, если честно. Слышать ничего не хотят, плати, говорят николаевскими деньгами и всё тут. Керенки брать отказываются.
- Это плохо, Андрюша, это очень плохо. Но другого выхода кроме, как согласиться с их требованиями я не вижу. Эти бывшие военнопленные народ с норовом, не будем забывать о мятеже чехословаков, вон как громыхнуло по всей Сибири, нельзя допустить, чтобы подобное повторилось и у нас, а бойцы они хорошие, профессионалы, такие сейчас на вес золота.
- Хорошие бойцы, Фёдор Иванович, хорошие, — согласился Фролов.
- Чёрт с ними! – махнул рукой Колесов. — Николаевские, так николаевские.
- И всё равно маловато силёнок, Фёдор Иванович, прошу дать подкрепление, — настойчиво попросил Фролов.
- Где ж я тебе найду подкрепление, ты думай, что говоришь, на фронтах положение знаешь какое?
- Знаю.
- Ну, раз знаешь, тогда о чём речь?
- Может, дашнаков дадите? Слышал, их из Ферганы отозвали.
- Верно, отозвали, — кивнул Колесов. – А за, что отозвали, знаешь? За жестокость излишнюю.
- И про это знаю, — улыбнулся Фролов. — Потому, и прошу. Ситуация в области такова, что жестокость не помешает.
- Ну, ты смотри, Андрюша, — погрозил пальцем Колесов. — Не переусердствуй там! Среди мятежников много рабочих, хоть и обманутых буржуазией, но всё же, а рабочий класс, сам знаешь, гегемон.
- Не переусердствую, Фёдор Иванович, будьте спокойны, нашего человека от врага отличить сумею.
- Ладно, — хлопнул ладонью по столу Колесов. – Бери интернационалистов и дашнаков и дуй в Ашхабад! Наведи там порядок. Корниловцев потряси, Ораз Сердар в этом списке номер первый. И как столько человек могло через всю страну прошмыгнуть, ума не приложу! Плохо мы ещё работаем, Андрюша, плохо.
- Дайте время, Фёдор Иванович, научимся!

***
В конце июня части Красной Армии Туркестана, составленные из бывших военнопленных австро-венгерской армии под командованием комиссара Фролова при поддержке боевиков партии «Дашнакцутюн», вошли в Ашхабад. Фролов распустил и переизбрал Совдеп, ввёл в городе чрезвычайное положение. Начались массовые аресты и расстрелы. По обвинению в контрреволюционной деятельности были расстреляны и некоторые офицеры Текинского полка.
- Так, ещё раз тебя спрашиваю по-хорошему, где твой отец? И советую на этот раз не изворачиваться, — вперил свой взгляд в Мусу Фролов.
- Ещё раз повторяю: сразу после того, как отец вернулся с фронта, от тифа умерла моя мать, после похорон, отец уехал, куда не знаю, — устало ответил измождённый Муса.
- Врёшь, щенок, — Фролов размахнулся и наотмашь ударил Мусу по лицу. – Никуда он не уезжал, здесь он где-то, чую я, а ну, отвечай, байское отродьё!
- Не знаю, – еле прошептал Муса, сплёвывая кровь на пол.
- Спрашиваю последний раз, — стукнул кулаком по столу Фролов.
- Не знаю, — повторил Муса.
- Ну, смотри, пеняй на себя, — Фролов поднялся из-за стола и обратился к стоявшему у дверей венгру:
– Януш, убери его. Что вылупился, убери его немедленно, я сказал!
Фролов, закурил папиросу и отвернулся к окну.
Раздался выстрел. Комиссар выронил папиросу изо рта и, обернувшись, увидел Януша с наганом в руке и лежащего в луже крови Мусу.
- Ты, что наделал? – комиссар подбежал к Янушу и ударил его кулаком. Венгр упал на пол, закрыв лицо руками.
- Встать, сволочь! – заорал Фролов. — Ты, что наделал, идиот, ты зачем его убил?
- Зачем бьёшь командир? — венгр обиженно посмотрел на Фролова сверху вниз. – Ты командир, ты сказал: убей, я убил.
- Командир сказал, убери, а не убей, убери, дурья твоя башка! Под трибунал пойдёшь, сволочь!- Фролов поднял венгра с пола и сильно тряханул об стенку.
- Какой трибунал, почему трибунал, командир, беляка убил, почему трибунал?
- Пошёл вон! Вон отсюда! Позови кого-нибудь из армян! И живым мне больше на глаза не попадайся! Вон!

Продолжение следует.


Теги:





0


Комментарии

#0 13:32  10-09-2010Лев Рыжков    
Про Краснодар есть — зачот.
Замечяние: «Зачем бьёшь командир? — венгр обиженно посмотрел на Фролова сверху вниз. – Ты командир, ты сказал: убей, я убил». Такое впечятление, что это не венгр говорит, а калмык какой-то, гг.
#1 13:51  10-09-2010Урусхан    
С замечанием согласен. Но что поделать, нигде ничего не нашёл о том, как венгры разговаривают по-русски.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок

Средь болот тишина и извечный покой
Над дорогой туман ядовит
Словно аист с отсреляной в детстве ногой
Указатель деревни стоит

Над часовней застыл перекошенный крест
Здесь давно не бывало косцов
За столетье не умер никто, не воскрес
Одиночество давит свинцом

Где вы деды сгоревших как свечи дедов?...
Давным-давно, когда юн был свод небесный, здесь высадили Лес.
Среди ныне обретающихся в его окрестностях людей вряд ли отыщется человек, в должной мере осведомлённый об истории Леса. Сфотографируются иной раз на его фоне стайки туристов или придёт молодёжь, пошумит и уйдёт, оставив после себя кучку пепла да склянки....
17:41  18-08-2017
: [10] [ИстФак]
В России происходят по ночам,
что революции, что половая ебля.
Вот в Англии, к примеру, в тот же час
Холеное еблище бдит констебля.

То Англия дождливая, а тут
особый путь; безумный и поддатый.
Поэтому во тьме всю ночь ебут
кого-то, почему-то и куда-то....
08:12  26-06-2017
: [6] [ИстФак]
Идут, идут македоняне,
в сандалях тонких, налегке,
по грудь в густой небесной манне,
в тумана синем молоке.

Идут с ленцой, не поспешая
земли чужой порвать овал.
Земля на них ползёт, большая,
из-под колючек, из-под скал.

Грек старый выглянет за шторку,
вздохнёт, плеснёт себе чайку....
12:48  19-06-2017
: [13] [ИстФак]
МАЛ ЗОЛОТНИК, ДА ДО́РОГ.

Как на картине Васнецова
Разъезд из трёх богатырей:
Илья, Добрыня и Алёша
Дозор несут среди полей.

Мечи и копья, луки, стрелы,
Кольчуги, красные щиты,
Конь белый, вороной, каурый,
Все закалённые бойцы....